Чтение онлайн

— Я — Соя, — сквозь слёзы пролепетала малышка, глядя мне в глаза.

— Я знаю, — я угрюмо улыбнулся и растрепал девочке волосы. — А теперь повернись спиной и сядь на корточки. Закрой плотно уши, чтобы ничего не слышать. Зажмурься, чтобы ничего не видеть. Постарайся ни о чём не думать, ну или думай только о хорошем.

Малышка попыталась что-то сказать, но лишь смогла беззвучно открыть рот и пошевелить губами — хотя фразу про то, что она здесь, можно понять и без слов. Девочка всхлипнула и послушно села спиной к наёмникам, закрыла ушки всеми четырьмя руками, зажмурилась. И задрожала.

Я прошёл вперёд на шаг, увеличивая расстояние для мощного замаха. И перехватил поудобней посох. Зелёные утолщения на древке не позволят руке соскользнуть.

Активирован «Пронзающий удар»

Острое основание посоха моргнуло синим. С чавкающим звуком оно вошло в сырую землю строго за спиной девочки. С ухающим звуком на землю упал мой тяжёлый рюкзак, на него примостился гримуар, кинжал, жезл, кольца, именной браслет. Плотный кожаный плащ лёг на девочку, полностью скрывая, а сверху — чёрный пояс, закрывая детскую спину и голову. На землю легла куртка с подогревом, штаны, рубаха, обычные ботинки и ботинки с подогревом. Исподнее.

Холодный ветер обдувал каждый сантиметр голой морщинистой кожи, но от нервного возбуждения я не чувствовал холода, не чувствовал ветра, не чувствовал привычного тремора. Я лишь чувствовал чуть влажную землю дороги под ногами, когда медленно ступал вперёд. Два, три, пять метров от девочки. Это достаточно. Я остановился.

В десятке метров напротив меня встали наёмники, все восемнадцать голов, все восемнадцать ярких овалов от «Чувства магии». Они всё это время смотрели, как я раздевался и ржали лошадьми надо мной, а сейчас скалились охочими до крови бойцовыми собаками.

— Разделся, чтобы членом своих хвастаться? Так мы его тебе отрежем, сука, — выпалил один из наёмников, на что все заржали.

— Чё, госока, — стоявший по центру наёмник вытащил длиннющий кинжал, — оставил всё своё там? Чё, рассчитываешь на быструю смерть? Не мечтай, сука. Мы не торопимся, за каждого нашего брата отомстим тебе. Зарежем мелкую погань и примемся за тебя. Ты сдохнешь в муках, сука.

— Вряд ли.

Внимание, Вы собираетесь воспользоваться основным свойством достижение «Двуединый»

Желаете изменить форму Вашего тела?

Сознание откинуло от точки зрения, она свернулась в трубочки, уменьшилась, истончилась. Мысли разорвало клочьями, истлевшей трухой они облепили трубку. Она покрылась смолянистыми кляксами, больше их, больше. Трубку вывернуло наизнанку, перекрутило, растворило. И обратно развернуло, очистило от клякс, мысли собрались из кусочков сажи, трубка расширилась, точка зрения резко приблизилась и встала на своё место, показывая ошарашенное лица наёмников, бывшие теперь ниже, чем пять секунд назад.

Солнце блеснуло на моей чёрной коже. Шрамы на груди вспыхнули жаром, обрубок хвоста, левая культя и повреждённая морда болью разрывали сознание. Воздух проник в сформировавшиеся лёгкие.

По округе разнёсся крик, подкреплённый болью и шестью сотнями очков в характеристике «Воля». Наёмников пробил страх. Шестеро упали и замерли, трое упали и задёргались в конвульсиях, остальные испуганно замерли. «Рывок» сорвал меня с места. «Удар» лапой разметал разумных. Укус, и чья-то голова взметнулась в воздух. Ещё удар и когти на лапе пронзили чьё-то тело. Кровь брызгала. Мечтавший о пытках наёмник истерично завизжал и бросился к лесу, но спиной поймал «Магические копья» и упал навзничь без движений.

Секунды, и вокруг меня лежали тела. Кто с раздробленной головой, переломанным от удара позвоночником или перекусанные пополам — те всяко мертвы. Упавшие в самом начале может быть и живы, но «Обнаружение жизни» осталось в форме ксата, хотя и без этого у меня достаточно способов для проверки.

В явных живых остался один из наёмников, он упал на спину и пытался отползти, моля оставить его в живых и пощадить, он никому не расскажет и будет молчать. Я придавил его лапой, ломая кости ног. Он заорал от боли, но меня это не волновало.

«Тщедушное существо», — я пробился наёмнику в сознание и, не дожидаясь ответа, толстыми когтями пробил ему грудь. Наёмник выпучил глаза, натужно раскрыл рот. И обмяк. Примерно то же самое я сделал с прочими разумными, наверняка заканчивая это приключение.

Земля чуть вибрировала и подрагивала, пока я медленно ковылял на трёх лапах к оставленным вещам. И мелко дрожащему кожаному кокону. Я остановился около него и привычно захотел цокнуть языком да потереть переносицу, но только неуклюже вывалил язык через повреждённую часть морды да едва не упал, попытавшись перенести вес на культю. Захотелось привычно сплюнуть, но я побоялся опять вываливать язык.

«Вставай, Соя. У нас времени мало», — я пробился девочке в сознание и сразу обрубил канал мыслеречи, чтобы та могла свободно действовать. Кожаный кокон зашевелился, плащ упал на землю. Малышка повернула голову, увидела мою культю, проскользила взглядом по чёрной коже и уткнулась им в обезображенную морду. Она задрожала и плюхнулась на мягкое место и только хотела попятиться, но широко распахнула глазки, уставившись в мой уцелевший глаз.

— Хозяин? — пролепетала та.

«Хозяин, хозяин. Вставай же, Соя, времени мало».

— Соя? — от удивления у неё задрожали губки, а глаза вновь увлажнились. Она подскочила и всеми четырьмя кулачками ударила себя в грудь. — Соя? Соя?!

«Да Соя ты, Соя».

— Соя, — Соя улыбнулась и на дрожащих ногах подошла ко мне, вытянув руки и приложив ладони к культе левой лапы. — Я здесь?

«Да здесь ты, здесь. Мелкое наказание моей скверной жизни», — я аккуратно тюкнул культёй в макушку Сои. — «А теперь давай работать, позже нахозяйкаешься и наздеськаешься. Нужно прибраться здесь и валить, иначе нам уж точно несдобровать».

Только сейчас Соя догадалась посмотреть на дорогу, на окровавленные и истерзанные тела. Она вспомнила всё произошедшее, резко вздрогнула, потрясла головой, утёрла подступившие слёзки и решительно посмотрела на меня, ожидая распоряжений. Потому что слишком легко сопоставить исчезновение ксата с девочкой и когтистые следы на дороге с восемнадцатью телами там же.

Следующие полчаса прошли на редкость суетливо.

Сначала я приказал девочке завернуть все мои вещи в мой же кожаный плащ и крепко его завязать таким образом, что под узлом можно было протянуть подобие верёвки. Затем девочка принялась осматривать тела, а их плащи вместе с редким провиантом откладывать в сторону. У большей части наёмников за спинами рюкзаков не было, только пятеро несли поклажу. Там несколько длинных мотков верёвок разной толщины, сухих лепёшек с три дюжины и сушёное мяса, и несколько бурдюков с водой. Недостаточно, чтобы продолжить путь по дороге к следующему городу, да и палаток и прочего у наёмников с собой нет.