Чтение онлайн

Собравшиеся угрюмо молчали, а Барри только с отвращением сплюнул. Внутри у Ричарда все сжалось, но он постарался не подать виду. Нахмурив жиденькие брови, он продолжил громко и четко:

— Можете меня убить или прогнать.

На этих словах у него затряслись коленки. Едва удалось это спрятать, натянув пониже полы драного плаща. К счастью, поселяне все превратились в слух и не обратили внимания на странный маневр аспиранта.

— Но тогда вы останетесь гнить в этих халупах, навсегда! Так и перемрете все, как последние бомжи, без надежды на лучшее. А скорее, сюда припрутся роботы и уволокут вас черти куда, как ее подружек, — Дик ткнул пальцем в Энн. — Верно, а?

Вздрогнув, Торниуэй испуганно посмотрела на приятеля, но потом торопливо сказала:

— Это правда. Я сама видела, как Денни и Лиззи утащили те железяки. Чуть со страху не обгадилась, как один из уродов и на меня пошел! Но Дик выручил меня. Уверена, он всем нам поможет!

Энн покраснела и торопливо опустила взгляд. Похоже, ей было стыдно привирать товарищам. Поселяне переглядывались, а потом медсестра, скрестив руки на груди, холодно поинтересовалась у Ричарда:

— Ну и что ты нам предлагаешь?

— Я хочу отправиться к той штуке, которую построили роботы. Надеюсь, оттуда я подключусь к суперкомпьютеру. То есть, смогу восстановить контроль над ИИ нашей станции.

Распихав парней, Барри сел.

— Ну и чего ты сам туда не попрешься? Ты же говорил, что железякам как родной? А мы не хотим рисковать своими жизнями.

По нехорошим усмешкам парней Лайонхарт понял, что ситуация по-прежнему не слишком хорошая.

— В одиночку идти в такое место опасно. Вдруг роботы вообще не станут разбираться и прибьют меня на месте? Профессора система сначала признала, а потом его убили! Плюс дикие монстры по дороге напасть могут. Тут только несколько человек как-нибудь справятся, отвлекут там роботов или еще чего. Да и если все получится… появится свидетель моей правоты.

Повисла тяжелая пауза, и Лайонхарт начал раздумывать, как бы ему побыстрее и безопаснее удрать. Но тут Барри нарушил молчание:

— Знаешь, почему я жру эти грибы? Да, они дрянь, но под кайфом я вижу своих девочек живыми. Мы вместе счастливо смеемся над моим дурным сном… Когда прочухаюсь, у меня башка раскалывается и блевать тянет, но это ничего. За шанс вернуть хотя бы часть былой жизни я готов вытерпеть и не такое. Но если ты облажаешься… — Барри угрожающе сжал кулаки — каждый из них походил на кузнечный молот, — и Ричард нервно сглотнул. — В общем, усек? Бери парней и дуй туда завтра с утречка!

Так Кугель очутился на городских улицах. Катился по проспектам, с удивлением осматривая лес гигантских небоскребов, которые, возносясь на невероятную высоту, сплетались там в тугой клубок стали, пластика и бетона. Толкался среди на оживленных улицах — робот-шар и представить не мог, что людей может быть настолько много, а прилавки магазинов способны ломиться от избытка товаров. Гулял по тенистым аллеям парков, наслаждаясь журчанием ручьев и водопадов. Наблюдал, как несется по дорогам, скользит в воздухе всевозможный транспорт, подобный роям насекомых.

Этот город поражал бесконечным разнообразием, он простирался, казалось, на десятки километров в длину и ширину, а так же на сотни — вверх и вниз. Здания переходили одно в другое, ветвились, оканчивались широкими платформами, на которых зиждилось уже нечто иное. Улицы пересекались во всех направлениях, образуя множество уровней, громоздившихся один на другой, а те укладывались друг в друга, как матрешки, закручивались в спирали. При этом, в отличие от всех руин, виденных роботом-шаром прежде, тут кипела жизнь, ярко сияли тысячей огней, а каждый предмет выглядел только сошедшим с конвейера. Ржавчина, грязь, лохмотья, изможденные лица — все, что было нормой в деревне Шаца и Хильфе, тут разве что являлось частью тщательно продуманного образа. Но обычно балом правили утонченный стиль и показная роскошь.

Ни трещинки, ни пылинки, ни малейшего изъяна: то без сомнения было заслугой десятков роботов-насекомых, которые ползали, летали, прыгали кругом, что-то осматривая, вычищая, подновляя. Более того, на головокружительной высоте по стенам небоскребов карабкались некие твари, похожие на огромных гусениц, только с длинными, как у сенокосцев, ногами. Из нижней части их украшенных россыпью фасетчатых глаз голов тянулось множество щупалец, которые постоянно обшаривали поверхность зданий, замазывая мельчайшие трещины клейкой массой. Рядом суетились твари поменьше, напоминавшие мокриц или креветок: эти своими проворными лапками из той же массы формовали перекрытия и детали отделки. С каждой минутой циклопический город разрастался все больше.

«Ох, у меня просто шарики за ролики заезжают, — поражался Кугель, — Это не просто гора или статуя медведя, а целый мир!»

Вообще образ медведя просто витал над этим городом. Плафоны фонарей были выполнены в виде разверстых медвежьих пастей, а их опорные тумбы украшали рельефы со сценами из жизни косолапых. Столбики парковых решеток тоже были в форме этого зверя, его статуи — совсем как живые — притаились среди зарослей снежноягодника и сведины. Медведи держали в лапах рекламные щиты. Если приглядеться, становилось ясно, что и транспортные средства напоминали это животное — то спящее, то бегущее или принявшее другие позы.

Городские обыватели тоже поддались этой моде. У кого одежда была в таком стиле, кто двигался вперевалку, натужно сопя. Откуда такая одержимость бурым хозяином леса?! Приглядись к любому сооружению — и тут обязательно найдется нечто в медвежьем духе. Орнамент, голограмма, дизайн элементов или общей конструкции — от мельчайших деталей и до видимых издалека общих очертаний этот город был всецело посвящен медведю.

Осознав все это, мозг в какой-то момент начинал плавиться, а реальность плыла и искажалась. Так бывает, когда от переутомления мерещится всяческая дрянь и нельзя понять, где реальность, а где — иллюзии.

— Ох, устал я, — вздохнул Кугель. — Пожрать что ли сходить?

И он покатился к мерцавшему яркой рекламой ларьку, от которого ветерок приносил дразнящий аромат. Усевшись на вертящийся табурет за стойкой, которая была и обеденным столом, робот-шар бросил суетившемуся у плиты хозяину:

— Эй, дай пожевать чего-нибудь, а то просто вырубаюсь от усталости. Надо хоть немного батарейку зарядить.

— Вы как раз вовремя! — приветливо отозвался кулинар. — Вот, попробуйте мой особый суп. Только приготовил его!

Неправдоподобно длинными руками он поставил перед Кугелем глубокую тарелку с дымящимся варевом. Голодный всегда смотрит на еду, но внимание гостя приковали эти конечности — ведь они были, как у скелета, только металлические, с множеством проводков и цилиндрами гидропривода. Робот-шар вскинул камеры, и хозяин улыбнулся ему, но от этого сделалось не по себе. Слишком странно выглядели эти мясистые губы, наклеенные на желтоватый цилиндр, у которого вместо глаз было что-то вроде мотоциклетных очков. Все вместе это напоминало голову какого-то насекомого, даже усики сверху торчали. Это что, робот? Нет: волосатый торс, который гордо демонстрировала расстегнутая до пояса рубаха, был явно человеческим и даже пот на нем выступил.