Чтение онлайн

Глор с противником продолжали свое родео. Иногда, когда кошка падала на спину, то капюшон выползал из-под Глора, частично открывая сердце. Не знаю, чего он этим хотел добиться, но Глор крепко его сжимал и не позволял капюшону полностью открыться. Так повторялось каждый раз, когда фархан оказывался на спине.

— Слушай, Глор может выпускать побеги для лечения, ведь так? — появилась у меня идея.

— Да, но сейчас он не сможет себя исцелить, фархан не даст ему этого сделать.

— Плевать, дай ему команду оплести лапы, чтоб тот не смог двигаться какое-то время и упал на спину.

— Хорошо. Но он сможет удержать всего несколько секунд, пока не закончится энергия, после этого он разорвет их, и Гор не сможет больше держаться.

— Этого будет достаточно, начинай! — отдав команду, осмотрел землю рядом и, найдя каменный нож, подобрал его. Сейчас он был единственным спасением. С ножом в руке я бросился к монстру, стараясь заходить сбоку.

Из спины энта стали вырастать побеги, которые начали стягивать лапы фархана. Кошка начала скакать ещё яростнее, обрывая их. Я уже начал сомневаться, что у нас получится, когда Глор усилил натиск, и сразу огромное количество отростков вырвалось из его спины. Плотным пучком они обвили лапы и начали стягивать их. Впервые за все это время от фархана донесся булькающий звук. Только сейчас я заметил, что вся схватка происходила в полном молчании. И вот конечности были стянуты, а кошка, потеряв равновесие, завалилась на бок. Поймав момент, я подскочил и схватил ее за передние лапы с внутренней стороны, стараясь держаться подальше от головы. Рывками начал раскачивать ее, чтобы перевернуть на спину. Она оказалось очень тяжелой, но тут мне немного помог Глор, отпрянув от нее немного и завалившись в сторону спины. Нам удалось, и она начала перекатываться на спину. В этот момент я умолял создателя, чтобы моя идея оказалась верной.

Оказавшись на спине, кожаный капюшон отлип от тела и начал раздуваться, открывая брюхо. Он бил по земле, стараясь перевернуть тело. Именно этого я и ожидал. Поднырнув под энта и втиснувшись между складками кожи, под углом вонзил лезвие каменного ножа между сердцем и плотными красными наростами вокруг. Именно там, насколько я помнил, находится мембрана, и это самое слабое место. Я угадал, и нож вошел по самую руку, заставив фархана издать булькающий визг. После этого он начал с удвоенной силой вырываться из стянувших его древесных оков. Я понимал, что долго Глор не продержится, и со всей силы начал проворачивать нож вокруг сердца. Все же лезвие было недостаточно острое, чтоб резать мембрану, но я с остервенением дергал его, стараясь не перерезать, так перетереть. Рывками нож проходил по контуру сердца. Все это время кожаные складки молотили по мне пытаясь избавиться от меня и закрыть самое дорогое. «Поздно, мразь, ты сделал ошибку, и я не упущу такого шанса!», — выплюнул я сквозь сжатые зубы, наваливаясь на нож, из-под которого на меня, в который раз за сегодня, фонтанами брызгала кровь. В этот раз она была ярко алая и очень напоминала обычную кровь, но я, не обращая на это внимания, продолжал резать.

В какой-то момент мне показалось, что у нас получится, ещё немного и победа будет за нами. Но тут энергия у Глора закончилась. Оковы крепко держали конечности, но вот в самом энте сил не осталось. Краем глаза я заметил, как фархан дернулся, и тело энта, не выдержав, разорвалось на части, улетев в разные стороны и разбрызгивая во все стороны темно-зеленую кровь. Кошка молниеносным движением извернулась, перевернувшись на живот, придавив меня. Все тело захрустело, я почувствовал, что в груди что-то лопнуло, рукоятка каменного ножа пробила мне ключицу, дробя фантомные кости или что там у меня вместо них. Из глаз, ушей, рта и носа брызнула белая кровь, смешиваясь с алой кровью фархана. Кошка медленно поднялась на лапы, ее сердце зависло на высоте в метре от меня. Передо мной возникла его морда. Тьма в его черных глазах будто пыталась меня поглотить, промораживая внутренности. Его шея напряглась перед тем, как опустить клыкастую морду и оборвать мою жизнь. В этот момент мой взгляд переместился на сердце, которое я так и не смог вырезать, оставалась примерно одна четвёртая круга, рукоять ножа все так же торчала, окрасившись моей белой кровью. От злости на эту драную кошку я собрал все остатки сил и, захлебываясь кровью, выкрикнул: «Выкуси!» — одновременно с этим прижал к себе ноги и на подобии пружины распрямил их, метя в сердце. В это мгновение челюсти сомкнулись на моем лице.

