Чтение онлайн

" Марк Анатольевич!!!"

Софья стояла, обхватив себя за плечи. Она никак не могла унять счастливую дрожь, охватившую её. Как же им хорошо вместе… Но… пришлось расстаться. Потому что их ночная прогулка закончилась.

Она смотрела вслед Марку — вот он скрылся из вида. А его торопливая походка была у Софьи перед глазами.

Вздохнула. И тоска накатила. Но даже тоска была счастливой. Потому что нежность, внимание и ласка, которыми одаривал Марк, остались с ней.

Их планы на предстоящий день изменились, потому что ночной звонок оказался значимым — о свободном дне можно было забыть.

В ожидании встречи оставалось только вспоминать…

…Сюрприз удался — Марк встал, как вкопанный, когда они свернули на Синий мост и тут же увидели Исаакиевский собор.

— Грандиозно…

— Сегодня он нам рад, — осторожно улыбнулась Софья.

И пошли ещё медленнее. Знакомились с величественным собором, затаив дыхание.

Поскольку шли по правой стороне, на памятник Николаю I смотрели от сквера перед Исаакием.

— Какая мощь! — Марк находился под неослабевающим впечатлением. — Правитель!

— Главное, что этот памятник не тронули в советское время.

— Да?!

— Из-за сложности демонтажа.

— А ещё, наверное, потому, что Питер перестал быть столицей.

— В этом Петербургу повезло.

— Да… Москву-то как искромсали.

— Да и сейчас…

— А тут!.. Соф, это волшебство какое-то. Во всём.

— И красиво, ну просто невозможно! Из-за ясной и жаркой погоды белые ночи, можно сказать, задержались.

— Да, совсем немножечко темноты.

Дошли до собора и обогнули слева, неотрывно любуясь этим архитектурным шедевром.

Когда перешли Адмиралтейский проспект, Софья взяла Марка за руку и потянула направо.

Давай через Александровский сад пройдём!

И пошли по аллеям. Деревья помахивали тенями, приветствуя сквозь сумерки.

Оба почувствовали волшебный трепет — и ведь действительно, ощущение чуда будто усиливалось.

Но вот показалось сияние и…

Марк сжал руку Софьи.

Впереди был всадник. Он словно стремился в свой невероятный город. В свой, воздвигнутый с любовью и желанием, город. В живой — родной и самый прекрасный.

Впереди мягко светил Васильевский остров. Васильевский, казавшийся Марку странным, теперь увиделся необыкновенным.

— Колоссально… — другого слова он подобрать не мог.

— Марк Анатольевич, у вас такие оценки сегодня — величественные.

— Софьюшка, это благодаря тебе Питер потряс меня!

— Красивейший!

— Лучший.

Остановились неподалёку от Медного всадника. Они так и не размыкали рук, словно были скреплены печатью. Да и так уютно было пальчикам Софьи в большой, крепкой ладони Марка. А он не мог отпустить это наслаждение её тонкими, изящными, красивейшими пальчиками.

…А потом нашли уголок на набережной. Народу было много, но почти все прогуливались, наслаждаясь ночным Петербургом. Немногие останавливались полюбоваться искрящимися водами Невы и шли дальше.

Марк с Софьей решили не покидать удачно занятого уголочка. Да и совсем недолго осталось до разведения Дворцового моста.

Софья встала спиной к Марку, и он обнял её, укрыв в своих руках.

Переговаривались. И Софья словно оказалась в абсолютном счастье. Она чувствовала вибрацию голоса Марка, и вместе с интонациями голос обволакивал покоем.

— Знаешь, я бы хотела жить там, на каком-нибудь из тех островов.

— А если наводнение?

— А я бы жила высоко. Чтобы была видна вся вода. И дворцы, купола…

— И Спас виден…

— А Спас стоит за Мраморным дворцом…

— Мраморный дворец ты мне ещё не показывала.

— Я считаю его самым-самым! Когда в детстве у тёти Нины была, говорила, что такое чувство, будто Мраморный дворец — это мой дом. Будто я когда-то в нём жила.

— А вдруг так было в прошлой жизни?

— Может…

Марк обнимал её за талию, а Софья положила свои руки поверх его. Он время от времени целовал её волосы…

— Наверное, ты была княжной…

Она улыбнулась.

— И, возможно, ничем хорошим та жизнь не закончилась, поэтому в этой жизни мне подарили встречу с тобой.

Софье так хотелось сказать, что она любит его. Но не посмела… Подумала, что сегодняшняя ночь дана, чтобы она окончательно поняла свою любовь.

— Соф, возьмёшь меня с собой на остров?

— Ты хочешь?

— Хочу. А ещё хочу тебе сказать…

О любви сказать Марк не решился, он пока лишь может позволить себе осторожные признания.

Марк вытянул правую руку.

— Соф, я никогда… даже не думал примерять обручального кольца, а теперь хочу его носить.

Она взяла его руку, коснулась безымянного пальца. Вернула на свою талию…

Марк наклонился и прижался щекой к её щёчке:

— Всё будет хорошо, зёрнышко…

…А на Неве тем временем началось невероятное сияние — несомненно, сговорившись, теплоходики, лодки и кораблики устроили шумную, сияющую прогулку. Плавучее столпотворение!

— Смотреть разведение мостов с воды… Марк, наверное, это здорово.

— Уже не страшно?

— С тобой — нет. Мы и сейчас, будто плывём!

…Когда половинки моста начали разъезжаться, возникло ощущение полёта… Как заворожённые, они смотрели — мерцание огней на воде, осторожный взмах крыльев моста. Словно открыли дорогу. В жизнь. В их жизнь.

Впервые Марк переключился с трудом. Надо. Надо. Необходимо!

Валерий вспомнил.

— Везёт мне в этот раз. Двое свидетелей звучания. Анна Ивановна, услышавшая кашель. Валерий, наконец, вспомнивший… звук выкидухи.

Валерий попросил позвонить в любое время. Потому что был очень напуган.

— Половина четвёртого, — Марк достал телефон, когда оказался в номере отеля. — Что ж, ещё есть время поспать.

Вскоре из динамика опять послышался дикий вопль: