Чтение онлайн

во всем орловском творческом цеху.

Мои поэзы станут эксклюзивом,

За мной столпится эпигонов рать...

О, музы, как придумалось красиво!

Эй, домовой, неси еще тетрадь!

* * *

Что-то вдруг поменялось.

Может, деревьев разум

Ветром сквозным прочищен?

В листьях - сплошной фитонцид.

В. Евграфов

Нет, неспроста я зелен -

буйствует фотосинтез,

преобразует мысли

в умной моей башке.

В сумрачном становище

солнце меня отыщет,

и хлорофилл возропщет...

Я ж не герань в горшке!

Я - величавый кактус

в ящике из-под пива,

я поглощаю кванты,

чтоб осчастливить вас.

Благостным кислородом

вырвется на свободу

стих мой, колюч немного,

добр, как с похмелья квас.

Стих мой, творящий чудо,

глюконеогенезом

выкормленный любовно,

чтобы кипела жизнь!...

– Ты ошизел, Ванадий,

дрыхнешь с утра на складе!

Свекла сама не ходит...

Живо, не копошись!

(Имя мое увяло

на языке недобром.

Я истощен, я проклят,

Проще сказать - убит...

Мир не снесет потери!

Подлых таких бактерий

надо травить нещадно!

Выделю фитонцид!

Вот он тогда попляшет,

не пощажу злодея,

именем хлоропластов

нечисть согну в дугу!

Преобразую разом

тело, и дух, и разум,

чтоб зеленеть вовеки...)

– Ше-еф, я уже бегу!

Современный сюжет

...А гордых витязей народы

<...>

Не в битве, а в любви сойдутся,

Их братство равных повенчает...

<...>

Глазастый монстр развернется.

Он оживет и скажет: здрасьте,

Непобедимая дружина!

В. Евграфов

Современному витязю нет угомона.

И могуч он, и нежен (при нем не груби!),

И к тому ж не всегда исключительно моно-,

И случается - гомо-, случается - би-.

Красны девицы ходят за ним хороводом.

Проявляет вниманье детинушка к ним.

Но порою с приятелем едет на воды...

(О, не смейся над чувством! Наш витязь раним!)

Даже вещий Боян изорвал два баяна,

воспевая сердец героических пыл.

Не в бою, а в любви братья сходятся рьяно...

(Эй, ну что не поешь? Похмелиться забыл?)

Их ласкают зефиры, ласкают пассаты,

им кто хочешь - подруга, невеста, жена.

...Да вот в день ВДВ выйдет монстр полосатый -

участь витязей будет - ах-ах!
– решена.

Злые бездны раскроют зубастые пасти,

издавая утробный, пугающий рык.

Добрый молодец вымолвит вежливо: "Здрасьте!"

и на радугу глянет... И в обморок - брык...

Погоня

Звереют оборотня зубы...

<...>

Когтистых лап глухие стуки

Догонят. Нанесут удар.

В. Евграфов

Я догонял, как в сказке, брюки

(блин, только стрелочки навел!),

а вслед за мной бежали стуки,

за стуками - тычки и глюки,

а обочь мюмзики и буки

вовсю хлестали корвалол,

вовсю боярышник хлестали.

"Ах, на кого ж ты нас оставил!

Постой! Одумайся! Вернись!

Скажи тычкам и глюкам ?брысь?,

и стань, как прежде, человеком!

Поедем в тур к молочным рекам

и на кисельных берегах

вернем покой, прогоним страх,

замутим с местным женским полом", -

Так сладко пели буки вслед

и догонялись корвалолом,

допев мечтательно куплет.

А я бежал... И ныла челюсть

в предчувствии кровавых дел:

одежу я догнать хотел -

зубам вонзиться в плоть хотелось.

А дальше, помню, брюки рвал,

как Тузик - тапочки и грелку,

и от восторга завывал,

скулил от горя: стрелки, стрелки!

Ух, озверевшие клыки

покрыл бы я кровавым лаком!..

Быть человеком не моги!

...На бук я глянул - и заплакал:

Я их люблю, но буки - дичь.

Нельзя гармонии достичь,

коль ты родился волколаком!

Подвиг

Ее приютил шепелявый дракон

Эпохи, где счастья нет.

Ее напрягает кастрат-домофон

И призрачный друг - рунет.

В. Евграфов,

"Моя королева Гвен"

Пусть у меня в пушку немного рыльце,

и честь, и совесть ставил я на кон,

но в мире этом я последний рыцарь,

рутинный быт - извечный мой дракон.

Бубнит невнятно и на вид поганый,