Чтение онлайн

— Добрая ночь, мистер Дубов, — подошёл я к стойке. — Я по поводу моей компаньонки.

— А-А-А-А-А-А!!! — вскрикнул старик, напоследок глубоко выдохнув. — Три часа ночи, Майки, мать твою налево! Какого ты тут делаешь?

— Как делаю? — как-то неуверенно повторил я. — Я о своей девушке беспокоюсь.

Встав ровно, я скрестил руки на груди.

— Она… — он отвёл взгляд. — Я не знаю…

— Как это, не знаешь? — негромко спросил я, сделав шаг вперёд. — Десять тысяч тебе ни о чём не говорят? Или ты забыл уже, от старости неумолимой?

— Э-э, нет, Майки… — принялся он активно чесать свой затылок. — Тут вот в чём дело…

— В чём же?.. — подтолкнул его я.

— Как в чём?.. Ну-у… в том, что… она ушла, — как-то просто сказал он мне об этом.

— Какого хуя она куда-то ушла? — ударил я кулаком об стол.

Старик, разведя руками в сторону попытался, кажется, жестами показать, чтобы я немного поубавил свои обороты.

— Можно я просто расскажу, как всё было?

— Ну валяй, — пожал я плечами.

— На следующий день после того, как ты ушёл в неизвестном направлении сюда пришла твоя суженная и начала допрос. Начала расспрашивать: где ты, куда ты ушёл. Я пытался её остановить, но под дулом пистолета любой здравомыслящий человек не станет как-либо сопротивляться. Я уже старенький человек, мне незачем эти хлопоты. Я хотел отдать ей деньги, чтоб она передала их тебе, но отказала. А вот в каком направлении и куда — она не сообщила.

После вышесказанного мистером Дубовым, я впал в ступор.

Какого хрена она вообще куда-либо пошла. Я ей дал чёткие указания, что я пошёл по своим делам, а она должна была сидеть и ждать меня.

— Хорошо, я тебя понял. Можешь дать какую-нибудь информацию. Например, проходил ли здесь кто-то подозрительный?

— Ну-у… было тут пару подозрительных человечков… — он посмотрел мне в глаза. — личностей. К примеру, была одна такая компашка, состоящая из пяти членов. Один из них был самым позитивным и раскрепощённым. Подозреваю, что он либо педофил, либо гомосек. А другие четверо, прямо знаешь, такие мужики, стадные, сильные, словно телохранители, что готовы за тебя всех порвать. Хотели взять ваши номера, но… я сказал, что ещё не провёл клининг, и не имею право распространять конфиденциальную информацию о своих клиентов. После чего они мигом развернулись, напоследок кинув парочку угрожающих фраз, и ушли восвояси, что остался от них только увядающий запах гари.

Константин…

— Благодарю за информацию, могу ли войти в её номер?

— Да, конечно, — он наклонился за ключиками, что-то отодвинул, а после несильно кинул их мне через плечо идя к единственному дивану, напротив которого стоял телевизор, изображающий новостной канал, где телеведущая гласила о террористическом акте с участием неизвестных лиц в одном из спальных районов города.

Можно сказать, что по возвращению в номер Уонки я постоянно прокручивал факт её персоны, каждую секунду видоизменяя своё отношение к ней. Навязчивые мысли, которые лезли отовсюду вторили мне, словно вместо моего мозга, набитого губчатым веществом, было целое собрание женщин разных взглядов, готовых выдавить глазные яблоки друг у друга.

Расположившись на диване, окружённого мебелью с непроветриваемой атмосферой, витающей в воздухе, я лёг, подставив руки под голову, словно подушку.

Почему, зачем, как, для чего — эти вопросы мигом проносились сквозь горизонт моих собственных мыслей, которые в кое-то веки наконец решили заиграть новыми красками, несмотря на всю щепетильность ситуации, в которой я сейчас пребываю.

По своей излюбленной привычке я поднёс сигарету ко рту, но в последний момент перед зажиганием остановился, дабы задумчиво поднести её к глазам и прицельно выкинуть к чёрту в закрытое окно, об которое она с негромким глухим стуком упала прямиком в горшочек с каким-то растением.

