Скрепим контракт поцелуем?
Шрифт:
— Здорово напоминает Форт-Смит перед тем, как его закрыли, — произнес ее отец. — А что случилось с женщиной, которую я нанял вчера, чтобы присматривать за тобой?
— Она ушла. Не справилась с заданием. Кишка тонка.
— Не надо выражаться, — сказал доктор и повернулся к Лори: — Теперь понимаете, что я имел в виду? У нее манеры армейского мула.
— Не говорите так, — вполголоса одернула его Лори. — Она еще ребенок…
— Боже мой, пап, — прервал ее ребенок. — На этот раз ты действительно влип. Она тебе противоречит. И что теперь вы собираетесь делать, леди?
— Ну, помимо всего прочего, — сказала Лори, — я собираюсь выйти замуж за твоего отца и намерена забрать вас обоих из этой картонной коробки, в которой вы живете. Иди и возьми ночную рубашку и зубную щетку. Завтра мы пришлем кого-нибудь упаковать твои вещи. Да, и пальто и чистые джинсы. Становится холодно, конец сентября… Черт!
— Черт? А так можно выражаться, пап?
— Черт, — сказал Гарри Мейсон.
Девочка колебалась, раскачиваясь вперед и назад, не в состоянии принять какое-либо решение.
— И не забудь зайти в туалет.
— Папа! — возмущенно вскрикнула девочка, вылетая из комнаты.
— Ну вот, — сказал Гарри Мейсон. — Не ожидал. — Он лениво встал со стула и подошел к Лори. — Но, кажется, сработало.
— Пока, — ответила она, осторожно отступая от него.
Его руки оказались длиннее ее шажков. Он схватил и поцеловал ее опять как раз в тот момент, когда Сузи вернулась в комнату, запихивая в рюкзачок ночную рубашку.
— Эй, это серьезнее, чем я думала, — сказала она. — Н-но… — Сузи запнулась, когда Лори сверкнула новым кольцом перед ее округлившимися глазами. — Ха! У моей мамы кольцо больше.
— Конечно, — мягко заверила ее Лори. — Она заслужила его. Ты, должно быть, очень ее любила.
— Больше, чем вас.
— Я не сомневаюсь, Сузи. Но постараюсь, чтобы все у нас было хорошо.
— Ну, поехали, — сказал Гарри. — Становится поздно, а у меня еще две консультации.
Гарри взял Лори за руку и направился к двери. Сузи шла следом за ними с рюкзачком в руках и озадаченным выражением на худеньком лице.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Мейбл Майклсон сидела в нижней гостиной, смакуя двойной мартини, когда Лори, Гарри Мейсон и девочка вошли в дом.
— Кто это к нам пришел? — сказала она, нетвердо поднимаясь на ноги.
— Большой дом, — заметила Сузи Мейсон. — Кажется, ему конца нет, а?
— Какой милый мальчик, — сказала Мейбл, приветствуя ребенка стаканом мартини.
— Ребята, да у нас беда, — воскликнула Сузи. — Бабушка-то у нас пьяница. Видите ли, леди, я не мальчик. Я девочка.
— Не знаю, как это можно увидеть. — Мейбл хихикнула. — Ты носишь истрепанные джинсы, как большинство мальчишек. У тебя длинные волосы, как у них. Совершенно очевидно, что ты мальчик. — Она опустошила стакан. — Доктор, звонили из вашего офиса. Какое-то происшествие.
С этими словами хозяйка владений решительно поставила пустой стакан на стол и покинула комнату.
— Ну и ну, — сказала Сузи.
— Где телефон? — спросил доктор Мейсон.
— За кушеткой на полу, — ответила Лори. — Пошли, Сузи, позволь показать тебе твою комнату.
— Столкновение трех автомобилей, — сообщил доктор, положив трубку. — Шесть человек. Я должен вернуться в отделение «скорой помощи».
— Ну, просто как в старые добрые времена, — заметила Сузи, когда дверь за ним закрылась. — В этом дворце есть кухарка?
— Да, я, — вздохнула Лори. — Проголодалась? — (Сузи кивнула.) — Тогда пойдем.
Кухня находилась в задней части дома, обновленного в 1950 году и еще раз в 1990 году, как раз перед смертью отца Лори. Теперь она была оборудована газовой плитой, обогревателем пола, а стены украшала медная посуда. Сковороды блестели, но ни одна из газовых горелок не работала.
— Потому что мы не заплатили за газ, — сухо объяснила Лори.
— Это ваша мать чистит все до блеска?
— Не совсем, — виновато объяснила Лори. — У нас была экономка.
— А теперь ее нет?
— Нет. Она приходит, только когда мы ей платим. И это не ее неделя.
— Как же тогда вы собираетесь приготовить мне что-нибудь поесть?
— У нас есть маленькая электрическая плитка, вон там, и мы оплатили счет за электричество. Как насчет яичницы с ветчиной?
— Подумать только… — с подозрением проговорила девочка. — Яичница с ветчиной? Неплохая кормежка. И вы можете себе это позволить?
— Ты не понимаешь, Сузи. Мы живем на самой окраине, и у нас что-то вроде фермы. У нас имеются куры, они несут яйца. Еще есть несколько поросят. Месяц назад мы одного закололи и теперь можем есть свою ветчину. За домом разбит огород. Бадди, муж Делии, за ним смотрит. В качестве оплаты он берет часть продуктов.
— Но, Господи всемогущий, это ж столько работы!
— Да нет, не очень. Мы, например, сами печем хлеб. Было бы дешевле покупать его, но моя мать любит свежевыпеченный домашний хлеб. Поэтому мы печем сами.
— Я тоже люблю, — сказала девочка. — А сейчас я хочу целую тарелку яичницы с ветчиной, и тост, и еще что-нибудь.
— «Еще что-нибудь», — смеясь, повторила Лори, доставая один фартук для себя и другой для Сузи. С ветчиной все было просто, но малышка не привыкла иметь дело с яйцами. Лори преподала ей урок, и через несколько минут стол был накрыт, а еще через пять минут все было сметено.
— Ну, так жить можно, — сказала девчушка, надувая щеки и живот, чтобы подчеркнуть удовлетворение. — Стиль кантри, значит. Что теперь?