Чтение онлайн

Постепенно настроение нормализовалось, и хандра прошла, сменившись фазами активного отдыха. Теперь его совершенно не волновало, что на улице дождь лил как из ведра, потому что полог тишины отсекал все звуки извне. Он зажёг на пальце маленький огонек, и Фуджини подставив ладони, перенесла его на собственную руку. Пламя разгорелось, и она радостно взвизгнула, тем самым сбив концентрацию. В наступившей темноте она вновь его поцеловала и если бы не сорванная с петель дверь, они бы могли продолжить заниматься любовью.

Но судьба принимает различные личины. В этот раз она имела облик Гуй-Мэй, которая что-то говорила, глядя на обнаженные тела. Жора рыкнул и, прикрыв Фуджини покрывалом, поднялся на ноги. Он дезактивировал заклинание тишины и спросил:

— Что у вас случилось такого срочного, что ты решила побеспокоить грозного Повелителя огня?

— Мы целый час стучим, а вы не откликаетесь, — оправдывалась Гуй-Мэй, бесцеремонно разглядывая обнаженного атлета. — Там с Айминь проблема, а Шико помчался в Храм.

— Где она? Что произошло?

— Я не знаю, но она пришла вся избитая и мокрая, как курица, — пожала плечами Гуй-Мэй. — Сам спроси.

Жора надел штаны, заглянул в соседнюю комнату и увидел воительницу в разодранном платье с каплями крови на влажной одежде. Пока он натягивал рубаху, она поделилась историей злоключений. Из короткого рассказа стало ясно, что днём глава Храма устроил ей допрос, где она вчера всю ночь гуляла и почему не предупредила об отсутствии. Затем он полез к ней целоваться, говоря, что дает ей возможность проявить почтение богам. Разумеется, она начала сопротивляться, но он оказался сильнее и попытался ею овладеть. Однако случилась непредвиденная сложность в виде печати невинности. Пока он разбирался, почему у него ничего не получается, она схватила кинжал и пообещала его кастрировать. Он злобно рассмеялся и активировал доспех духа. Каково же было его изумление, когда Айминь, пропустив энергию через клинок, смогла нанести ему серьёзную рану. Он согнулся пополам и она сбежала. Пока шла под дождем, полностью промокла, а как только Шико узнал, в чём дело, он схватил меч и помчался в Храм. На вопрос, как случилось, что глава Да-Ю только недавно заметил красоту Айминь, она ответила, что почти всю жизнь тренировалась в западном филиале Храма, где и познакомилась с Фуджини. Но однажды в городок, приехал глава и, увидев ее, предложил ей место третьего старейшины. Далее Жора поинтересовался, давно ли ушёл Шико, и успеет ли он его перехватить?

Судя по полученной информации и расстоянию до Храма, Жора осознал, что не сможет его догнать. В таком состоянии потомок дракона таких дел наворотит, что пожар в их поместье окажется сущим пустяком. Жора оглянулся на Гуй-Мэй и спросил, сможет ли она быстро отнести его на крыльях? Она взглянула на широкие плечи и мускулистый торс, а после отрицательно покачала головой, заявляя, что с таким тяжёлым пассажиром её скорость упадёт до минимума, но она могла сама полететь вперёд и в случае нужды прикрыть парня от сотни разъярённых стражников.

Жора кивнул в знак согласия и, схватив в руки меч, побежал по улицам. Струи дождя, поливающие его голову, и плечи охлаждали закипающую кровь. Он применил левитацию и, выходя на прямые участки, включал ускорение, поэтому почти не отстал от Гуй-Мэй. Подбегая к воротам, ведущим в сады Храма, он увидел, как Шэн и Чжень висят на плечах Шико, а он с упрямством носорога двигается вперёд, пытаясь проникнуть на территорию. Два воина пятого ранга облачённые в голубые кафтаны стояли под навесом и весело комментировали происходящее. С небес спустилась Гуй-Мэй, переодетая в парня и, приблизившись к Шико, указала на бегущего Повелителя огня.

— Уф! Успел, — вздохнул Жора. — Ученик, а ну стоять!

