Чтение онлайн

Я проникла через него, скользя во что-то и я просто знала, что это были теплые глубины, которые окружают меня.

Но стая не желала меня. И как только эта мысль пронеслась у меня в голове, связь исчезла - и Адам, отдернул руку, шипя от боли, которая поставила меня на колени. Я неосознанно потянулась, чтобы вновь тронуть его, но затем отдернула руку, чтобы снова не причинить ему боль.

– Адам?

– Упрямая, - сказал он с оценивающим взглядом.
– Я получил часть от тебя, все же. Мы не любим тебя, поэтому ты ничего не будешь брать от нас?
– Вопрос в его голосе был адресован самому себе, как будто он не был совершенно уверен в своем анализе.

Я снова села на пятки, уловив суть его слов.

– Инстинкты управляют волком… койотом тоже, я полагаю, - сказал он мне, помолчав немного. Он выглядел расслабленным, одно колено поднято вверх, а другое вытянуто чуть в сторону от меня.
– Истина без прикрас или манер, и срабатывает логика, у всех своя. Ты не можешь позволить давать стае, не давая взамен, и если мы не хотим твой дар…

Я промолчала. Я не понимала как работает стая, но последние его слова были правдивы. Немного погодя, он сказал : - Это иногда неудобно, быть частью стаи. Когда магия стаи в самом разгаре, как сейчас в полнолуние, все прячутся друг от друга все время, мы поступаем как люди. Мы не можем выбирать, какие вещи держать в тайне. Пол знает, что я все еще сердит на него за нападение на Уоррена, и это заставляет его пресмыкаться, от чего я еще сильнее злюсь, потому что это не угрызения совести за то, что он напал на Уоррен, когда он был ранен, это страх из-за моего гнева.

Я уставилась на него.

– Это не так уж плохо, - сказал он мне, - знать кто они, что важно для них, чем они отличаются. Какие силы каждый из них вносит в стаю.

Он колебался.
– Я не знаю, сколько ты получишь. Если я захочу, то в полнолуние в волчьей форме, я могу прочесть каждого, почти всегда - эта часть приходится на долю Альфы. Это позволяет мне использовать определенных людей, чтобы создать стаю. Большинство из стаи получают только части и отрывки, в основном, вещи, которые касаются их или нечто значительное.
– Он слегка улыбнулся мне.
– Я не знал, что попытка ввести тебя в стаю сработает вообще, ты знаешь? Я не смог бы сделать этого с подругой-человеком, но с тобой всегда неизвестно.
– Он пытливо посмотрел на меня.
– Ты знала, что Мери Джо пострадала.

Я покачала головой.
– Нет. Я знала, что кому-то было больно, но я не знала, что это была Мэри Джо до тех пор, пока я ее не увидела.

– Хорошо, - сказал он, ободренный моим ответом.
– Это не должно быть плохо для тебя в таком случае. Если ты нуждаешься в них, или они нуждаются в тебе, стая будет просто как… щит за спиной, тепло в бурю. Наша связь, как пары - когда все уляжется - вероятно, добавит ко всему немного странности.

– Что ты имеешь в виду, "когда все уляжется"?
– Спросила я его.

Он пожал плечами.
– Трудно объяснить.
– Он бросил на меня веселый взгляд.
– Когда я учился тому, как быть волком, я спросил у своего учителя, что чувствуешь во время спаривания. Он сказал мне, что для каждой пары по разному - и статус Альфы - добавляет характерных особенностей.

– Так ты не знаешь?
– Поскольку это не было ответом - и Адам не уклонялся от вопросов. Он отвечал или говорил вам, что не собирается.

– Сейчас, - сказал он.
– Наша связь - он сделал жест рукой, указывая на что-то в небольшом пространстве в ванной, которая лежала между нами - ощущается для меня, как мост, как подвесной мост над Колумбией. У него есть фундамент и кабели, все что должен иметь мост, но он еще не охватывает реку.
– Он посмотрел мне в лицо и усмехнулся.
– Я знаю, что это звучит глупо, но ты сама спросила. В любом случае, если все, что ты почувствовала, когда Мэри Джо была при смерти это то, что кому-то было больно, значит ты уловила тех немногих, кто не принял тебя, как часть нашей стаи-это моя вина. Ты чувствовала их через меня. Самостоятельно, ты бы даже не знала о них, пока не были бы выполнены определенные условия. Такие вещи, как близость, насколько ты открыта стае, и полнолуние.
– Он усмехнулся.
– Или насколько сварлива ты с ними.

