Чтение онлайн

Длинный темный коридор тянется в полумраке. Черные стены поглощают свет тусклых нитей диодов, протянувшихся под потолком. Плитка леденит ступни, носки не спасают от холода.

Дыхание замирает. Пульс учащенным галопом мчится вперед от неожиданного появления мужчины в серой маске. Он молча вытягивает руку. Пальцы в серой бархатной перчатке указывают вперед, на черные портьеры.

– Где туалет? Мне надо одеться, – показываю зажатые в руках вещи.

Мужчина мотает головой и настойчиво указывает на портьеры.

Проклятье.

– Мне здесь нужду справить? – раздражение плещется через край, грозя затопить все вокруг.

За непроницаемой маской я ничего не увидеть, но, кажется, мужчина усмехнулся. Не сдается, показывает на портьеры.

– Надеюсь, эта маска приклеится к твоему лицу до скончания веков, – желаю с милейшей улыбкой и заглядываю за плотную бархатную ткань.

В унисон с пульсом звучит приглушенная ритмичная мелодия. Спина Мадины, закрывает обзор. Мягкий свет бликами плавает по потолку, гуляет по просторному помещению.

Прижала к себе одежду, портьер холодом облизал обнаженную спину.

– Чего так долго? – недовольно вопросил некто, кого я не вижу. – Где остальные?

Выглядываю из-за Мадины. Теперь понятно, почему она застыла и предпочла не двигаться. Картина… впечатляющая. В самом отвратительном смысле слова.

Часть пространства скрывает густой полумрак – и к лучшему! На достаточном расстоянии от входа на черном кожаном кресле восседает блондинка. Хорошо помню ее взгляд, пожирающий Малина.

Прикрываю веки, прогоняя непрошеное воспоминание.

У ног блондинки на полу сидит парень. Я точно видела его в нашем блоке, он из приезжих, но старше. На его шее блестит черный ошейник с шипами. Рука согнута в локте, на ладони поблескивает блюдо с клубникой.

Пальцы с острыми алыми ногтями берут одну ягоду, пухлые губы смыкаются вокруг нее.

– Что это? – тихий писк за спиной отвлек от поразительной картины.

Нэнси с неприкрытым ужасом обводит помещение взглядом. А посмотреть есть на что.

Столичные… «хозяева»…

У дальней стены на диване двое столичных бурно что-то обсуждают, а перед ними на четвереньках стоит девушка. Лица не рассмотреть. Ее голая спина используется в качестве столика. Она вздрогнула от холодного дна бокала с чем-то темным. Неприкрытая грудь, похоже, совершенно никого не смущает.

Мы двигаемся в сторону, чтобы однокурсники могли зайти.

О чем я переживала? Что я раздета? В сравнении с большинством здесь я даже не голая.

Слева, там, где зал сужается и уходит вглубь, столичный затянул девушку в нишу. Черная юбка толком ничего не прикрывает, грудь обтягивает короткий топ. Ажурная маска на лице могла бы сбить с толку, но я готова поклясться, что это Джана.

Тонкую шею обхватывают пальцы. Столичный скрывается в темноте ниши, а девушку повернута лицом ко всем желающим на нее посмотреть.

Мне кажется или я действительно услышала его приказ:

– Ни звука, поняла?

Джана кивает, выгибается. Пальцы продолжают крепко держать ее шею. Джана закусывает губу, веки с трепетом опускаются. Короткие ритмичные движения не оставляют сомнений, что с ней делает столичный.

– Проходите, не стесняйтесь, – тянет блондинка и прячет во рту очередную ягоду.

Я кривлюсь не скрываясь. До чего все же противный голос.

– Ищите своего хозяина. Вам скажут, что делать, – подсказал проходящий мимо слейв.

В одной руке коктейль, в другой – опахало. Он быстро исчез в темном ответвлении.

– Убила бы, – тихо заявляет Мадина и идет вперед.

Я осталась без прикрытия. Бросила кеды на пол, быстро надела кофту.

Нэнси натягивает рукава и судорожно всматривается в темные углы, продолжая стоять рядом со мной.

– Они тебе не пригодятся, – тошнотворный голос блондинки отвлек меня. Не успела сунуть ногу в штанину.

Смотрю на столичную из полусогнутого положения. Притворно милая улыбка вызывает желание послать далеко и без обратного билета.

– Я не ты. Предпочитаю быть одетой, – все же вдеваю правую ногу в штанину.

– Кисунь, у тебя ужасные манеры. Надо быть вежливой, – блондинка выпячивает пухлые губы. – Чей ты слейв?

Натягиваю резинку на талию, оправляю кофту. Рядом никого из однокурсников нет, Нэнси тоже ушла.

– Дрейка.

Столичная растягивает губы в довольной улыбке.

– Я попрошу его научить тебя хорошим манерам.

Сжимаю кулаки, сдерживаясь от ответа. Лучше не провоцировать стерву.

Иду наугад, не видя Дрейка среди столичных в этом зале. Единственный путь ко второму – по темному проходу мимо ниши.

Непроизвольно поднимаю взгляд на Джану, идя мимо. Она ловит его. В моих совершенно точно отражается непринятие, а в ее – смирение.

Позволять трахать себя на глазах у всех… Столичный предусмотрительно в тени, соединение тел скрывает узкая полоса юбки, но сам факт это не отменяет.

Отворачиваюсь и иду дальше. Омерзение к столичным увеличивается с каждой минутой.

Заглядываю в маленький зал слева. Стив с камерой ходит вокруг широкого дивана, на нем две старшекурсницы из приезжих сливаются в поцелуе, откровенно ласкают друг друга.

– Плохо! – кричит Стив. – Дайте больше страсти! Вы будто мои ботинки вылизываете. Во, точно: представьте, что обе сосете мой член. Да-а, вот так…

Рвотный позыв разворачивает меня обратно в широкий темный проход. Кашляю от скручиваний в желудке.

– Как вы все отвратительны… – пробормочу, проходя дальше.

Приезжие отвратительны не меньше, потому что позволяют так с собой обращаться. Неужели не пытались бороться? Все поголовно покорные овечки?

По диагонали идет свет из косого прохода. Увидеть кто там возможно, только заглянув внутрь. Все внутри противится этой мысли. Я не хочу видеть очередную гадкую картину. Если просто позвать Дрейка?

Да, так он и выйдет на зов биомусора.

Выдохнув, в несколько шагов приближаюсь к входу и заглядываю в комнату еще меньше той, где снимается порно.