Чтение онлайн

–  Бошынкы!

–  Плевал я на ботинки, - заявил Пашка, выхватывая у меня сигарету, быстро затягиваясь и швыряя ее в раковину, - я нашел потрясающий старинный буфет!
– с гордостью добавил он и наполовину скрылся в холодильнике.

–  Буфет?
– я пристроилась на подлокотнике кухонного дивана и захрустела недорезанной морковкой, - где он находится?

–  Знаешь дом под снос в двух кварталах отсюда?
– Пашка вынырнул из холодильника с батоном колбасы и принялся его смачно жевать.

–  Не знаю, - проявила я глубокое понимание тактики и стратегии.

–  Узнаешь, - возликовал муж, нежно обхватил меня за талию и принялся размахивать мной, как полковым знаменем, - сегодня мы с Димкой ради интереса заглянули туда и чуть с ума не сошли - этот буфет поистине поражает.

–  Чем же он так поражает?
– я осторожно высвободилась, усадила Пашку на диван и устроилась у него на коленях.

–  Во-первых, - принялся перечислять мой благоверный, - это совершенно потрясающей красоты вещь, во-вторых, он как раз встанет у нас в коридоре, в-третьих - он чертовски старый и даже немного антикварный.

–  Отлично, - я горячо расцеловала Пашку, за пятнадцать минут накрутила печеночного паштета, погрела борщ, и мы уселись ужинать, строя планы, как этот роскошный буфет будет смотреться в нашей квартире. На улице начиналась отвратная февральская метель, яростная, колючая и пронизывающе-ледяная, однако буфет неясным призраком маячил над нами весь вечер. В конце концов, после недолгих дебатов решено было отправляться за ним сейчас же.

В каком- то предрасстрельном восторге мы свистнули Пашкиного друга Димку, который доверительно сообщил мне по телефону, что буфет просто ужасный, а идет он с нами только потому, что ему очень интересно посмотреть на мое выражение лица, когда я увижу это произведение неизвестного, но больного на всю голову мебельщика. Я мужественно заявила, что верю Пашке как себе и, раз уж этот буфет показался ему великолепным, то я просто уверена, что это так и есть.

–  Потому что у нас домострой и главный в семье - мужчина, - прокричал Пашка с другого конца комнаты, на всякий случай выскакивая в коридор.

–  Потому что я - ангел, редкая женщина, подарок для каждого, делаю этот мир ярче, лучше и добрее, - заявила я в трубку Димке, - короче, мы тебя ждем.

Глава вторая, в которой появляется буфет, и мы всю ночь таскаем его по городу

Димка появился у нас через пятнадцать минут, когда на часах было полвосьмого, и потребовал еды. Судя по виду нашего друга, его очередная дама сердца оставила домашний очаг и отплыла в неизвестном направлении.

Димка совершенно удивительным образом умел портить характер своих обоже. Я долгое время недоумевала, где же он берет подобных мегер - жестоких, хладнокровных, властных, эгоистичных и, к тому же, не обремененных никакими понятиями о супружеской верности. Недоумевала я ровно до того момента, пока не попыталась познакомить Димку с одной из своих подруг. Буквально за месяц милая, добрая и, в принципе, неконфликтная Ирка превратилась в исчадие ада. Немало подивившись этой метаморфозе, после их расставания, я попыталась еще раз наладить Димкину жизнь - в конце концов, пропадал отличный мужик, полуторацентнеровый брюнет, добрейший, совершенно незаменимый в хозяйстве и общении. Однако через пару месяцев я стала смотреть на Димку с уважением - посудите сами, за это время он успел напрочь испортить характер трех моих подруг. На том этапе я решила оставить его личную жизнь в покое, хотя, впрочем, он и сам отлично справлялся.

Работал наш Димка человеком-пауком. В миру эта доблестная профессия называлась довольно скучно: инструктор по промышленному альпинизму. Это значит, что каждый день он ползал по отвесным стенам зданий, рекламным щитам и вышкам, выполняя различные высотные работы, внезапно появляясь в окнах квартиры на десятом этаже, чем пугал слабонервных девиц до безумия. Честно говоря, где-то в глубине души я считала, что подобная работа ни к чему хорошему не может привести, и заниматься ей, а к тому же искренне любить, может только совершенно безумный человек.

Увидев паштет, Димка оттаял сердцем. Вольным движением он подхватил из хлебницы батон, в другую руку взял ложку, в три прыжка оказался у стола и энергично принялся за еду, посыпая все вокруг крошками.

Я стояла в дверях кухни, с материнской нежностью наблюдая эту пасторальную картину. Как приятно иметь настоящих друзей. Не беда, что он завалил весь коридор своим альпинистским снаряжением и сейчас сожрет всю еду в доме - есть вещи важнее этого. Я с сомнением посмотрела на огромную сумку с какими-то крючьями, карабинами и веревками, которую Димка шваркнул у входной двери. Димка жевал.

–  Димочка, - осторожно начала я, присаживаясь рядом, - скажи мне, пожалуйста, зачем ты притащил к нам все свое снаряжение?

–  Не обращай внимания, - махнул рукой Димка.
– Знаешь, почему на этот буфет пока никто не польстился?

–  Почему?
– тускло спросила я.

–  Ну, - заулыбался Димка, отваливаясь из-за стола, - во-первых, он страшный. Как паровоз. А во-вторых, он находится на третьем этаже дома.

–  Ну и что?
– почему-то мне совсем не нравился тон Димки.

–  Да ничего, просто лестница там сохранилась только до второго этажа.

–  И что ты предлагаешь?
– побледнела я.

–  Мы с Пашкой залезаем туда с крыши и спускаем этот буфет на тросах.

–  Ты хочешь оставить меня молодой вдовой?
– бесцветным голосом поинтересовалась я.

–  А ты в это время стоишь под окнами и руководишь процессом, - не обращая на меня внимания, продолжал Димка.

–  Пашку я тебе не доверю… Я ЧТО?
– до меня вдруг дошел смысл Димкиных слов, - Я делаю что? Ты сошел с ума!

–  Поздно, - заявил страшным голосом Димка, - как, ты думаешь, мы попали в ту квартиру, чтобы осмотреть буфет?

–  Как?
– обреченно спросила я.

–  На этих тросах и попали, - радостно заявил Пашка, впрыгивая на кухню в одном ботинке, - хватит его прикармливать, а то он приживется и будет спать на кухонном диване.

–  Вот еще, - надулся Димка, - ноги моей тут не будет, особенно, если вы буфет этот здесь поставите. Или я, или буфет!

–  Ну что ж, - грустно пожала я плечами, засовывая ногу в сапог, - принципы мы уважаем. Слава богу, одним едоком меньше - а то вечно ты как только появишься - сожрешь все вплоть до обойного клея…

–  Твоя жена - язва желудка, - поделился с Пашкой Димка.

–  И еще какая, - покивала я.

–  Уйду, - с тихим достоинством сообщил нам Димка, - и не вернусь, а буфет ваш мерзкий пусть Пушкин тащит.

–  Ну и уходи, - отмахнулась я от Димки, - и веревки свои забери. А мы с Пашкой придем, чайку поставим, доедим весь паштет, и кексик секретный из неприкосновенного запаса. С цукатами.

–  С цукатами?
– грустно спросил Димка. Его душу разрывала внутренняя борьба.

–  Апельсиновыми, - покивал Пашка, натянул куртку и одним рывком застегнул молнию, - только ты позабудь о нем навсегда.