Пустота… холодная и бесцветная. Она была по всюду, даже внутри меня. Мне казалось, я сам был пустотой, но почему-то я чувствовал раздражение, исходящее отовсюду. Словно голоса шептали мне: «Чужак, исчезни, ты не принадлежишь нам». Я не помнил кто я или что. Кем я был раньше и что делал. От этого чувства внутри появилась дыра. Черная и опасная клякса, яростная и спокойная яма. С каждым мгновением этот провал внутри становился больше, забирая уже привычную мне пустоту и мой холод. Начали появляться краски, преимущественно красные, багровые, алые и они приносили с собой боль. Каждый блик этого адского безумного буйства огненных искр впивался в меня, кусал, обжигал. Я не мог избавиться от боли, от страха. Агония начала закручиваться в огненный торнадо, меня скручивало, разрывало, сжигало. Бесконечность, безысходность, желание исчезнуть пылающими метеоритами разрывали мою сущность. Казалось, прошла вечность, и она никогда не закончится, делая из меня живую огненную куклу. Безумие постепенно начало захватывать меня. Пусть так, может мне нужно принять это, слиться с этим огнем, наполнив свою пустоту. Я уже ощущал себя одним сплошным куском пылающей энергии, и боль начала приносить мне удовольствие.

Но вот я услышал мелодию. Динь-дон, звук колокольчика. Каждый удар сбивал с меня лепестки пламени и уносил их прохладным ветром. Динь-дон, из ниоткуда на меня упала капля воды. Пусть она сразу же испарилась, но за ней начали падать капли одна за другой, превращаясь в мелкий дождь, а после в бушующий ливень. Динь-дон, огонь не справлялся и начал отступать, хоть и огрызался огненными бутонами, но он уже понял, что ему не выиграть. Все вокруг заволокло паром. Мое сознание, обожжённое, истлевшее и пульсирующее в болевых судорогах, не понимало, что происходит. Динь-дон, из завесы испарившейся воды пробился зеленый лучик, ослепив меня, затем ещё и ещё, пока все пространство не заполнил зеленый свет. Освещая, он приносил исцеление, даря прохладу, нежность, выталкивая всю боль. Динь-дон, меня окружили стебли, которые прорастали отовсюду. Даже изнутри начали прорастать листья и молодые побеги, даря спокойствие и облегчение. Динь-дон, дыру внутри меня покрыли корни, заполняя все естество собою. Динь-дон, корни начали пульсировать в такт ударам колокольчика, сотрясая пространство. Динь-дон, внезапно меня подхватил поток воды и вместе с листьями понес куда-то. Динь-дон, динь-дон, динь-дон…

Меня вытолкнуло из зеленого потока. Нос наполнился запахом свежести. На коже почувствовал влажные капли. Мое тело зудело, и я слабой рукой почесался: «Хорошо, как же хорошо», — воскликнул я, и, услышав свой голос, открыл глаза.

— С возвращением!

Мой взгляд сфокусировался, и я увидел перед собой Рунза. Он завис прямо над моим лицом и, представьте себе, даже не двигался. Мой разум буксовал и не мог понять, что происходит.

— Ты в порядке, Рэнни? — снова раздался знакомый голос.

Услышав свое имя, память наконец открыла свои двери, наполняя меня воспоминаниями последних дней. Пауки, мечущие огненные шары, ящер в позе лотоса посреди пентаграммы. Астрал, населенный опасными монстрами. Комплекс в виде дерева с энтами. Путешествия через порталы. Сражения пса со слизняком. Разговор с Рунзом, ритуал и договор с ним. И последнее воспоминание — сражение с фарханом и его клыки, защелкивающиеся на моем лице. А после пустота, огонь, боль, звук колокольчика, дождь, зеленый свет и водяной поток.

— Бррр… Рунз, я жив? — уставился я на светлячка

— Не знаю, это ты мне скажи. — самодовольно ответил он и отлетел от меня чуть подальше, позволяя мне сесть и осмотреться.

Оказалось, что я лежал в небольшом гнезде, сотканном из веток и листьев. Мое тело было все таким же белым. Ощупав руки, шею, голову, пройдясь по остальным частям тела, все было на месте. Но как же так, я же точно помню боль, с которой откусили мою голову.

