Чтение онлайн

Шельфовый ледник все прошли без приключений довольно гладко. Сновигаторы подходили к Халли медленно и очень красиво, время было около полуночи.

Станция № 82 «Халли» (Halley) Великобритания 750 ю.ж. и 260 з.д. Была основана в 1956 году экспедицией Лондонского королевского общества и первоначально носила название Халли-Бей в честь астронома Эдмонда Галлея. Летний сезон на Халли продолжается с начала ноября до конца февраля, типичной температурой для этого периода является -100 Цельсия. В своём современном виде «Халли-6» состоит из восьми модулей, установленных на сваях с салазками станция была официально открыта в Антарктике 5 февраля 2013 года.

Двое мужчин в костюмных брюках и теплых толстых свитерах с высоким горлом стояли возле большого иллюминатора, за которым простиралась бесконечная ночная тёмно-синяя мгла со звездами. Они разговаривали.

Первый держал в руках серебряный подстаканник с чаем, руки второго были сплетены на груди. Оба разговаривали друг с другом на безупречном английском:

— Послушайте, Мак Гилл, у русских всегда случается какая-нибудь пакость, когда их собираются встречать особо приближенные к Британской Короне?

— Сожалею, Сэр, но вы вовсе не обязаны расстраиваться по всякого рода пустякам.

— Вы называете это пустяками? Устроить драку из-за юбки посреди Антарктики на машинах стоимостью как военный истребитель? У них что, есть такие деньги?

— Они офицеры, Сэр. У них есть честь офицерского мундира.

Мужчина с подстаканником усмехнулся, сделал глоток чая и продолжил.

— Я прилетаю сюда через все полушарие с конкретными поручениями от Его Величества, чтобы провести официальную встречу и сделать важные шаги для совместного развития и сотрудничества, а какие-то два придурка устраивают у меня под носом детский сад и я теперь должен как нянька влезать в эти их проблемы. Зачем мне это?

— Извините, Сэр, но мы никак не ожидали такого развития событий.

— Ладно, Мак Гилл, не говорите им ничего. Выясните, что им необходимо и пусть не задерживаются здесь. Я не хочу убирать за ними это дерьмо. Щас у них тут начнётся великое следствие. Своих проблем нам и без этого хватает. Пусть уезжают с утра по-возможности. Скорее всего, их руководство начнёт расследование с утра и до полудня, то есть к вечеру, когда они приедут на Ноймаер их будет ждать там и честь офицерского мундира и всё остальное вместе с ней.

Мужчина допил свой чай, поставил подстаканник на стол и, направляясь к двери, сказал напоследок:

— «To hosts hasn't stuck to clean shit after dogs of the guests». (Хозяевам дома не пристало убирать дерьмо за собаками своих гостей.) Отправьте это с утренней почтой на Амундсен-Скотт Архипу Великому, пускай просвещается… наследник… Лондонского Престола… тоже мне придумал… какую-то ерунду. Ха!.. И приготовьте, пожалуйста, вертолет, я немедленно улетаю!

Станция Амундсен-Скотт, Головной Офис Совета Антарктической Миссии программы «Polar Navigation». Полдень следующего дня.

В огромном просторном зале царил полумрак. Огромные входные двери были выполнены из натурального лакированного дуба. На основном ярусе в десяти метрах от дверей начинался огромный длинный стол из такого же дубового массива. Вокруг стола стояли глубокие кожаные передвижные кресла с ортопедическими настройками для отдыха. Стразу за столом начинался лестничный двух метровый подъeм ко второму ярусу семь метров шириной, где и открывался объемный затонированный витраж, высотой пять метров, прозрачный как бриллиант с явной антибликовой защитой от солнца. Глубину высоких тёмных потолков было трудно разглядеть, когда главный свет был выключен. Общая обстановка напоминала дорогой аквариум с красивыми такими толстыми рыбами, похожими на пираний, черного, коричневого и красного цвета, который здесь также присутсвовал. Стены были обиты кожей, как обивают дорогие диваны с использованием пуговиц в ромбовидном порядке, с сочетанием все того же дуба и блестящих, полированных до зеркального блеска, вставок из нержавеющей стали и никеля, хромированными матовыми полосками и синей ионной подсветкой.

В целом все изгибы и линии были выполнены в стиле «Hi-Tech», если не считать манеру обшивки стен, которая явно относилась к стилям кабинетов высших чинов ещё со времён девятнадцатого века. За витражом открывался великолепнейший вид: слева — направо простиралась открытая снежная равнина, изборозденная полозьями сновигаторов, которая в конечном итоге представляла собой полигон, по всей длине огороженный невысокими холмами на горизонте. Причем невозможно было однозначно понять, являются ли эти возвышенности естественной холмистостью или искусственными снежными насыпями этого тренировочного пространства.

