Чтение онлайн

«Мы подъезжаем к Хогвартсу через пять минут, — разнёсся по вагонам громкий голос машиниста. — Пожалуйста, оставьте ваш багаж в поезде, его доставят в школу отдельно».

— Как вовремя, — прокомментировал я. — Ну что, готовы стать студентами Хогвартса? — тепло улыбнувшись, обратился я к будущим первокурсницам, на чьих личиках было волнение.

— … — молчаливые кивки были мне ответом.

Поезд начал замедлять ход, и отовсюду стали долетать обычные для данной ситуации звуки: ученики брали свои вещи и живность, готовились к выходу. Мелкими шажками мы вышли в коридор и, уже ощущая свежесть вечернего воздуха, медленно двинулись вместе с толпой к двери вагона, попутно отвечая на приветствия встречающихся учеников.

Наконец выйдя на перрон, я глубоко вдохнул, почувствовав запах сосен, росших вдоль дорожки, которая вела к озеру.

— Первокурсники! Все сюда! — раздался громкий голос нашего лесника.

Качаясь, приблизился фонарь, в свете которого мы увидели лицо полувеликана. Встретившись с глазами с нашей компанией, он довольно заулыбался и приветственно кивнул.

— Удачи, Луна/Джинни! — сказали мы с Роном, обнимая сестёр.

Распрощавшись, мы двинулись по перрону, а потом прошли через здание вокзала. Выйдя на обочину тёмной, мокрой от дождя дороги, которая шла мимо станции Хогсмид, мы оказались рядом с каретами, которые для многих казались безлошадными.

Фестралы — это громадные вороные крылатые кони, больше похожие на скелет, обтянутый гладкой шелковистой кожей. Морда фестрала напоминает драконью, на ней расположены большие широко открытые белые светящиеся глаза без зрачков. У фестрала острые клыки, которыми он наверняка с лёгкостью отрывает куски мяса от туши. Огромные крылья даже на вид мощные. Они кожистые и перепончатые, напоминают крылья летучей мыши, а хвост длинный и чёрный. Грива длинная, чёрная и шелковистая, за неё можно ухватиться в полёте.

Вот такие существа были запряжены в кареты. Они стояли совершенно неподвижно и беззвучно. Во мраке эти существа выглядели довольно зловеще.

— На что смотришь? — спросил, Рон, похлопав меня по плечу и выдёргивая из собственных мыслей.

— На фестралов, — односложно ответил я, почёсывая подбородок и думая над тем, каковы фестралы на вкус.

— На кого? — недоумённо похлопав глазами, переглянулись друг с другом мои приятели.

— Если кратко, то это чёрные скелетообразные лошади с крыльями, как у летучих мышей, невидимые для всех тех, кто никогда по-настоящему не соприкасался со смертью. Они имеют весьма мрачную репутацию — по мнению многих волшебников фестралы очень несчастны и приносят разные ужасные несчастья всем, кто их увидел.

— … — друзья на меня сейчас так посмотрели, что мне на мгновение показалось, будто меня вот прям сейчас утащат на другой конец планеты и запрут в какой-нибудь бункер ради моей собственной безопасности. Что примечательно, даже на секунду не усомнились в их существовании.

— Впрочем, это всего лишь суеверие. Характер у них добрый и нежный. Весьма преданные животные. На человека могут напасть только если этот самый человек очень сильно постарается. Те же гиппогрифы намного более опасные в сравнении с ними.

— Фух… — с облегчением вздохнули ребята.

— Значит… Ты их… Видишь, верно? — медленно и осторожно произнесла Гермиона, очевидно, зацепившись за условие, необходимое для того, чтобы их видеть.

— Да, — криво улыбнувшись, ответил я, подходя ближе к одному из коней.

Положив руку на шею, я начал гладить гриву коня. Эх… Найти бы какого-нибудь дикого фестрала, чтобы съесть и подробно разобрать их возможности. Не поднимется у меня рука на этих.