Наконец, я окинул пространство вокруг себя и окончательно разуверился в своем рассудке. Земля была устлана густым полуметровым ковром из травы. Стены полностью были покрыты стеблями лозы с широким листьями, скрывая камень. В некоторых местах прорастали какие-то цветы с крупными бутонами разных оттенков. Слева от меня находился здоровенный пень метром в высоту и таким же диаметром. Сверху на нем стоял полупрозрачный камень, светящийся пульсирующим зеленым светом. Его основание было опутано мощными побегами, и в некоторых местах они врастали прямо в камень. Обернувшись, увидел за спиной толстый ствол примерно в три обхвата ладоней и высотой метра два с половиной, в верху словно зонт раскинулась густая крона, которая сейчас нависала и надо мной.

— Слушай, я ничего не понимаю, можешь мне рассказать, что произошло, а то мои воспоминания настаивают на том, что я умер? — встать я побоялся, так как чувствовал сильную слабость, лучше немного подожду и послушаю что мне скажет Рунз.

— Даже не знаю с чего начать, хотя начну по порядку. — словно смакуя что-то вкусное протянул он. Выждав пару секунд и видя, что я не в том настроении, начал рассказ. — Помнишь, я говорил, что для восстановления фантома делается слепок матрицы, и если он умирает, то нужно влить в него определённое количество энергии? — я кивнул, соглашаясь с тем, что помню об этом. — Хорошо. После того, как ты принес сердце, и вы с Глором приложили ладони к нему, я активировал передачу энергии. Это сердце было насыщеннее прошлого, а это значит лишняя энергия просто рассеялась бы в пространстве. Поэтому я через ваши руки влил в вас излишек. Такой способ очень неприятен, как ты помнишь, и при нем ещё больше увеличивается потеря полезности. Но даже этого хватило, чтобы наполнить и вас практически полностью. В момент передачи случилось ещё кое-что. Во мне отпечаталась твоя матрица, это я заметил не сразу, а только после твоей смерти, но об этом чуть позже. В момент, когда фархан откусил тебе голову, я уже подумал, что все, сейчас он ринется и за моим источником. Приготовившись к смерти стал ждать, но фархан замер на месте и не двигался какое-то время, а после просто рухнул, так больше и не двинувшись с места. Твоя последняя атака все же достигла цели, выбив сердце. Ни за что бы не поверил, что этого опасного монстра можно убить таким способом, если бы не увидел этого сам. Я остался один и думал, что ты уже мертв окончательно. Поэтому постарался защитить себя как мог. Вырастил генератор, после накопил энергию для своего улучшения. На первом уровне мой центр, как ты заметил, вырос и зона влияния в пространстве увеличилась. Теперь я могу менять ландшафт на подконтрольной территории за счет энергии, поэтому первым делом я завалил проход, чтобы кто-то случайно не заглянул на огонек. Зная о том, что чем больше концентрация энергии в сущности, тем больше вероятность того, что ее могут учуять астральные монстры. Рисковать я не стал и всю энергию тратил на преобразования и улучшения. Покрыл все стены, пол и потолок древесной защитой, которая в свою очередь немного экранирует уход энергии отсюда и тем самым увеличивает маскировку. Произвел улучшение генератора, теперь он вырабатывает четыре единицы, но и расходы увеличились, теперь древо выросло и стало потреблять одну единицу от генератора. На древесную защиту также уходит одна единица. В итоге, у меня установилась чистая добыча в две единицы. Для перерождения фантомов нужно было вырастить специальное место, в котором находишься сейчас ты. После того, как с ним закончил, я начал думать кого переродить первым и тут наткнулся на третью матрицу. Знал бы ты, как я был удивлен и одновременно очень рад, что она оказалась твоей. Правда, я не знал, будешь ли ты прежним или станешь, к примеру, как Гор. Но, как я вижу, твой разум и память осталась при тебе?

— Вроде бы да. Я ощущаю себя, как и раньше и помню все довольно отчетливо. — снова ощупал тело, пытаясь найти какое-то отличие, но к своей радости не смог.

— Слушай, а каково это было умереть?

Воспоминания с новой силой всплыли в памяти, заставив похолодеть внутренности. Тело начало немного потрясывать, но я взял себя в руки. «Я жив, я точно жив!», — мысленно сказал сам себе и хлопнул обеими руками по щекам.

— Поверь, такого я больше не хочу переживать ещё раз и сделаю все, чтобы этого не повторилось.