Чтение онлайн

По дороге обсуждали, как полностью и безоговорочно отбить любые подозрения и даже нашли к некоторые варианты. А в кинотеатре смеялись так бурно, что нас чуть не выставили, после чего, веселиться продолжили, поминутно сползая под кресло и непрерывно хрюкая там. Фильм, правда, комедией не был, но уж очень смешно изображали страсть актеры. Я, конечно, патриот и все такое, но российский кинематограф не для слабонервных.

Досмотрев до половины, ушли сами, наше терпение закончилось раньше, чем попкорн в стаканчиках. Не знала, что это - опасное оружие, но на улице началась битва трех титанов: забрасывали друг друга киношным угощением с таким энтузиазмом, что после сражения вытряхивали снаряды даже из нижнего белья, и это не смотря на наличие верхней одежды. Потом парни потащили меня в парк, хоть я и обещала завтра снова жестоко разбудить Кота к первой паре и рассказала, как уже холодную водичку приготовила для этой цели.

В парке обнаружили крытый каток и, со всем воодушевлением рванули туда: я всегда мечтала научиться, но как-то не складывалось, а тут такой шанс - поддержка с двух сторон. Катаясь, мы продолжили веселиться и вскоре остальные посетители оказались за бортиками, внутрь не лезли, но и расходиться не спешили, еще бы такое шоу не каждый день можно наблюдать. Парни таскали меня за собой, придерживая с двух сторон, пытались заставить кататься самостоятельно, бросали, поднимали, отряхивали, выпускали снова и снова поднимали. Уходить пришлось, когда мы уже обессилили от смеха, так что до машины я доползла с трудом.

– Мальчики, с вами невероятно весело, - сообщила я по пути к дому.
– Надо повторить.

– Да и с тобой не заскучаешь, - отозвались 'мальчики'.

В четверг меня ждал невероятный сюрприз: на момент моего пробуждения я оказалась дома в одиночестве с запиской примагниченной к холодильнику. 'Осознал ошибки. Пошел грызть гранит науки. Не скучай!'. Ага, так я и поверила! Осознал он, как же! Только и ждал все эти годы, когда явится Николина Владимировна и объяснит важность получения высшего образования.

Послонялась по дому, пытаясь найти себе какое-нибудь занятие, только руки не хотели ни за что браться: меня слегка била непонятная нервная дрожь. С недавнего времени обнаружила за собой что-то вроде слабых способностей экстрасенса - чувствую неприятности. Глядишь, если так и дальше пойдет, смогу в 'Битве экстрасенсов' участвовать. Только сначала научусь у студентов шпоры находить усилием воли. Не то, чтобы я была ярым противником списывания и жульничества на экзамене, скорее, придерживаюсь мысли, что человек хотя бы там что-то запомнит, но надо же как-то расти и развиваться.

Во второй половине дня тревога достигла максимума. Я умудрилась разбить две тарелки и чашку, готовя обед, на который никто так и не явился, и, во избежание дальнейших потерь, тупо уселась перед окном. Попыталась в интернете пошариться, но, заметив, что зависаю, рассматривая одну и ту же страницу, плюнула на это бесполезное дело.

Отпустило мгновенно, когда услышала звук ключа, поворачивающегося в замке. Это меня из-за Котика так трясло?! В каком-то странном порыве не бросаюсь, а меня бросает к нему: прижаться, как можно теснее, обхватить, как можно крепче, почувствовать тепло, запах, странную, немного темноватую энергию.

– Что с тобой сегодня?
– недоумевает Тихомиров. Да, так я его еще не встречала.

– Не знаю. Затосковала в неволе, вот и клинит меня со страшной силой. Есть хочешь?
– наконец, у меня хватило сил разжать руки и выпустить его.

– А то!
– Кот подмигивает и исчезает за дверью ванной комнаты.

Накрываю на стол с ощущением, что чего-то не хватает, и только, когда осознаю, что на столе три тарелки и три вилки, понимаю, чего, вернее, кого.

– Димка не придет?
– аккуратно интересуюсь.

– А должен?
– кто его знает, ничего мне никто не должен, но хотелось бы. Не знаю, говорили же нам как-то на лекциях по психологии, что треугольник - самая устойчивая фигура...

– Какие новости в универе?

– Как обычно, - слишком быстро отвечает хозяин дома, вызывая подозрения. И тут мой взгляд падает на его руку. Кожа на костяшках пальцев содрана.

– Ты там не был, - делаю вывод. Легонько провожу большим пальцем вокруг сбитой кожи, беря его руку в свою.
– Пошли, обработаю.

– Не надо, само пройдет, - отмахивается он, но, видя недовольное выражение моего лица, вздыхает и сам отправляется в ванну.

Разыскиваю перекись, ватные диски и даже мазь, которая обещает скорое заживление ран и ушибов. Надо и мне аптечкой обзавестись, а то придет конец света, а у меня только лейкопластырь, и того мало. Очень аккуратно обрабатываю раны, тщательно дуя каждый раз. Не люблю, когда мне больно, не люблю, когда больно другим и меньше всего люблю причинять боль сама.

– Вообще-то, я почти нечего не чувствую, - с явной иронией сообщает Кот, кажется, посмеиваясь надо мной.

– И не щиплет?
– удивляюсь. Ничего себе, какая у него сила воли, я бы сейчас уже орала, вон как страшно пузырится.

– Тебе никогда не обрабатывали раны перекисью?

– Мне, вообще, редко раны обрабатывали, у меня их не было и, как правило, йодом. Ужасно неприятно.

– Здесь же нет спирта, так что, все нормально. Только есть хочу.

– Ну, пошли, - чувствуя себя полной дурой, быстро мажу руку и возвращаюсь в кухню.
– Ничего рассказать не хочешь?
– Кот делает недоумевающее лицо.
– Дай телефон, пожалуйста, - позвоню сейчас маме, она уже знает, если мои предположения правильные.

– А твой где?

– Выбросила, - говорю как можно равнодушнее.

– Когда успела?

– Тогда, - неопределенно машу рукой.

– Поискать?

– Не надо, я новый собиралась купить и симку сменить.

– Можно не менять.

Внимательно рассматриваю собеседника. Интересно, почему люди не умеют говорить прямо. Помню, был такой сюжет, в книге или фильме: люди так тщательно лгали друг другу, что освоили телепатию, а потом научились врать и в мыслях тоже. А мы вот и не врем друг другу, но и правду не говорим.

– И что, есть повод напиться?
– я боюсь верить, пока не услышу прямой ответ.