Чтение онлайн

Джордж зевнул.

— Очень цивилизованно. Держу пари, ничего общего с торговлей на товарной бирже.

— Ничего, — согласился Уокер. — Ничего подобного. Совсем ничего.

Он вернулся к своей спальной платформе и велел комнате погасить свет. Но в отличие от пса заснул не сразу. То есть не мог заснуть ещё некоторое время. Мысли не позволяли. Подобно горячему, дымящемуся, ароматному кофе, сваренному в его любимой кафешке на углу офисного здания, там, дома, где он раньше работал, они должны были пройти через фильтр.

Рассвело, как уже случалось много раз с тех пор, как они прибыли на Нийю: яркую, солнечную, безоблачную и унылую. Прекрасный день для битвы, по словам разбудившего их помощника.

Пока Уокер машинально втискивался в свою одежду, он заметил, что Джордж не пошевелился.

— Ничего многообещающего. — Кивком пёс указал на их ближайшее окружение.

— Да здесь особенно делать нечего, — отметил Уокер. — Были какие-то записи с развлечениями, достойные внимания, но их совсем немного.

Пёс приподнял лежавшую на лапах голову.

— Делать особенно нечего, пока мы не покинем это место. Мы пришли сюда искать помощи. И не нашли. — Он снова уронил на лапы лохматую голову. — Рискую показаться невежливым или неблагоразумным. Если кто-нибудь спросит, скажи, что я плохо себя чувствую. Что вполне правдиво. Мне неинтересно наблюдать за церемониальным убийством местными друг друга.

— Сказать по правде, мне тоже. — Уокер направился к выходу. — Но, несмотря на дипломатичный отказ генерала в помощи, нельзя предугадать, сорвётся ли с его губ в какой-то момент что-нибудь полезное.

— Если и так, убедись, что это не случайность.

Уокер помедлил, раздумывая, сказать ли что-то ещё, и закончил обычным «увидимся», а потом вышел из комнаты. Он не винил Джорджа за то, что тот решил остаться. Обогатив их знание нийюанской культуры, визит в крепость не принёс никакой пользы в плане конкретной помощи. Но это не было для них неожиданностью.

Осведомившись о местопребывании хозяина, Уокер узнал, что генерал поднялся на центральный бастион. Там Марк его и нашёл. Салуу-хир-лек сосредоточил своё внимание на изучении холмов и равнины, распростёршейся перед крепостью, разрабатывая тактику грядущей битвы. К разочарованию Уокера, Вийв-пим там не было. Конечно, ей незачем присутствовать. Традиционная битва — то, что она видела и раньше, и даже лично участвовала в ней, чего не скажешь о нём самом.

Марк старался изо всех сил показаться бодрым и неунывающим. В свою очередь, Салуу-хир-лек бурно приветствовал его. Генерал был таким же энергичным, как и все ниййюю, с которыми уже сталкивался Уокер.

Заглядывая за спину человека, намного более широкоплечего, он спросил:

— Где ваш маленький товарищ?

— Не очень хорошо чувствует себя с утра, — посетовал Уокер.

— Азгик.Надеюсь, это не из-за еды, приготовленной вами.

Марк побледнел, но потом понял, что генерал шутит. Салуу-хир-лек был полон сюрпризов.

— Ожидается трудный день? — Обернувшись, Уокер созерцал поле брани. Сейчас всё было тихо. Никаких признаков осады солдатами Торауд-иид.

— Думаю, они выбиваются из сил. Слишком долго не удаётся прорвать оборону Джалар-аад-биид, ещё меньше шансов захватить её. Героическое усилие с их стороны. Всё началось из-за спорного вопроса в торговле. Рядовая причина. Провалится ещё одна атака, и, полагаю, они уберутся восвояси.

— А что потом? — с любопытством поинтересовался Уокер. — Будете преследовать их, чтобы уничтожить, лишить сил для нового штурма?

Утренний свет отражался от блестящей поверхности доспехов, выкованных на современном заводе, и отнюдь не двупалыми руками, работающими молотком и щипцами. Широко открытые, вопрошающие глаза смотрели на Уокера. Взгляд из самых глубин.

— Интересуетесь военной тактикой, человек?

— Скажем, большую часть своей прежней жизни я провёл, уделяя много времени обсуждению стратегии на поле сражения. — Он не стал добавлять, что целью стратегических действий было пробиться с маленьким, продолговатым, надутым мячом на другую половину покрытого травой поля. Тактика оставалась тактикой, были ли целью семь очков или семь смертей.

— Мне импонирует ваш интерес. Кроме кулинарии, у вас в голове есть, возможно, и другие задачи?

Хотя Уокер был слегка изумлён непреднамеренным нийюанским каламбуром, [13] генерал, конечно, оставался в полном неведении.

— Я хочу отправиться домой. Мои друзья хотят отправиться домой. Вам это уже известно, генерал.

Ниййюю жестом продемонстрировал подтверждение.

— Как я вам сказал вчера, это вне области моего влияния. Ничего не могу сделать. Разве что выразить сожаление.

Затянувшееся мгновение они оба молчали, прежде чем Уокер, просто из желания вежливо продолжить разговор, решил задать собственный вопрос:

— А как насчёт вас, генерал? Каковы ваши задачи? Кроме тех, что перед вами ставят правительство и ваше официальное положение? Каждому разумному существу свойственны личные и профессиональные устремления. Я сам никогда не думал, что стану кулинаром. Сегодня я не просто готовлю, а готовлю на разных планетах, для разных видов, с абсолютно разными диетическими требованиями и вкусами. — Придвинувшись чуть ближе, он перешёл на заговорщический шёпот: — Имея возможность выбрать что угодно, чем бы вы занялись? Что вы хотите больше всего, Салуу-хир-лек?

Гибкая бледная рука потянулась к Марку. Двигаясь к плечу Уокера, два длинных, пластичных пальца, свободные от доспехов, прочертили узор на его предплечье.

— Генералу не пристало говорить о таких вещах. [14] — Возможно, на этот раз, подумал Марк, игра слов была не случайной. — Но вы не ниййюю, не из Коджн-умма. Я вам кое-что скажу, держите в секрете. Никому не говорите. Можете заверить меня в этом?

Уокер не колебался. Его притягивала неоспоримая мощь инопланетянина. Какой же честолюбивый замысел мог быть столь непредсказуемым, что такая могущественная и имеющая связи личность, как Салуу-хир-лек, настаивала на получении гарантий конфиденциальности перед тем, как открыть его чужеземному гостю?

— Конечно, — ответил он. Потом добавил официальным тоном: — Примите мои заверения в том, что никому в этом мире я не повторю того, что вы собираетесь мне сказать.

Салуу-хир-лек кивнул с торжественным видом. Затем, вместо немедленного ответа, обернулся и ещё раз обвёл взглядом по-прежнему спокойное поле битвы.

— Я знаю, это необычно. Другие офицеры всех рангов довольны своим делом. Согласны следовать приказам. Но, когда кто-то поставлен в такое положение, что вынужден отдавать приказы, а не следовать им, осмысление реальности, самого мира, может измениться. — Он окинул Уокера взглядом. — Может, у вас есть собственное понимание этого явления?