У меня появилась новая идея, что задаст новый горизонт.

***

Неизвестное время суток. Второй этаж. Центр. Тесное квадратное помещение, наполненное пустотой. Серые обшарпанные стены и единственная работающая лампочка в середине, держащаяся в прямом смысле на сопельке.

Я с невидящим взглядом на протяжении многих суток смотрю в некрасивый потолок своей негласной комнаты, которую безо всяких возражений мне предоставил Костя. Давно не чистый матрац. Скелет стальной кровати, на которой я лежу напоминал мне тюремный. Такой отдалённый, но в то же время очень знакомый, будто во снах, навевающих непреодолимое желание вернуться в прошлое, когда были живы мои родители, братья, сёстры, дяди, тёти и бабушка с дедушкой.

Наряду с «просмотром в потолок» были и другие занятия, как, например, чтение и возможность что-либо написать, начертить или нарисовать, но данные активности быстро изжили из себя всевозможную заинтересованность, которая пропала по истечении первой недели…

Или второй?

Не помню.

Напротив моей комнаты расположен санузел. В нём самое необходимое — душ, раковина, унитаз и всякая ванная периферия, как ёршик, коврик, зеркало и урна. Мне разрешается выходить в уборную лишь ранним утром, после обеда и ужина, что доставляло изрядно дискомфорта и сильно раздражало в первые дни, а потом, когда я уже кое-как, но привыкла, приняла локальную доктрину по полному подчинению. Благо Костя до сих пор делает всё, чтобы мне было комфортно здесь пребывать.

Я взглянула на разбитые, но работающие часы, как только уловила приближающиеся шаги, принадлежащие человеку носящего что-то между туфлями и ботинками с несильно твёрдой подошвой.

Двадцать девять семнадцать.

Шаг остановился, звон чего-то металлического, вставляются ключи. Три поворота налево и отваривается дверь — на пороге показалось обычное лицо Кости, в котором люди чаще всего видели его.

— Добры-ый ве-е-ече-е-ер, наша необъятная У-уо-о-не-еска-а-а! — в этот раз он был тише в приветствии.

— Ага, привет, — лениво поприветствовала я, сев на матраце и отложив мягкую подушку в сторону.

Костя бегающим взглядом прошёлся по комнате остановившись на стуле рядом с “кроватью”.

— Я, — он безропотно сел. — хотел сообщить, что скоро ты будешь освобождена, так как на горизонте, пробравшись через горы, стал восходить Игнирь. Видишь ли… — он зевнул, облокотившись на спинку стула. — мой личный продавец был похищен им, как и были найдены останки от двух натуралов, что сопровождали его.

— К чему ты ведёшь? — спросила я напрямую.

— М-м-м, подожди, дорогуша, — Костя посмотрел в сторону. — Он устроил, как именуют почти все СМИ, теракт, с участием, предположительно, газового баллона вместе с умышленным поджогом автотранспорта, в котором были мои люди. Более подробную инфу я не стану говорить, сама понимаешь…

Встав, Костя несколько раз прошёлся вдоль комнаты, с каждым новым разом меняя направление.

— Я один из действующих лиц Александровского Синдиката, если для тебя это секрет, Уонеска, — издалека начал он. — Заведуя на протяжении долгих четырёх лет одной третей всех финансов я пришёл к тому, что ни один не сможет понять меня…

Костя наигранно сложил ладони вместе сев на колени.

— …как вдруг на сцену, с давно упавшими конфетти, восходит он — Игнирь. — всплеснул он руками, улыбаясь словно умалишённый. — Величественный, холодный, но настолько отдалённый, словно самый главный приз в какой-нибудь приключенческой MMO игре! Я просто не могу нарадоваться! Он… он настолько очешуенен, что мои гланды только и просят того, чтобы он…

***

Мои мысли беспорядочны. Мои знания узконаправленны и недалёки. Но даже имея не столь высокую самооценку, я продолжу превозмогать ради Феде… неизвестной мне цели.