Чтение онлайн

— Выставляй! Ровняй! Натягивай! — тут же полетели новые крики.

Заскрипели канаты, которыми принялись менять положение пушек, но я уже не смотрел на них. Что было сил ускорившись, полетел в сторону следующих укреплений.

В средней баррикаде оставили проход не шире одной повозки, приготовившись тут же его закрыть. Где-то впереди рунные снаряды ударили в стену напирающей конницы. Ржание — нет, не ржание — вой раненых лошадей слышен был по всей долине.

Перед средней линией обороны заострённые колья вбили в землю на полосе в двадцать метров. И всё ещё добавляли новые. Оставляли между ними лишь узкую тропку: не длиннее шага, с двумя поворотами. К бортам нескольких десятков повозок баррикады продолжали приколачивать новые доски, подпирая их спереди десятками балок. Воины Первой умели учиться на собственных ошибках. Эти повозки уж наверняка не вывернут несколько всадников.

Отметив это краем глаза, я добрался до первой баррикады, приземлившись возле Райнаба Лоджа, наблюдающего за приближающейся массой ратников.

— Медленно идут, будто ждут чего-то, — сказал он мне, едва взглянув в мою сторону.

— Мы с вершины заметили, — не став тянуть, сразу выдал я, — что позади войск идут гвардейцы царя Велеса.

На меня тут же повернулись офицеры Лоджа и он сам. Впрочем, улыбался из них лишь последний.

— Не зря так тихо крадутся, верно, мужики? — произнёс он.

— Истинная правда, — не смог сдержать я лёгкой ответной улыбки.

— Ладно, поглядим. Мы и так намеревались покинуть эту баррикаду. — Бригадир пнул в один из висящих на борту мехов. — По крайней мере то, что от неё останется.

Позади артиллерия снова грохнула мощной канонадой выстрелов. Снаряды пролетели над головами солдат, в том числе и моей. Из первых рядов удалось посмотреть, как ядра попали в середину колонны сайнадов, живописно плеснув огнём, а потом разорвавшись с бешеной жужжащей яростью.

Ор сгорающих заживо был ужасен. Не менее отвратительными были визгливые завывания раненых. На несколько минут всё милостиво заволок дым. Когда он развеялся, колонна стояла, раздавшись в две стороны. В образовавшемся посредине проходе мелькало несколько пеших. Невысокие силуэты, нечётко видимые со стороны. Вроде бы без доспехов и, если зрение не подводит, даже не мужчины. Женщины. Молодые. И…

Бригадир сообразил раньше.

— Сайнадские версы! — взревел он. — Готовят удар! Быстро! Двигайтесь! Всем отступить за телеги, которые зачаровали маги! За повозки с рунами, сукины дети! Живо!

— Слишком далеко, чтобы их снять, триста метров, — проговорил какой-то офицер. — Разве что пушки или… — мужчина взглянул на меня. — Ваши маги, лейтенант?.. Смогут ли они?..

— Сделаю всё, чтобы успеть это выяснить, — сказал я и в тот же миг обратился в вoрона, взлетая над толпой суматошно бегающих солдат.

Стремительный полёт не мешал мне наблюдать за происходящим. С обоих флангов нарастал топот копыт. С места неторопливо сдвинулся и главный отряд, пеший. Однако стоящий у баррикады Лодж не отрывал взгляда от нескольких невысоких фигурок, стоявших посредине вражеского строя. Одна из них, женская, подняла руки, закручивая поток воздуха.

Началось… И я не успевал!

Хрипло каркнув, ускорился, но у вoронов есть лимиты. Это не орёл и не сокол.

Уже подлетая к своим, которые продолжали прятаться и наблюдать за происходящим со стороны — ждали, пока настанет миг, когда можно исполнить мой приказ, — я снова оглянулся.

Поток воздуха, который закрутила сайнадская колдунья, поражал воображение. Возникло даже ощущение, что это не ветер, а поток мутной серебрящейся массы, который… волшебница бросила в баррикаду.

Время странно замедлилось. Казалось, что целый мир замолчал, а сайнадские войска, стоящие рядом, попросту исчезли. Сама колдунья застыла в странной позе, с руками, вытянутыми вперед, и с полураскрытыми ладонями, словно пустив меж пальцами длинные нити. Я успел осмотреть и её, и страшный воздушный удар, летевший в сторону Первой.

Чудовищная туча пыли и грязи вздымалась там, где пролетал поток.

Всё длилось какую-то долю секунды, а дальше удар врезался в зачарованную повозку, стоявшую подле бригадира Лоджа.

Несколько солдат в последний момент отпрыгнули в сторону. Колья, вбитые перед укреплением, брызнули во все места, словно пики, выбитые сумасшедшим потоком магии, который затем вдарил по укреплениям. С оглушительным треском тяжёлый зачарованный купеческий фургон, сколоченный так, чтобы перевозить по любой дороге целые тонны товара, взлетел в воздух, вырванный из шеренги. Не помогли ни защитные чары, ни верёвки и цепи, связывавшие его с остальной баррикадой. Последние и вовсе рвались, словно льняные нити, а доски, гвозди и куски дерева летели во все стороны. Фургон несколько раз перевернулся в воздухе и грохнулся о землю. Остановился только перед линией частокола, защищающего вторую баррикаду.

Полсотни метров, — промелькнуло в моей голове. — Он пролетел больше полусотни метров. Триединый, какая же запредельная мощь у этой суки!

В возникшем проломе могло встать шестеро едущих стремя в стремя всадников.

Отвернувшись, я наметил точку посадки и приземлился с остальными.

— Смена планов! — крикнул я им. — Зарни вывел магов!

— Уже заметили, — выругался Фолторн.

— Все силы — на их уничтожение, — чуть менее эмоционально добавил я. — Земельщики — отмена рва, бьём валунами. Постарайтесь взять землю из гряды, где мы стоим, только так, чтобы она не обрушилась ко всем херам!

А внизу сайнады готовили ещё один удар. Магичка отошла в сторону. Похоже даже для обвешанных артефактами колдунов эта атака была чрезмерно сильной. Могу поверить! Не уверен, что сумел бы сам снести столь здоровую, качественно зачарованную повозку.

На её место встал другой волшебник. Его руки уже нагнетали пучки молний, которыми он управлял с поражающей воображение чёткостью и мастерством.

— Атакуем! — рявкнул я, а потом, подавая пример, начал формировать огромный шторм кипятка. Требовалось некоторое время, но я считал, что оно того стoит.

Полсотни магов запустили свои сильнейшие атаки. Били нещадно, «из тени», до последнего оставаясь скрыты. Враг однозначно не ожидал подобного, а потому поплатился.

Строй солдат раздирали лучи, валуны взрывались потоком осколков, огненные шары сжигали за раз по пять-шесть ратников, водяные струи, под запредельным давлением шинковали людей и лошадей на розовые кусочки плоти… Всё это дополнялось молниями, воздушными разрезами и даже кусками льда.

Вся сила стихий словно бы восстала против врага на этом пятачке земли.

И в заключении, я обрушил на ратников, казалось, несколько тонн кипятка, который ещё и закрутил в настоящий торнадо, уничтожающий и воинов с антимагией, и без.

Шум, казалось, взял новый уровень. Если ранее, во время, скажем, обстрела Первой, он казался непомерным и громким, то сейчас попросту оглушал. Ярость стихий не была безголосой, ей вторили умирающие люди, которых натурально обращало в ничто.

Пятачок земли, радиусом в пару сотен метров, превратило в хаос, который невозможно было как-то утихомирить. Нельзя было спрятаться, ни под землю, ни в воздух. Только сдать назад.