Чтение онлайн

Юноша и ряд других оставшихся неофитов стали рыцарями, так как было необходимо пополнить рыцарское крыло. Двое неофитов присоединились к магам в Анклаве.

Орден так и не оклемался от большинства потерь, так и оставшись в пребывании в некотором запустении. Казармы неофитов так пустовали, ибо никто из рыцарей не решался отправляться на «жатву». Места мастеров, профессоров так никто и не занял, оставив ощутимую пустоту.

На место ушедших иерархов пришли специально обученные имперские чиновники, присягнувшие Ордену на верность. Это был так называемый «подарок» императора Регенту, который должен был ускорить восстановление Ордена.

Но такое ранение, прошедшее в самих душах членов Ордена не скоро заживёт, став болезненным напоминанием о гнусном предательстве. Хоть в Ордене мало говорили об отступниках, ибо старались о них скорее забыть, никто не мог успокоиться после случившегося.

Орден стал постепенно проваливаться в одну большую бездну отчаяния и безысходности.

Азариэль часто рассуждал об этом уходе и не мог понять, чего отступникам не хватало. Даже сейчас, стоя на стене цитадели и смотря в сторону окрестностей, рассматривая прекрасные пейзажи, он думал о предателях и их мотивах.

Но парень никак не мог понять мотивов ушедших, разве что даэдрическая скверна Люция развратила их души и склонила на сторону мерзкого предателя.

Но тут внезапно его размышления были прерваны, а сам он обернулся, в надежде увидеть, кто к нему сзади подходит.

Сзади послышались шаги железных сапог, и юноша обернулся, чтобы увидеть своего друга.

Это был его старый знакомый, который остался верен Ордену и не отринул клятвы. Это был Аврелиан – выходец из сиродильской семьи редгардского происхождения. Некогда его предки осели в Сиродиле, чтобы легче было вести торговлю, что и предопределило судьбу парня.

И тёмная кожа, короткая стрижка, точнее почти её отсутствие, крупное телосложение, широкая челюсть и карие глаза выдавали истинное происхождение парня. Он был истинным сыном песчаных барханов и дюн Хамерфелла, и рождение в главной имперской провинции это не сумело скрыть.

Азариэль узнал его, будучи уже в Ордене, а ещё сильнее сдружился после великого раскола, когда оставшиеся неофиты нуждались в поддержке друг друга.

– Здравствуй Азариэль. – С натужной улыбкой произнёс Аврелиан и положил свою ладонь на плечо.

– И тебе привет. – Последовал грустный ответ, до краёв наполненный горем и грустью.

– Что ты такой грустный? – Пытаясь развеять густую и непроницаемую меланхолию, вопросил парень. – Ты лучше расскажи как твоё задание в Скайриме.

– Грустный… – У нас у всех есть повод грустить. – Практически обречённо произнёс Азариэль. – Всадники так и не отыскали следов Люция, хотя обскакали все провинции: от Морровинда до Саммерсета. Осталось посмотреть только на Акавире или Атморе. От нашей агентурной сети не было информации вот уже месяц, будто они сами скрылись во мраке. А наши первостепенные задачи и священную миссию выполняет Империя, будто мы какие-нибудь калеки. – И закончив ворчание, юноша переключился на более конкретное изложение, не теряя в голосе такой же тяжёлой грусти. – Я не могу смириться с тем, что этот клятвопреступник развращает души моих знакомых и бывших друзей своими нечестивыми псалмами и чумными гимнами. Я никогда не смирюсь с тем, что не пробил ему шею раньше.

– Ты мне лучше расскажи про задание. – Стараясь отвлечь друга от грусти, твердил парень. – Мне не нужная твоя печаль.

– А, что касается задания. – Бесстрастно начал юноша. – Так тут не было чего–либо трудного. Мне надо было добыть старый кинжал с удивительным заклятием разносить чуму. Представь себе: порезал человека в деревни, а через неделю эта самая деревня вымирает от болезни, задыхаясь от сваренных внутренностей.

– Как прекрасно. – Саркастично сказал Аврелиан и тут же усмехнулся, что не помешало Азариэлю проложить рассказ:

– Так вот этот кинжал находился в логове контрабандистов.

– Ты там хоть отоварился? – Язвительно спросил Аврелиан, перебив своего друга, стараясь в нём вызвать хотя бы раздражение, что перекроет грусть.