— Он обидел Айминь! Я должен его убить!

— Успеешь, а пока стой, — рыкнул Жора. — Значит так, сейчас принц Шэн пройдёт в Храм и вызовет главу Да-Ю на поединок.

— Наставник, я должен сам его убить, не то я перестану себя уважать. Что я за мужчина, если не могу защитить тётю Айминь, — яростно прорычал Шико.

— Ха-ха-ха! Ты себя сам слышал? Какую тётю? Ты совсем дурной? Чванливый мудак попытался осквернить любимую женщину! Невесту! Только не говори, что в детстве не обещал на ней жениться?!

— Обещал, — покраснев, ответил Шико.

— Всё, официально она невеста, — подытожил Жора. — Значит, он попытался совершить насилие, и по законам ты прав. Бой будет проходить через месяц, на праздник сошествия богов, а пока Айминь поживёт у нас.

— Но я хочу немедленно его убить!

— Ты не совсем понял, немедленно его убить могу только я, — произнёс Жора. — Если сейчас ты на него полезешь, он тебя по земле размажет. Вспомни, что случилось, когда ты угодил под удар «целостного». Ты еле выжил. Если бы Айминь не прикрыла, тебя бы давно прибили.

— Мне несильно досталось, — отмахнулся Шико.

— Хорошему воину хватит даже пары секунд твоей дезориентации, чтобы выпустить тебе кишки, так что не умничай, — рыкнул Жора и, повернувшись к Шэну, продолжил: — Значит так, скажешь, что нам известно о его ранении в причинное место, поэтому я позволю ему излечиться, а через месяц он ответит перед Шико по всей строгости закона.

— А если он потребует поединка сегодня?

— Скажи, что сейчас он может биться только со мной, а я люблю жечь!

Шэн подошёл к охранникам и, представившись, потребовал, чтобы его пропустили. Воины осознали, над кем только что смеялись и, почтительно поклонившись, пропустили его на территорию садов. Вскоре он вернулся в сопровождении какого-то седого мужчины с зонтом, который представился именем Да-Гоу — вторым старейшиной Храма. Он поведал историю сумасшествия Айминь и сказал, что она напала на главу Да-Ю, когда он занимался духовными практиками. За подобное преступление есть только одно наказание — смерть. Но глава готов смилостивиться, и разрешает более легкое наказание — полное уничтожение моря души и всей культивации, затем её в кандалах отвезут в царство Хонь-Ви-Дао и продадут в бордель. Первый старейшина Да-Чу отправился во дворец, чтобы добиться разрешение на арест Айминь, поэтому если чужак не желает навлечь на себя гнев Храма и всего княжеского рода, обязан выдать преступницу. Разумеется, ни о какой сатисфакции речь не шла, так как глава полностью прав и выступает потерпевшей стороной.

Жора слушал этого надменного мужчину и потихоньку зверел. Наконец он не выдержал и, повернувшись к Гуй-Мэй, спросил, не хочет ли она сходить во дворец и рассказать правдивую версию? Она лучезарно улыбнулась и ответила, что с радостью поведает всему городу о том, какой в Храме глава и поинтересуется, не пора бы его заменить на более сдержанного и менее похотливого.

Жора напомнил, что у всех народов существует практика судебных поединков, когда сложно решить, кто прав, истина определяется на суде богов. Однако Да-Гоу заявил, что они не дикари и подобные методы никогда не практиковали. Существует воля богов, а проводником является глава Храма. Он сказал, что Айминь надо продать в рабство, значит так и будет.

Гуй-Мэй расхохоталась и заявила, что последнее слово остается за князем, так что она не станет медлить и поспешит на аудиенцию. Она попросила Шэна сопроводить Жору и Шико обратно в поместье и не предпринимать никаких действий, пока она не прояснит ситуацию.

Да-Гоу вновь напомнил о предполагаемых проблемах и сообщил, что он во главе десяти «мудрейших» сейчас же придёт и арестует Айминь. Все кто попытаются ему помешать, будут считаться врагами государства и безжалостно уничтожаться. Но если они сами приведут её в Храм, им даруется снисхождение и особая милость.