Чтение онлайн

Она взяла Гарри под руку. Они вошли в его комнату.

— Кто это? — спросила она. — У него приятное лицо.

Она стояла перед фото в рамке.

— Это Рон. Рон Фишер, — сказал Гарри, наливая кофе. — Он…

Ее лицо нахмурилось.

— Как его здоровье?

— Он все еще в госпитале.

— В госпитале? — она посмотрела на Гарри и отвернулась. — Еще не поправился?

— Он не выздоровеет никогда. Садись и пей кофе. Сахар?

Она взяла чашку. Лицо ее было бледным.

— Не нашли того типа, который ударил его?

— Нет.

— Ты хочешь знать, не замешана ли я?

— Нет. Я ничего не хочу знать о прошлом, Клер.

Она задумчиво мешала в чашке.

— Расскажи о себе, Гарри, — попросила она. — Что ты делал все это время?

Он рассказал ей историю с портретом Муни, благодаря чему он получил работу у Аллена Симпсона.

— Пятнадцать фунтов в неделю, это невероятно, — закончил он, улыбаясь. — Я экономил, рассчитывая на твое возвращение, когда мы будем вместе. Сейчас у меня много свободного времени.

— Колесо поворачивается, — она горько усмехнулась. — Теперь ты более богат, чем я.

— Мы с тобой договорились, неважно, у кого есть деньги.

— Прошлого не существует.

— Хочешь выйти за меня замуж?

— Я не хочу замуж. Я буду жить с тобой, не выходя замуж.

— Но почему?

— Я ничего не могу делать. Убирать квартиру, зарабатывать деньги, исключая воровство. Кто захочет жениться на такой женщине?

— Я. Мы наймем маленькую меблированную квартиру. Я научу тебя помогать мне в работе. Муни ничего не понимает в освещении. Ты познакомишься со знаменитыми людьми. Увидишь, это приятно, милая.

— Приятно звездам знакомиться с бывшей каторжницей? — спросила она.

— Никто ничего не узнает о твоем прошлом. Муни — единственный, кто знает, но он никогда не скажет.

Она покорно пожала плечами.

— Хорошо. В чем я могу помочь тебе?

— За пятнадцать дней я научу тебя освещению при фотографировании. Это нетрудно и приятная работа. Хочешь выйти за меня замуж, Клер? Я не буду требовать от тебя никакой домашней работы. Оставайся только всегда со мной.

— Это абсурдно, Гарри. Ты ничего обо мне не знаешь. Как можешь ты желать жениться на мне?

— Я знаю все, что мне нужно знать. Если ты любишь меня, все будет хорошо.

— Я люблю тебя настолько, что хочу тебе счастья, а могу принести только неприятности. Ты увидишь это сам. Я никогда не была добродетельной и не буду. Я так устроена и с этим ничего не поделаешь. Ты можешь изменить жизнь, — она села на пол у ног Гарри. — Я не хочу переделывать свою жизнь. Я порочна со дня рождения. Я всегда ввязывалась в какие-нибудь неприятности. Это моя доля. Мой отец был служащим, мать — домашней хозяйкой, она не умела ни читать, ни писать и целый день ничего не делала. Дом напоминал свинарник. Я была предоставлена самой себе и целыми днями болталась по улицам.

Однажды вечером, когда мне было пятнадцать лет, отец вернулся домой пьяный и поднялся ко мне в комнату. Мать застала нас. Разгорелась ссора и отец столкнул мать с лестницы. Та повредила себе позвоночник. Он получил пять лет тюрьмы, а потом еще пять за убийство соседа по камере.

Меня отправили в исправительный дом, но я убежала оттуда и устроилась в прачечную. Работа в прачечной навсегда отучила меня зарабатывать на жизнь честным трудом.

Она закурила.

— Все это тоскливо, но ты должен об этом знать, Гарри. Знать, на ком ты хочешь жениться. С одной девушкой я начала воровать в больших магазинах. Ее поймали, а я так испугалась, что перестала воровать.

Затем началась война. Я жила с американским офицером. Когда он уехал, я перешла к его приятелю. Тот купался в деньгах, но был скуп. Он был так богат, что ничего не замечал. Он мне не нравился, но я оставалась с ним, надеясь, что он увезет меня в Америку. Но однажды он уехал, даже не предупредив меня. Я жила, как могла. Ночевала в бомбоубежище и пошла на панель. Потом я наткнулась на типа, который научил меня карманным кражам. На него уже работали три женщины. Все было блестяще продумано. Никогда до этого у меня еще не было столько денег. Потом я познакомилась с тобой. В тот момент, не зная, ты спас меня. И тогда первый раз в жизни я испытала угрызения совести. Я хотела и сейчас хочу, чтобы ты стал моим сообщником.

Она погасила окурок.

— Потом я украла этот портсигар. Я должна была отдать его Роберту, человеку, на которого я работала, но портсигар был так хорош, что я не смогла удержаться, чтобы не подарить его тебе. Делать такое было глупо, но вся моя жизнь — клубок глупостей. Вот видишь, это нехорошо. Я из тех женщин, которых надо только жалеть. Мне не раз давали возможность зарабатывать 20 фунтов в неделю, но я предпочитала легкие заработки. И сейчас, когда ты все знаешь, не будем больше говорить о женитьбе.

— Мне наплевать на твое прошлое. Все, что я хочу знать, любишь меня или нет. Ты сказала мне «да», и я хочу, чтобы ты повторила это.

Она подняла глаза.

— Да, я люблю тебя, Гарри. Временами я хотела бы не любить тебя. Я никого не любила, кроме тебя. Но почему бы мне не полюбить какого-нибудь парня из своей среды, такого же грязного, как я?

Гарри обнял ее.

— Замолчи, Клер. Если ты действительно хочешь сделать меня счастливым, выходи за меня замуж. Все будет хорошо, а прошлое забудем.

— Ты хочешь жениться на мне после того, что я тебе рассказала?

— Разумеется. Ты моя, остальное неважно. Только об этом я и прошу тебя.

Какое-то время она смотрела на него, потом, опустив глаза, сказала:

— Ладно, раз ты этого хочешь. Но я тебя предупреждаю. Я ничего не умею делать и никогда не буду хорошей хозяйкой.

Но Гарри не поверил ни одному ее слову.

Следующие три недели Гарри был весьма деятелен. Дорис нашла для него двухкомнатную квартиру в хорошем и спокойном районе за три фунта в неделю, или за четыре фунта включая все услуги. Это было больше, чем предполагал Гарри, но он принял второе условие. Он ведь обещал Клер, что освободит ее от домашних забот.

Дорис восхищалась Клер, но не могла удержаться, чтобы не сказать Муни, что Клер могла бы и потрудиться.

— Это не убило бы ее, — сказала она Муни.

— Вас это не касается, — оборвал ее Муни. — Есть женщины, которые не созданы для домашней работы.

К счастью для Гарри, в эти три недели работы было немного, Клер все время была возбуждена, и ей хотелось куда-то идти. Она потратила значительно больше денег, чем он рассчитывал, но он успокаивал себя тем, что это следствие приобретенной свободы.