Чтение онлайн

— Ну и на фиг такая лицензия нужна? — В этой ситуации принцип: «Я тебя не трогаю, ты меня не трогай» казался мне более выигрышным.

— Не скажи. — Гамлет вовремя отпрыгнул от дороги и вылетевшие из-под колёс коляски брызги грязи до него не долетели.

— Козёл! — заорал вдогонку я, не особенно, впрочем, расстроившись: джинсы почти не заляпало, а ботинки и так грязнее некуда. Но всё равно досадно.

— За каждого дилера денежка капает. — Датчанин потёр большим пальцем о средний и указательный. — «Чистые» хоть и фанатики отмороженный, но именно на этих бабках в последнее время поднялись. Ну и с оружием кое-какие послабления.

— А не проще наркоторговцев не вешать, а допрашивать как следует? Мигом всё выложат.

— Самый умный, да? Шестёрки, если ещё не всем мозги себе прокумарили, то почти не знают ничего. А на рыбёшку покрупней, сам понимаешь, выйти куда сложнее. Я слышал, пару валетов замели, но не знаю почему — результат нулевой.

— И много лицензий уже выдали?

— Чистые, братва с Луково, — начал перечислять Гамлет. — Бригада Великонова — это из Семёры деятель, пацаны Жилина и мы. Да кстати, Цех побрили.

— Мы это кто? — не сразу врубился я.

— Я со своими, Селин и контора Городовского.

— Охренеть. Вот так сюрприз. Так круче вас теперь только яйца?

Мы вошли в подъезд двухэтажного дома, внутри которого оказалось на удивление чисто. Не было даже непременных похабных рисунков и матерных надписей на стенах.

— Что-то типа того, — поднявшись на второй этаж, Датчанин несколько раз постучал в железную дверь, подождал секунд десять и постучал снова.

— Заходите, — широко зевнул открывший дверь высокий сутулый мужчина и поправил сбившуюся рубаху, из-под которой высовывалась пистолетная кобура.

— Кирилл — это Лёд, Лёд — это Кирилл, — мимоходом представил нас Гамлет и прямым ходом направился на кухню, где уже что-то шкварчало.

— Здрасте, — пожал я руку Городовскому. Во дела! Интересно, Яровой с ними работает? Специалисты, блин, широкого профиля…

— Проходи на кухню, — запер дверь Кирилл. — Я сейчас табуретку принесу. Да не разувайся, так иди. Натоптано.

Я зашёл на кухню, уселся за поцарапанный стол и принюхался. Пахнет аппетитно. Выходит, насчёт обеда Гамлет не обманул.

Городовский поставил принесённую табуретку к окну и, ухватив прихватками накрытую железной крышкой сковороду, выставил её в центр стола.

— Налетайте. — Кирилл достал из хлебницы полбуханки ржаного хлеба. — Выпить нечего, да и незачем.

Он снял со сковороды крышку, разрезал яичницу с колбасой на три части и разложил нам по тарелкам. Увидев, что Гамлет без опаски принялся уплетать предложенное угощение, я последовал его примеру. Ветчина, надо же. И на вкус неплохая. Ещё бы знать, что в неё добавляли. Хорошо, если только сою. Впрочем, уже лучше умерить своё любопытство, а то как бы она обратно не попросилась. Ладно, парни едят, и со мной ничего не случится.

Первым доев свою порцию, я принялся разглядывать кухню и одновременно в очередной раз прикидывать, зачем меня сюда позвали. Явно что-то затевается, но что?

Обстановка оригинальностью не отличалась: печка, стол, прибитая к стене над ним хлебница, мусорное ведро, бачёк с чистой водой, мойка и завешенное линялой шторой окно.

Нет, здесь главное не мебель. Тут к людям присматриваться надо. Это раньше я считал, что знаю Гамлета, как облупленного, сегодня он меня просто поразил. Охотник за головами, блин. С Городовским раньше дел иметь не приходилось, но сразу видно, что он спокойный как удав. Флегма. Фиг по лицу чего прочитаешь.

Ладно, сижу, жду и молчу. Раз позвали пусть и разговор сами начинают.

— Принц тебя уже в курс дела ввёл? — Кирилл собрал со стола грязные тарелки, составил в стопку и убрал в мойку.

— Нет, — ответил за меня Гамлет.

— Значит так — есть хорошо оплачиваемая работа, связанная с определённым риском.

— Каким?

— Получить топором промеж ушей. — Городовский достал пачку «Беломорканала», вытряхнул папиросу и закурил. — Интересует?

— Если не мокруха, — сразу поставил условие я и, подумав, добавил, — то всё будет зависеть от конкретных деталей.

— Убивать никого не потребуется. — Городовский взял с подоконника жестяную банку из-под кофе и поставил между собой и Гамлетом, который тоже закурил и оглядывался в поисках пепельницы. — В общем так, надо немного наехать на одного человека и сразу же об этом забыть.

— Просто наехать? — скептически улыбнулся я. — И для этого я понадобился? Нашли здоровяка. Вон, Селина или Ермолова подрядите.

— Не юлозь, Лёд. — стряхнул пепел в банку Гамлет. — Селина каждая собака знает, а Шурик язык за зубами держать не умеет. Сболтнёт не в той компании лишнего и подведёт всех под монастырь.

— Да не в этом дело, — перебил Датчанина Городовский. — Так уж получилось, что все подходящие люди наперечёт известны, им не светит ничего. А тебя за полгода подзабыли уже. И с нами ты никогда не работал.

— А чем ещё я вам подхожу? — Ну что за дела? Всем я резко самым подходящим сделался.

— Кураж у человека должен быть. Без куража там делать нечего, — обрадовал меня Гамлет. — А тебе — раз плюнуть.

— Ага, плюнуть. И засветиться лет на десять вперёд.

— Всё правильно сделаешь — тебя и не увидит никто…

— Обожди, — взмахом руки Городовский заставил замолчать Гамлета. — Мы разговариваем о деле или не разговариваем? Учти: всё должно остаться между нами.

— Кирилл, хорош трындеть! — не выдержал Гамлет и саданул ладонью по столу. — Нет, он сейчас пойдёт всем рассказывать, кого мы прессануть собираемся. Мы зачем его сюда позвали?

— Остынь. — Кирилл выкинул окурок в жестяную банку. — Один нехороший человек назанимал денег и возвращать их не собирается. Не потому что нет, а потому что, в принципе, не собирался. Он всех по жизни за лохов держит. Мы его долги скупили, но открыто наехать не можем…

— Почему? — заинтересовался я. Такие люди и не могут? Это родственник Воеводы?

— Эта сволочь на «Поляне» шкерится. Дом у него там, — объяснил Датчанин. — На «Поляне» сейчас Тёма Жилин за центрового. Он своих в обиду не даёт и с нами даже разговаривать не станет. А кого-то просить посредником выступить — по деньгам очень накладно выходит.

— Я вам чем помочь могу?

— Надо этому хорьку дать понять, что мы до него где угодно дотянемся. — Городовский отдёрнул занавеску и выглянул в окно. — Сыкливый он, влёт хвост прижмёт и долги отдаст.