У витража стоял человек невысокого роста, среднего сложения лет сорока. Он был достаточно просто одет в костюмные серые брюки, костюмную рубашку светло голубого цвета с пёстрым тиснением без галстука. Сверху на плечи была накинута легкая серая кофта в стиле «Поло» из тонкой английской шерсти. Волосы были серые, обычная модельная стрижка не сильно контрастировала своей креативностью с остальным внешним видом, да и сама внешность в целом была довольно нейтральной и соответствовала членам среднего гольфклуба предпенсионного возраста, ничем особым не выделяясь. Человек спокойно смотрел куда-то вдаль на те самые отдалённые холмы, за столом сидели еще двое. Один объёмный, постарше, в дорогом костюме с галстуком от Ив Сен Лоран и золотыми часами Патек Филипп, которые просто били по глазам своей внешностью и блеском, дополняя всю композицию в целом вместе с галстуком. Другой был высокий скулистый темноволосый, тоже в костюме, но, напротив, без галстука, приталенной шелковой рубашке ядовито рубинового цвета, какие носят в дорогих клубах или казино, и чёрных замшевых модельных туфлях-макасинах без носков на босу ногу. Оба сидели молча, явно ожидая, что человек около витража им что-то скажет. Внезапно дверь открылась и в комнату вошла женщина в форме офицера высшего командования с кожаным портфелем. За ней вошёл ещё один человек тоже в такой же форме, но без знаков отличия. Он быстро прошёл вокруг стола против часовой стрелки, раскладывая какие-то папки перед сидящими, одну папку он положил на пустом месте у изголовья стола, а затем удалился. Женщина выложила из портфеля стопку документов и заняла свое место. Все сидели молча, как бы ожидая всe того же человека на втором ярусе, который всe также продолжал смотреть в окно, не обращая особого внимания на происходящее вокруг.

— Послушай, Архип, я думаю ты тоже можешь прилететь через весь океан ко мне и посмотреть на обстановку моего офиса! На твою я уже насмотрелся вдоволь! — внезапно произнёс большой в галстуке.

Человек у витража повернул голову в сторону сидящих и, глядя на женщину в форме, спокойно сказал:

— Мы можем начинать.

После чего он развернулся обратно и занял прежнюю позицию.

Женщина медленно встала, взяла лист и начала читать вслух:

— 17 июня 2032 года. Протокол расследования чрезвычайного происшествия в квадрате номер восемь, дистанции «Конкордия — Халли», командной миссии номер один, программы «Polar Navigation».

— Давайте сразу к основному заключению по техническому и медицинскому отчету! — перебил её Архип.

Женщина отложила листок в сторону и продолжила без бумаги.

— Вчера в 11:45 на скорости в триста восемьдесят километров в час капитан второй командной группы Зордакс, совершая манёвр, начал входить в очередной вираж. Его сновигатор провалился одной стороной в талый карман, образовавшийся от подземных течений, в результате чего получил резкий и сильный удар в конструкцию подвески. При ударе на высокой скорости он критически завёл штурвал вправо и на интенсивном манёвре его «Strict Supressor» начал крениться набок. В результате, сновигатор встал на одну лыжу и ушёл с прямолинейного вектора инерции движения в зятяжной переворот. Другими словами, он раз пятнадцать «крутанул горизонт» в боковом заносе, в результате чего капитан Зордакс получил серьезную черепно-мозговую травму в виде сотрясения мозга пятой степени и растяжение позвоночного отдела шейной области. Сновигатор модели «Strict Supressor» («Жeсткий Подавитель») получил значительные повреждения на тридцать процентов. Капитан Зордакс сейчас находится в военном госпитале, его состояние стабильное, до полной реабилитации врачи прогнозируют два месяца.

— К тому же англичане остались недовольны! Их посол вынужден был улететь ни с чем, а это серьёзно нарушает традиции наших взаимоотношений и создает угрозу для запланированных контрактов, — внезапно добавил высокий черноволосый в клубной рубашке.

— Англичанам на самом деле плевать на то, что произошло! Им лишь бы не тратить свои деньги, а виноватыми выставить остальных! Тысячелетняя история английских королей, воплощенная в бесконечном множестве их дворцовых библиотек с лёгкостью позволяет им делать дурака из кого-угодно при любых обстоятельствах! — внезапно произнес Архип с некоторой раздраженностью, — теперь я из-за какого-то там Зордакса должен как дурачок бегать за каждым придворным его Величества и клянчить деньги, чтобы реализовать программу для них самих же. Очень ловкий трюк на самом деле. А они при этом остаются эдакой пострадавшей по нашей вине стороной. Это же надо так было ещё постараться! — Архип начал явно эмоционально заводиться, повышая голос.