– Так значит, если я не чувствую их, это не зависит от того, хотят ли они меня?

Он окинул меня спокойным взглядом.
– Конечно, это имеет значение, но это не будет тянуть тебя за горло вниз каждую минуту дня. В основном, я надеюсь, ты знаешь тех, кто не хочет койота в стаю. Поскольку Уоррен знает волков, которые ненавидят то, что он больше, чем, что он делает.
– Мельком печаль осветила его глаза, за испытания Уоррена, но он продолжал говорить.
– Так же, как Дэррил знает волков, которые возмущаются тем, что им отдал приказ чернокожий человек, с хорошим образованием.
– Он улыбнулся, совсем чуть-чуть.
– Ты не одинока, большинство людей осуждают за что-то. Но ты знаешь, через некоторое время углы стираются. А знаешь, кто ненавидел Дэррила, когда он присоединился к нам, на обратном пути, когда мы были все еще в Нью-Мексико?

Я изогнула бровь в немом вопросе.

– Ауриэлль. Она думала, что он высокомерный сноб.

– Он такой, - заметила я.
– Но он также умный, проворный и даже добрый, когда никто не видит.

– Так, - кивнул он.
– Никто из нас не совершенен, и в стае мы учимся принимать эти недостатки и делать их лишь небольшой частью тех, кто мы есть. Давай действительно примем тебя в нашу стаю, Мерседес. И волки, которые негодуют, что ты будешь в стае, будут иметь дело с тобой, как и ты будешь иметь дело с теми, кто тебе не нравится по каким-либо причинам.

Я думаю, с исцелением ты справилась самостоятельно, стая может помочь остановить твои приступы тревоги.

– Бен грубиян, - сказала я, рассматривая его.

– Видишь, ты уже знаешь большинство из нас, - сказал Адам.
– И Бен обожает тебя. Он не знает, как бороться с этим чувством. Он не привык к тому, что… он испытывает симпатию к женщине…

– Иш, - невозмутимо сказала я.

– Давай попробуем еще раз, - предложил он и протянул свою руку.

На этот раз, когда я прикоснулась к нему, все, что я почувствовала, это кожу и мозоли, ни тепла, ни магии.

Он склонил голову и окинул строгим взглядом:

– Трудно спорить с инстинктом, даже с разумом и логикой, не так ли? Может я постучу?

– Что?

– А что, если я свяжусь с тобой в первую очередь? Возможно, это позволит тебе открываться и стае.

Это казалось достаточно безопасным. Насторожившись, я кивнула … и я чувствовала его, чувствовала, что его дух или что-то другое прикоснулось ко мне. Это не было похоже,на то как я вызывала Стефана. Прикосновение Адама напомнило мне о прикосновении, которое я иногда чувствовала в церкви - но сейчас это был Адам, а не Бог.

И потому, что это был Адам, я впустила его, принимая его в свое тайное сердце. Что-то правильное осело и зазвенело в моей душе. Тогда шлюзы открылись.

Когда я очнулась в следующий раз, то вновь сидела на коленях Адама, но на полу спальни, а не ванной. Некоторые из стаи окружили нас и стояли, взявшись за руки. Моя голова болела так сильно, что боль с похмелья казалась пустяком.

– Мы оказываемся перед необходимостью работать над твоими навыками фильтрования, Мерси, - немного грубо сказал Адам.

Как будто это было сигналом для стаи, они разжали руки и стали нормальными - хотя я не знала, что они были чем-то еще, пока все не закончилось.. Что-то остановилось, и моя голова уже болела не так сильно.

Неловко находиться на полу, когда все стояли на ногах, я отодвинулась и попыталась упереться руками, чтобы встать.

– Не так быстро, - пробормотал Самуэль. Он не был одним из круга, я бы его заметила, но он пробился через него ко мне. Он протянул руку и помог подняться на ноги.