Скользкий Часть 1
Шрифт:
— А чего тут непонятного? — выпив водки, отломил крылышко жаренной курицы Денис. — Мало того, что Гимназия и валькирии пошлины через Городской Совет несусветные протащили, так колдуны ещё контрабандистов сами отлавливать начали.
— Лихо. — Я наложил себе варёных макарон, отломил куриную ножку и огляделся по сторонам. Обычно как — придёшь в кабак и сразу начинаешь надираться. Теперь хоть на людей посмотреть возможность есть, а то всё больше себя показываешь.
Через два стола от нас расположилась серьёзная компания, судя по разговорам имевшая какое-то отношение к Торговому союзу. Солидные дядьки, горячась и размахивая руками, обсуждали условия сделки и то ли с горя, то ли с радости планомерно накачивались водкой.
За столом у самого танцпола веселились молодые парни. Такое впечатление — третьесортной банде улыбнулась удача и сейчас пацаны, торопились спустить деньги. А то мало ли… И дружинники загрести могут и менее удачливые коллеги на хвост упасть. Уж не знаю, что им удалось стибрить, но пить они не умели: два человека уже мирно дремали, уронив головы на стол. Часто встречавшееся на их одежде изображение быка мне ни о чём не говорило.
Расправившись с обедом, я допил остывший чай. Селин взглянул на часы и, не сказав ни слова, куда-то умотал.
— Эй, Лёд, давай выпьем, — вновь предложил мне Тарас. — А то сидишь, как трезвенник-язвенник
— Завязал я, — отодвинул стакан с водкой я.
Вот ведь пристал — как банный лист. А выпить-то охота. Сижу здесь как дурак битый час уже. Давно бы пару рюмашек пропустил. Нет же — сразу не начал, а теперь уже и смысла нет. Да и Селин куда-то убежал. Сейчас вернётся, может, и ствол принесёт. Как ни крути, пить начинать поздно. Мне ж ещё за записи кондуктора засесть сегодня надо.
Андрей и Тарас не чокаясь выпили и в этот момент заиграла ритмичная танцевальная музыка. Слишком громкая и слишком ритмичная. Умца-умца-умца-ца.
Подошла официантка и поставила нам на стол блюдце с четырьмя желтыми в чёрную полоску пилюлями. Оглянувшись, я увидел, что пировавшие у танцпола пацаны в спешном порядке допивают водку и делят таблетки.
— Это что? — щелкнул по краю блюдечка я.
— Веселуха. — Андрей закинул таблетку себе в рот. — Не ссы, не наркота. За наркоту деньги просят.
— Типа экстази. Для эстетов сраных. — Изрядно захмелевший Тарас тормознул официантку и заказал ещё одну бутылку.
Нет, странный всё же человек Селин. Заказал водку, выпил всего ничего и куда-то смылся. Ну и где его носит? Минут сорок прошло уже, как свалил. А ты сиди, жди его! Хоть бы сказал, когда вернётся.
— Ну что за отстой играет? Пойду, мозги челу вправлю, — дёрнулся из-за стола Андрей, но его ухватил за руку и усадил обратно Тарас.
— Куда собрался? Стакан хватай.
— Да не могу я это слушать! — Андрея аж всего корёжило, настолько он не мог сидеть на одном месте. Невнятный тихоня куда-то исчез — а был ли он вообще? — и вместо него возник жутко энергичный живчик.
— Эту песню не задушишь, не убьёшь, — решил утешить его я.
— Песню, спорить не буду, не задушу, но дать в рыло ди-джею — элнементарно, — вырвав руку у Тараса, парнишка выскочил из-за стола и убежал к бару.
— Вот урод мелкий! И что, мне теперь в одно жало флян засасывать придётся? — разозлился Тарас. — Тебя как звать?
— Лёд.
— Тарас. Ну, за знакомство!
— Я ж говорю — не пью, — тяжело вздохнул я.