– Не перебивай. – С толикой недовольства сказал юноша. – Так вот, лагерь этот располагался в маленькой пещерке. Там, к счастью было сухо, в отличие от моего прошлого задания. Эта пещерка располагалась было неподалёку от Рифтена. В пещере было всего четыре контрабандиста, которые намеревались продать это оружие Тёмному Братству. Двое из них стояли у входа в пещерку и сторожили важный груз. Первый был пристрелен из арбалета. Он упал так и не заметив того болта, который через секунду торчал у него изо лба. На втором я испытал новый свиток, который мне дал архимаг. Эффект был потрясающ. Контрабандист сварился и развалился изнутри. Просто распался, как куски расклеившегося мяса. Я перезарядил арбалет и пошёл дальше. В конце пещеры было много ящиков, на которых и сидели, двое оставшихся. Третий тоже был застрелен. А вот четвёртый вынул рапиру и побежал ко мне, явно желая остаться в живых. Я вынул свой новый меч. Первым своей зубочисткой нанёс удар контрабандист. Как сейчас помню: на нём был кожаный доспех, тяжёлые сапоги и странно сияющие кольцо. Его удар пришёлся в мой блок, так и не пробив доспеха, он отпрыгнул. Потом он снова контратаковал. Я снова отбил его атаку и на этот раз ударил, попав клинок в клинок. Его рапира рассыпалась от удара. Он из-за пазухи достал тот самый кинжал и нанёс удар. Я увернулся и нанёс лже-выпад. Он увернулся и встал туда, куда я хотел и попал под следующий удар. Но он смог увернуться и взял на ящике лежавший свиток. Он применил его против меня и снёс меня волной ледяного ветра. Хоть меч был поодаль от меня, но я вспомнил одно старое заклинание. Ну как вспомнил, у меня был свиток. Я, как нас и учили, взнес ладонью к верху и направил на противника. Его колено пробило ледяным осколком, и он упал на колени, выронив ту самую игрушку из рук. Я подобрал свой меч и занёс над его шеей, но он резко встал и попытался нанести удар, его кольцо засияло, а раны на теле бандита стали заживать. Он подобрал рапиру другого бандита и нанёс колющий удар, при этом открывшись для удара. Но сначала я ему отрубил кисть, где было кольцо, а потом и добил. Он выронил кинжал, напоминавший обычный нож: деревянная рукоять с резьбой и абсолютно чистое лезвие, от которого исходило странное сияние. Я подобрал кинжал, и снял то самое кольцо, которое оказалось ещё одним интересным артефактом, и отправился в цитадель. На этом всё.

– Мда. – Несколько с наигранным недовольством начал Аврелиан. – Как-то не очень интересно рассказываешь истории.

– Лучше расскажи как твоё задание в Морровинде. – Язвительно начал Азариэль. – Почему же ты ничего не принёс?

– Да всё нормально там было. – Оправдательно начал парень. – Только вот проклятый пепел, постоянно забивавшийся в горло и одежду, и старая гробница, которая как лабиринт, доставили трудности. В той старой гробнице Дома Редоран должен был храниться меч, способный наносить страшные раны. Я туда пробрался, мастерски обезвредил ловушки и стал пробираться дальше по тому лабиринту. Я только вскрыл дверь в последнее помещение, как меня атаковал жуткий мертвец. Его движения были похожи на то, как дерётся сонный алкоголик.

– Ну да, тебе–то виднее. – Улыбаясь, пытался пошутить Азариэль, чему и порадовался Аврелиан.

– Да ладно тебе. Я нанёс удар ему в гнилую грудь, он всего лишь отшатнулся и пошёл снова в атаку. Я его искромсал в конец, пока он не пал исполосованный. Я прошёл к стенду, на котором и должен был быть меч, а там ничего. Оказалось, что этот меч попросту сломался, а его обломки я смог увидеть за стендом. Оказалось, что время с этим клинком уже поработало, превратив его в куски ржавого металла. Так и пришлось вернуться в Орден без клинка.

– Ладно тебе, ещё принесёшь в Орден свой первый артефакт. – Улыбаясь, сказал Азариэль.

– Ладно, пойду я, надо ещё помочь мне Магистру.

– Ступай, удачи.

И Аврелиан покинул стены цитадели, так и, оставив Азариэля стоять в одиночестве, наблюдая за небольшим и прекрасным лесом перед воротами Ордена, так и манящим к себе взгляд.

Парень ещё несколько минут вглядывался в лесок, думая о прекрасном и отходя от мыслей о предателях, как между деревьями что-то зашевелилось. Что-то чёрное замелькало среди деревьев, постепенно приближаясь к стенам цитадели. Медленно, но верно какие-то чёрные фигуры, просматриваемые сквозь деревья, не останавливаясь, шли к цитадели.

Азариэль, зная, что необходимо делать, во весь голос поднял тревогу, и стражники, забыв про свои дела, заработали как единый механизм. Буквально через две минуты на стенах, с луками наперевес стояла сотня стражников, и ещё несколько сотен выстраивалось возле ворот.

После стражников линией выстроились рыцари, ожидавшие прихода Регента, которого уже оповестили о приближение странных объектов.

В дали, что-то ещё замелькало, и когда объекты приблизились к воротам, то Азариэль напряг глаза и отчётливо увидел, что это был израненный Ариан, а его под руку поддерживал агент, который помог юноше в городке при Гринхарте. Весь живот Ариана был перебинтован и залатан окровавленными тряпками настолько, насколько это возможно.