Чтение онлайн

Несмотря ни на что, альгарвейцы продолжали продвигаться на север в течение большей части второго дня атаки. К тому полудню от них осталась лишь горстка чудовищ. У ункерлантцев все еще было много сил.И драконы, выкрашенные в каменно-серый цвет, появились над головой в большом количестве. Они сбросили яйца на альгарвейцев и спикировали низко, чтобы распалить солдат, оказавшихся на открытом месте.

“Я не знаю, как мы собираемся двигаться дальше завтра”, - сказал Трасоне Панфило.

“Должен попытаться”, - ответил сержант.

На следующее утро они предприняли попытку, судорожную, отчаянную атаку, которая отбросила их еще на пару миль дальше на север. И затем, как они ни старались, они больше не могли продвигаться. Когда ункерлантцы контратаковали, а бегемоты шли впереди, альгарвейцы отступили перед ними. Они отступали быстрее, чем наступали. К тому времени, когда солнце снова взошло, они - или те из них, кто все еще был жив, - вернулись к руинам Сулингена. Юнкерлантцы сражались за эти руины улица за улицей; теперь людям Мезенцио предстояло сделать то же самое.

Еще раз вторгнув альгарвейцев в город, люди Свеммельса не проявили особого рвения к финальной битве среди руин. Трасоне понимал это; это стоило бы им большего количества людей, чем даже Свеммелю было бы удобно заплатить. Они дали альгарвейцам три дня почти полного затишья, чтобы восстановить свою оборону, насколько это было возможно.

На четвертое утро - морозное утро - Тразоне стоял на страже на северной окраине города, когда заметил одинокого ункерланта, приближающегося к нему. Этот парень не был сумасшедшим-одиночкой или лазутчиком; он нес бело-зелено-полосатый флаг перемирия. “Переговоры!” - крикнул он по-альгарвейски. “Я пришел от маршала Ратхара с сообщением для ваших командиров”.

“Какого рода сообщение?” Спросил Трасоне.

“Призыв к ним сдаться”, - ответил Ункерлантец. “Если они выйдут сейчас, они и все вы будете хорошо накормлены, в хорошем жилище, в целом с вами будут хорошо обращаться. Так клянется маршал Ратхар высшими силами. Но если вы продолжите эту бессмысленную, бесполезную битву, он не сможет отвечать за то, что с вами случится ”.

“Что ж, я не могу отвечать за своих генералов”, - ответил Трасоне. Он выпрямился в своем окопе и махнул ункерлантцу вперед. “Проходите вперед.Я отведу тебя к ним - или я отведу тебя к тому, кто все равно отведет тебя к ним ”. Он не предполагал, что будут какие-то бои, пока генералы не примут решения. По крайней мере, это помогло выиграть немного больше времени.

“И что сказали альгарвейские генералы, капитан Фриам?” Спросил Маршалратар, когда молодой офицер, отправившийся в Зулинген с требованием капитуляции, снова предстал перед ним.

“Лорд-маршал, они сразу отклонили ваш призыв”, - ответил Фрайам. “Они были полны елейной вежливости - вы же знаете, каковы альгарвейцы, - но они сказали ”нет" и больше ничего не сказали".

“Они не в своем уме!” Генерал Ватран взорвался. “Они сумасшедшие, если думают, что смогут сдерживать нас очень долго. И они хуже, чем сумасшедшие, если думают, что могут победить нас ”.

“Я предполагаю, что они не думают ни о том, ни о другом”, - сказал Ратхар. “Но они знают, сколько людей нам придется задействовать, чтобы захлопнуть крышку их кофейника и крепко ее заколотить. Если они сдадутся, мы сможем взять всех этих людей и бросить их на альгарвейцев дальше на север, на тех, кто не окружен ”.

Ватран что-то заурчал глубоко в груди. Через мгновение он кивнул. “Да, в этом есть определенный смысл, как бы мне ни хотелось, чтобы это было не так. Они хорошие солдаты, будь они прокляты. От них было бы намного меньше проблем, если бы они ими не были ”.

“Все это слишком верно”. Ратхар снова обратил свое внимание на капитана Фрэма. “Возьми стул, молодой человек. Не стой там, застывший, как кочерга”. Он позвал его голосом. “Исолт! Принеси капитану чаю и налей в него немного бренди”.

“Да, лорд-маршал”. У Исолт теперь был настоящий очаг для работы.После атаки, отрезавшей альгарвейцев в Зулингене от их товарищей, Ратархад вышел из пещеры с видом на Вольтер и перебрался в деревню, расположенную на полпути между окруженным городом и атаками ункерлантцев дальше на север. Очевидно, это был дом первого матроса. Повар угостил капитана чаем и в придачу очаровательно хищной улыбкой.

После того, как Фриам залпом выпил дымящееся содержимое кружки, Ратхар спросил его: “Что ты видел? Как все выглядело там, внутри Юлингена?”

“Ну, что касается самого города, лорд-маршал, то там не осталось никакого города, не говоря уже о том, чтобы о нем говорить”, - ответил Фриам. “Это все щебень и обломки, насколько может видеть глаз”.

Ратхар кивнул. Он уже знал это. “Что насчет альгарвейцев?” - спросил он. “В каком они виде?”

“Они изношены”, - сказал Фриам. “Они потрепанные, и они голодны, и их члены обвисли из-за того, что они не прорвались на север”.

“У них никогда не было шанса прорваться на север”, - заявил Ратхард. Это было публичное выражение, которое он придал сражению, последовавшему за отчаянным натиском "редхедов". На самом деле, скорее всего, это было правдой. Но, учитывая, чем располагали альгарвейцы для атаки, они были ужасно близки к успеху. Ватран не ошибся - действительно, нет. Люди Мезенцио были хорошими солдатами.

“Что произойдет, если мы хорошенько им врежем?” Ватран спросил Фриама. “Они сдадутся и облегчат нам задачу?”

“Сэр, я так не думаю”, - ответил молодой капитан. “Мы все знаем, каковы альгарвейцы - когда им плохо, они этого особо не показывают. Но я думаю, что в них все еще есть сила сражаться. И полевые сооружения, которые они построили в Зулингене ... это грозные люди ”.

Даже оказавшись в ловушке, даже загнанные обратно в свое логово после того, как осмелились высунуть нос наружу, люди Мезенцио все еще оказывали пагубное влияние на ункерлантцев, которые сражались с ними. Ратхар слишком хорошо знал, что они оказывали на него пагубное влияние. Поскольку они были так хороши, они заставляли своих врагов верить, что они еще лучше. “У них остались какие-нибудь бегемоты?” - спросил он.

“Я видел некоторых”, - ответил Фриам. “Я бы не удивился, если бы они провели меня мимо них, чтобы я увидел. И я видел драконов, летящих за припасами и вывозящих раненых”.

“Мы не смогли отрезать их”, - недовольно сказал Ратхар. “Но я думаю, что скоро мы это сделаем - у нас наконец-то есть яйцекладущие, которые могут работать во всех частях Зулингена, которые они удерживают. Они не высадят много драконов, как только увидят, что звери поднимаются во вспышках магической энергии сразу же, как только они соприкоснутся.”