— Хватай стакан!
— Не буду я.
— Ты меня не уважаешь, что ли? — попробовал подкатить с другой стороны Тарас.
— Может, не будем отношения выяснять, а? — развернулся я к нему лицом и, опустив руку под стол, нащупал горлышко пустой водочной бутылки. Кто знает, чем пьяный базар закончиться может? Я уже и сам был не рад, что пить отказался, но теперь это дело принципа.
— Кругом гады. Селин — подонок, мелкий сдриснул, ты вот тоже… — выругавшись, Тарас выпил налитую в стакан водку и, сморщившись, занюхал рукав. — А я сразу понял, что с тобой что-то не то…
— Ты к чему это сейчас сказал? — заинтересовался я.
— Да видел я тебя на той неделе с одним типчиком — крашеный, в ухе серьга. Сразу видно — педик. Вот и с тобой тоже что-то не то. Какой нормальный мужик от водки откажется?
— Тарас, ты базар-то фильтруй, — по привычке осадил парня я, пытаясь понять, про кого он говорит. Неужели о Ветрицком? Выходит, Тарас уверен, что видел меня с ним? Интересные дела…
— А чё ты мне тыкаешь?
— Мне на вы с тобой, что ли, разговаривать?
— Да.
— Ну и идите вы… — И я послал Тараса на прекрасно всем известные три советских буквы.
— Ты как со мной разговариваешь? Рамсы попутал? Ну-ка, повтори, что ты сказал!
— Глухой, что ли? — понесло меня.
— Повтори, я сказал! — брызнул слюной Тарас.
Я повторил. И даже ещё кое-что добавил.
— Ты чего материшься?
— А чего мне не материться?
— Ты кого, тварь, послал?
— Тебя я послал.
— Ты, олень, совсем охренел, — начал вставать из-за стола Тарас.
Я поднялся ему на встречу и с размаху опустил на голову бутылку. Во все стороны полетели осколки стекла, а парень, осел на стул и вместе с ним завалился на пол.
Вопреки распространенному мнению человеческий череп конструкция весьма крепкая и удар бутылкой по голове к летальному исходу обычно не приводит. Если только бутылка не из-под шампанского или донышком в висок не целиться. Я ударил обычной бутылкой без всяких хитростей, а поэтому когда обежал стол, Тарас уже начал подниматься на четвереньки. Не особо сильный пинок по его многострадальной голове, вновь отправил парня на пол. Убедившись, что вставать он больше не собирается, я пошёл к танцполу.
— Всё в порядке, — продемонстрировав служебный жетон засуетившимся вышибалам, я начал высматривать Дениса.
Ну и куда он мог свалить? Сколько его ждать можно?
— Ну ты куда, блин, пропал? — Мне повезло, почти сразу же я приметил Селина в компании крепко подвыпивших парней и выдернул его из-за стола.
— Куда, куда… Дела твои решал, — ничуть не смутился тот.
— Да ну? Так это ты с Джоном целовался?
— В смысле? — забеспокоился Денис.
— Помаду со щеки вытри, — не выпуская рукав его джинсовки, я оттащил парня к стене. — Что со стволом?
— Выйдешь из «Берлоги», обойди здание — там свалка будет. — Денис принялся усиленно стирать следы поцелуя. — Увидишь белую электроплиту, смотри в духовке. Всё там.
— Конспиратор… — Я припомнил, что на заднем дворе, действительно, валялся стащенный со всей округи всякий хлам. — Слушай, а что за пацанчики, к которым мы за стол подсели?
— Андрей Рыльский и Тарас Мартынюк.
— Рыльский? Родственник?
— Сынуля.
— А Тарас?
— Простой прилипала.
— Давай, побегу я, — пожав Денису на прощание руку, я направился к выходу. Теперь понятно, почему Селин этого хлюпика терпел. Папа у него тот ещё волчара.