— …Квиррелл? — тихо спросил Гарри, подойдя ближе и осторожно протягивая руку вперёд, пока не наткнулся ей на тушу коня.

— Ладно, давайте залезать в карету. Потом с Хагридом поговорим на тему фестралов, он определённо знает о них больше, чем я, — ответил я, переводя тему.

Продолжать этот разговор ребята не стали. Мы забрались в карету и, рассевшись по местам, захлопнули дверь. Ребята то и дело поглядывали в окно в бессмысленных попытках разглядеть мрачных лошадок.

— Кстати, а ведь я в детстве тоже видел смерть… Когда был ещё совсем маленьким, — меланхолично заметил Гарри через несколько минут тишины. — Но я их не вижу.

— Нужно не только увидеть смерть, но ещё и получить эмоциональное понимание этого феномена. Принять и осознать, — ответил я на его невысказанное «почему».

Дальнейшая дорога прошла в тишине. Громыхая и покачиваясь, кареты цепочкой двигались по дороге. Когда наш экипаж проехал между двумя высокими колоннами, увенчанными фигурами крылатых вепрей, мы официально оказались на территории школы. Замок Хогвартс нависал всё ближе — могучая громада башен, угольно-чёрная на фоне тёмного неба. Яркими прямоугольниками в ней там и сям светились окна.

У каменных ступеней, ведущих к дубовым входным дверям замка, кареты с лязгом остановились. Выйдя из кареты, мы направились в замок. Вестибюль был ярко освещён факелами, и шаги учеников по мощённому каменными плитами полу отдавались в нём эхом. Все двигались направо, к двустворчатой двери, которая вела в Большой Зал.

В Большом Зале школьники рассаживались по факультетам за четыре длинных стола. Вверху простирался беззвёздный чёрный потолок, неотличимый от неба, которое можно было видеть сквозь высокие окна. Вдоль столов в воздухе плавали свечи, освещая серебристых призраков, во множестве снующих по залу, и учеников, которые оживлённо переговаривались, обменивались летними новостями, выкрикивали приветствия друзьям с других факультетов, разглядывали друг у друга новые мантии и фасоны стрижки. И я заметил, проходя мимо, что некоторые наклоняются друг к другу и перешёптываются, стоило им только заметить меня. Сразу на лицо наползла довольная улыбка, а плечи раскинулись немного шире, показывая всем гордость за себя. Да, в конце прошлого года я оставил незабываемое впечатление. Прямо как Гарри в конце четвёртого курса, но намного интереснее и круче.

Здороваясь с теми, с кем ещё не виделись, мы прошли к своему столу, усевшись рядом с Невиллом. Как только я сел, вокруг меня образовался этакий купол тишины, будто бы на ближайших ко мне детишек наложили Силенцио.

— Что вы на меня так смотрите? — ухмыльнувшись, оглядел я товарищей по факультету. — Может быть вы автограф хотите?

Сразу после этих слов они вернулись к своим делам, перестав обращать на меня настолько пристальное внимание.

— Думаю, Хогвартс запомнит тебя навечно, наравне с Основателями, — весело улыбнувшись, сказал Рон.

— А ведь впереди ещё целых шесть лет обучения, — напомнил я ребятам.

— Поправлюсь: если школа не будет уничтожена в ближайшие шесть лет, она запомнит тебя навечно, — невозмутимо добавил рыжик.

— Эй, не надо выставлять меня каким-то всеразрушающим чудовищем! — возмущённо воскликнул я, а Гарри с Гермионой на это только посмеивались.

— Я не выставляю тебя всеразрушающим чудовищем, — показал на лице праведное возмущение Рон.

— Да, ведь Льюис не всеразрушающее чудовище, а всепожирающее! — с пакостной улыбкой на лице вставил свои пять копеек Поттер. Взрыв хохота (даже Гермиона хихикала) был слышен даже за соседним столом. И это несмотря на непрерывный галдёж учащихся.