Чтение онлайн

Я закрыла глаза, наслаждаясь ароматом малины и хвои, что исходил от чая. В голову сами лезли картинки прошлого. Мутные, такие далёкие, но такие важные для меня. Я и мои родители, их смех, их прикосновения.

Я сжала кружку сильнее, даже не чувствуя, что она обжигающе горяча. Погрузилась в себя настолько сильно, что даже не заметила, что уже не одна.

— Долго будешь летать в облаках? — Резкий, низкий голос Хьюго вырвал меня из моих мыслей. Я резко развернулась, но не рассчитала, что он был слишком близко.

Горячий чай с плеском пролился прямо на его рубаху, оставляя на ней тёмное влажное пятно. Кружка с треском разбилась, падая на пол из-за моего внезапного волнения, осколки разлетелись по полу.

Я вздрогнула, когда наши глаза встретились. Хьюго часто дышал, его кулаки сжались так, что костяшки побелели. Его глаза пылали, в которых разгорался огонь гнева. Я же растерянно хлопала глазами, не зная, что делать, и чувствовала, как внутри меня всё сжимается от страха.

Пока не спохватилась. Моментально схватив тряпку, я стала вытирать рубашку, пытаясь хоть как-то исправить ситуацию, но мои руки дрожали от страха.

— Чёрт! — через голову скинул с себя мокрую рубашку. Я же, забыв обо всём на свете, стала смотреть, не появился ли там ожог, ведь чай был горячий, мало ли. Но к счастью, было лишь небольшое покраснение на коже.

— Мышка, чтоб тебя, выругался он так грязно и так смачно, что мои уши наверняка покраснели до кончиков, а в животе всё сжалось от стыда и неловкости.

Я дотронулась до лба, вытирая испарины пота, что выступили из-за обрушившегося на меня волнения. Сердце всё ещё колотилось.

Хьюго же продолжал тяжело дышать, но его взгляд, направленный на меня, был теперь каким-то странным – смешанным, сложным. Этот же взгляд был и вчера, заставляя меня чувствовать себя неловко.

Чтобы хоть как-то отвлечься от его пронзительного взгляда и от недавней неловкости, я опустилась на колени и принялась собирать осколки разбитой чашки. Мои пальцы дрожали, и в один момент острый край фарфора впился в кожу.

Кровь хлынула из порезанного пальца, а меня же резко, почти рывком, подняли с пола. Я дёрнулась от неожиданности, Хьюго удерживал меня за плечи, его крепкие пальцы впились в ткань моей одежды, пока его взгляд не метнулся к моему пальцу. Он нахмурился, качая головой, его губы сжались в тонкую линию.

— Тебе хоть что-то можно доверить, или ты всё испортишь? — его голос звучал резко, с нотками раздражения и усталости. Я не знала, как реагировать на эти слова. Обида, стыд, растерянность — всё смешалось в один ком. А на следующее его действие вообще удивилась: он аккуратно взял мою пораненную руку.

Он стал останавливать кровь с моего пальца, вытирая влажным платком, даже не дав мне самой это сделать. Его прикосновения были неожиданно бережными.

— Я сам. Не лезь, ещё упадёшь от вида крови, пробормотал он, сосредоточенно осматривая порез. Я нахмурилась от его слов. Его неожиданная забота сбивала с толку, не давая мне понять, как себя вести.

— Не трясись, раздражает, — снова уколол он меня, и я невольно передернула плечами от его резкого, низкого голоса. Прежде чем он успел сказать что-то ещё, я резко отпрянула от него, словно от прикосновения к огню.

— О, волчок уже зашёл! — радостный голос Ирмы ворвался в нашу напряженную тишину. Я лишь молча закивала головой, а сама же не знала, куда себя деть. Неловкость и что-то ещё, более глубокое, почти осязаемое напряжение, висело между нами, окутывая.

Его взгляд, казалось, давил на меня, и я чувствовала себя пойманной в ловушку, не зная, куда деться от его пристального внимания.

— Ваша подопечная порезалась, произнес Хьюго, его голос был пропитан сарказмом.

— Странно, как она вообще дожила до своих лет. Новый укол, и я не знала, как реагировать. Взглянула на него, а он упрямо смотрел мне прямо в глаза, словно специально это делал, чтобы вывести меня из себя.

Его взгляд будоражил что-то внутри меня, мой огонь вновь встрепенулся, потянулся, словно желая вырваться наружу. Я сжала ладони до побелевших костяшек, чтобы моя сила не вышла из-под контроля. Не хватало мне устроить здесь пожар, как тогда.

Нужно было успокоиться.

«Скоро всё закончится», — успокаивала я себя этим, но от его взгляда даже спрятаться было невозможно. Какой он на самом деле? Вчера был другим, почти заботливым, а сегодня снова чурбан, грубый и насмешливый. Я не понимаю, какой он.

Но а зачем мне знать, какой он, если мне это не к чему? — пыталась убедить себя. Но в глубине души, в самом потаённом уголке, я бы хотела узнать, чтобы понять, просто понять его.

— Да, мышонок, продолжил он, словно читая мои мысли.

— Вчера чуть с качелей не упала, меня сегодня чаем облила, да ещё и порезалась. Что будет завтра, мне даже интересно, наклонил голову пройдясь по мне взглядом, от которого дрожь по коже пошла.

Я задохнулась от возмущения, совершенно не понимая его. Чего он хочет добиться этими насмешками? Что он вообще чувствует? Его слова были колкими, но в его глазах всё ещё плясало это странное, смешанное выражение, которое не давало мне покоя.

Ирма ушла в комнату, оставляя нас двоих вновь одних. Тишина, повисшая в воздухе, теперь казалась ещё более густой, наполненной невысказанными словами и напряжением.

Мой взгляд невольно зацепился за мой кулон, который теперь свисал у него с шеи, притягивая внимание.

Не раздумывая, я преодолела между нами расстояние, буквально рванулась к нему, чтобы выхватить его, сорвав с шеи. Но Хьюго оказался быстрее. Он резко перевернул меня к нему спиной, прислонив к своей широкой груди, и я почувствовала тепло его тела сквозь тонкую ткань своего платья. Я дёрнулась, ударив его в бок, чтобы отпустил.

— Реакция есть, прошептал он мне на ухо, и от его голоса по моей коже пробежали мурашки.

— Хотя, что говорить, и при первой встрече была, раз ты до ножей моих дотянулась. Одна из его рук крепко держала мою руку с кулоном, заламывая её за спину, а вторая небрежно перекинула мои волосы с шеи, открывая её.

— Где научилась? — резко тряхнул он меня, и я, не понимая, почему он это спрашивает, отрицательно покачала головой, отчаянно дёрнувшись, желая, чтобы он отпустил.

— Как ты будешь выбираться, если тебя схватят? — снова тряхнул он меня, продолжая говорить на самое ухо. Я закрыла глаза, ощущая, как бешено бьётся моё сердце, и это было отнюдь не от страха, а от его близости, от его дыхания, щекочущего мою шею.