Скверная жизнь дракона. Книга восьмая
Шрифт:
Центральный похлопал в ладоши. Из шкафа вышли двое длинноухих со свёрнутыми в трубки картами. Я даже не повернулся в сторону шкафов, и даже не смотрел, как эта двоица передала карты и вышла из комнаты.
— Вас сложно застать врасплох, — вежливо, но с едва заметной издёвкой произнёс центральный.
— Я должен чего-то бояться? — на мой вопрос Лутарикий вежливо улыбнулся и покачал головой.
Лутарикий хотел продолжить, как от стены к двери подошло одно из белёсых облачков. Раздался стук. Облачку разрешили войти. Это оказался один из сопровождавших троицу фуаларал, длинноухий, в зелёном балахоне. Он только и успел закончить, что с девочкой что-то случилось и она дрожит, а я уже направился к двери. Девочка подскочила ко мне, чтобы похлопать по паху и приложить ладони к животу.
— Мелкое наказание моей скверной жизни, — прошептал я, помассировав переносицу. Сегодня же объясню, что ходить в туалет можно и без разрешения. — Где у вас уборная?
Лутарикий через плечо властно приказал помощнику проводить девочку до туалета. Я вернулся на место и поблагодарил эльфа, из вежливости и соблюдения простейшего этикета.
— Вы трепетно относитесь к этому ребёнку, — эльф беззлобно улыбнулся.
— Она может пригодиться в будущем. Я должен оберегать свои инвестиции.
— Значит, наше предложение вам понравится. Оно затронет и этого ребёнка тоже.
Эльфы разложили на столе карты. На самой большой отображались границы огромного сада, волнистые и с прямыми углами, и с десятками сотен различных участков внутри. У каждого участка своё название на языке лесных эльфов, с которым у меня некоторые проблемы, а ещё все участки помечены номерами. Прочие карты расположили группами, не меньше трёх в каждой. На первой всегда отображались какие-то дорожки и редкие домишки, а на прочих между толстыми круглыми кляксами протянуты широченные поперечины. На них стояли дома и дороги.
— Вы действительно живёте на деревьях, — задумчиво проговорил я даже не спрашивая, а констатируя. Эльфы заулыбались, а в их взглядах смешалось смирение, толика грусти, и всепоглощающее благоговение перед чем-то неведомым.
Эльф разложил сгруппированные карты линией, начинавшейся у края сада, и заканчивалась строго перед широким километровым стволом исполинского дерева. Моя задача — пройти вместе с будущей группой длинноухих до большого дерева, а потом вернуться и рассказать, что и чего я видел в пути.
— Мы предоставим вам необходимые обереги и зелья, но только на свершаемый путь. В остальном мы, конечно, можем пойти навстречу, но потребуем оплаты. Поступком, — эльф взглядом показал на карты, на что я помахал рукой, призывая продолжать. — Мы хотим, чтобы вы запомнили расположение нежити. Особой. На них должны быть защитные обереги.
— Это из прошлых групп, поглощённые скверной? — спросил я. Эльф кивнул. — Как такое возможно, чтобы скверна сжирала разумного вместе с защитным оберегом?
— Тамливийский сад скверны не познан, как и Великий Канталейский лес скверны, — с намёком произнёс эльф. Я чуть сдвинул брови, показывая, чтобы тот начинал выкладывать всё и сразу. — Мы только знаем, что вы приезжали в Яхоновское княжество прошлым летом. Отправились к лесу, а через месяц вернулись с подтверждением своего нового титула.
— Ваши соглядатаи не зря едят свой хлеб. При чём тут этот лес?
— Как я и сказал, дело в не познании. Защитный оберег, в прочих поруганных местах долго держащий защиту свою. В саду он истощается в десять раз быстрее.
— Допустим. Что я получу взамен? Кроме оберегов и зелий.
— А что вам интересно? Можем поселить вас в твердыне князя, но от города до сада на лошади ехать полдня. Можем создать вам подходящие условия на месте, разобьём вам лагерь в километре от первых корней.
— А можно всё и сразу, — полностью серьёзно проговорил я. — Вы просите меня о сложном.
— И мы уверены, что это будет выполнено. Гильдия авантюристов и вольных наёмников Магнара, князь Фраскиска, Ганзейская торговая лига, экзамен на магоса. И Всеобщая Церковь. Вы ксат, но ксат исполнительный.
— Звучит как форменное издевательство.
— Это решать вам, но мы в вас уверены, — эльф переглянулся с двумя другими и подался вперёд. — Вы ведь, для Ганзы, спускались на третий уровень канализации Баскара. Не подумайте о провокации, но, многое ли там видели?
— Можно смотреть на что угодно, но нужного так и не заметить.
— Возможно, — эльф отодвинулся обратно. — За информацию о нежити с оберегами вы хотите сразу жить у князя, и путешествовать к лагерю?
— Почти, — я ехидно улыбнулся и рассказал, что должны будут сделать длинноухие. На последнем моменте маска спокойствия слетела с лиц эльфов, они настороженно переглянулись.
— В животном молоке проблем не будет. Но… — Лутарикий замялся, поводив взглядом по стене за моей спиной. — Зачем последнее?
Я показал рукой на дверь. Несколько секунд назад девочку привели обратно, она покорно встала у дальней стены.
— Считайте это экспериментом. И служанка, которую вы предоставите на время, должна не только заниматься с девочкой, но не сметь поднимать на неё руку.
— Вряд ли найдётся такая, не переживайте.
— Девочка — троптос, — сказал я. Эльфы округлили глаза. — Всеобщая Церковь отказалась от неё, — на моё своевременно замечание Лутарикий улыбнулся, все трое понимающе закивали.
— Смешать разное молоко с грудным — это ваш эксперимент?
— Я хотел чередовать дни, но ваше предложение мне нравится больше.
— Надои вёдрами не пообещаем, но четверть литра в день мы обеспечим.
— Столько же коровьего, козьего и овечьего. Смешать. Половину утром, половину к ужину. Что с занятиями и жильём?
— Вам предоставят пропуск в княжеский двор, выделят лучшие гостевые комнаты. Служанку подберём, будет заниматься с девочкой речью нутонов и ратонов.
— И немного одежды ей сделайте. Она будет жить здесь, я по пять дней в лагере, — я показал на карту, на то самое место, где будущая группа собиралась входить в осквернённый сад. Место находилось с северной стороны сада, а столица княжества на западной стороне. — Почему именно отсюда?
— Вы прозорливы, Ликус. Думаю, вы самостоятельно отыщите ответ на свой вопрос.
— И что случится после?
— Мы зимой договорились, что доверяем вам наши секреты. Вы не хотите довериться нам?
— В одном из худших случаев один ксат ничего не противопоставит всей банковской системе. Ведь может так случиться, что вся ваша группа погибнет, а я захочу посмотреть, что же там такого в центре, — я взглядом показал на огромный километровый ствол главного дерева.
— Если вы сделаете и это, — эльф замолк, покосился сначала на одного приятеля, потом на другого. Двоица прищурилась. — Не мы решаем об ответе, но заверю, что и в таком случае никто из фалаас-аялуш-руулаан не посмеет навредить вам прямо или косвенно.