Чтение онлайн

Да пофиг.

Он, наверное, тоже когда-то не умел целоваться и боялся чужого тела. А еще больше боялся своего, такого большого, сильного.

Агата почувствовала, как обожгло голую кожу горячими пальцами. Так близко чужое тело, так страшно. Внутри все тряслось, но девушка не могла понять из-за чего. Медведь был ласков. С трепетом проводил рукой по нежному девичьему плечу, колол бородой. Он был совсем близко, и Агата разглядела легкую рыжину в его волосах, несколько седых волос. Усмехнулась про себя, такой странный контраст: молодость и седина. Больше всего притягивали глаза. Голубые, обычно настороженные, сейчас они смотрели с особой нежностью.

Агата так боялась сделать что-то не так.

Да пофиг.

Она позволила себе утонуть в объятиях своего Медведя и не забивать голову лишними страхами. Сейчас в лесу, на этой поляне, есть только они вдвоем. Стихли все шорохи, перестали звенеть бубенцы. Ничего не хотело мешать.

– Туман идет, – сказал Слава, отстраняясь.

Агата кивнула.

Желание продлить этот момент было безгранично, но надо было двигаться дальше. Опасно легко нашелся Медведь, от этого тревожно было на душе – сколько времени они будут искать Дарину?

Они продолжали сидеть так, слушая дыхание друг друга. Отчаянно мечтая, чтобы жизнь была вот такой. Агате нравилась мысль, что, возможно, перед ней тот, кто в будущем займет не только все мысли, но и сердце. Пусть и для него она будет тем же человеком.

– Меня Славой только мама в детстве называла, – сказал он вдруг. – Почему Слава?

Агата задумалась. Рассказывать все, что было у нее в голове в тот момент, не хотелось. Мало ли что он подумает.

– Мне показалось, что так лучше.

Он улыбнулся, руки сместились с талии, поправили одежду, вызвав очередной ворох мурашек. Агата неохотно поднялась, увлекая за собой Медведя. Интересно, откуда берется шкура, раз превращение сохраняет одежду?

– Где остальные? – спросил Буров.

– Мангуст остался возле гостиницы, «Горка» сгорела, – сказала Агата и похолодела.

– А Мира?

– С ним.

Ярослав кивнул каким-то своим мыслям, глядя перед собой. Агата не могла понять, как именно он воспринял известие, что его гостиницы больше нет.

– Давно надо было сжечь ее ко всем чертям. – Не такой реакции она ожидала. – Прав был лес, прав Богдан Тимурович, будь он неладен. Отпустить пора. И уходить из этого города.

– Надо Дарину найти, – напомнила Агата.

– Найдем, – улыбнулся Слава. – Всех найдем.

Агата улыбнулась в ответ. Сунула руку в карман и не нашла медвежонка. Поискала глазами. В какой момент он выпал, непонятно. Может, когда с поляны уходили. Пусть в лесу теперь живет другой медведь.

– Не могу понять, – подумала вслух девушка. – Как мне удалось шкуру с тебя снять? Я все слова, которые Мира сказала, забыла.

– Я просто вспомнил, почему ты меня бесишь, – хитро улыбнулся Буров, пихнув Агату в бок.

Акулов с Тулупом нагнали их только на второй день. Кара пришел позже. Недовольный, ворчливый, словно он сделал всю грязную работу.

– Нет, ну по факту! – возмущался Кара. – Я там себя чуть не спалил, а вы меня даже ждать не стали.

На его бубнеж никто не обращал внимания. Шаман молча хозяйничал, показывая Тулупу, где что расположил. Акулов внимательно изучал записи и постоянно куда-то уходил. Дарине это казалось странным, но, судя по реакции ведомых, это было обычное поведение босса.

– Он проверяет туман, – объяснил Тулуп, когда Акулов в очередной раз куда-то скрылся. – Важно все сделать в правильный цикл, чтобы потом не пришлось все повторять заново. У нас такое не раз уже случалось. Видимо, что-то не так, давно не видел его таким озабоченным. Надеюсь, Великое древо будет к нам благосклонно в этот раз.

– Надеюсь, что нет, – пробурчала Дарина под нос.

Ей не давали заниматься лагерем, все брали на себя. Поэтому приходилось сидеть и смотреть, как Кара возится с костром и котелками, Шаман укрепляет палатки, а Тулуп ищет что-то в компьютере, который в последнее время стал брать с собой чаще.

– Был бы интернет, я бы на диск вышел, посмотрел там информацию, – вздохнул он, когда Акулов подсел с очередным вопросом. – Я тоже не понимаю, что не так. Будто в Ладном мире что-то происходит. Жаль, у нас там нет связного, так ни с кем и не получилось контакт наладить.

Акулов недовольно заворчал.

Дарина уже смирилась с тем, что эти люди верят в существование другого мира, стараются жить по его правилам. Но она никак не могла уложить в голове – как это случилось? Как взрослые мужики увлеклись какой-то чертовщиной? Ладно Тулуп. Если Дарина правильно поняла, парню было восемнадцать, когда Акулов предложил ему вступить в секту. Если на тот момент секта вообще существовала. Но Кара? Человеку глубоко за тридцать, а он печется, как бы всякие-разные в лесу не обиделись. С Шаманом все почему-то было понятно, он изначально стукнутый. Хотя, может, Тулуп тоже такой? Просто лучше маскируется и прикрывается своим обаянием.

– Охренеть, сколько всего можно сделать за год. – Тулуп копался в ноуте. – И ни черта не добиться за десять лет.

Дарине стало скучно, и она решила подсесть к Тулупу. Сейчас его избегать не было смысла, никуда не денешься из леса, который не выпускает. Попытка сбежать от Шамана была тому примером. Тулуп покосился на девушку, но гнать не стал. Снова погрузился в бесконечные файлы и таблицы. На экране царил какой-то невозможный хаоc: копии дневников, заметки, схемы. И красной нитью через это все шла фраза: «Все беды от котов и медведей».

– Почему от котов? – не поняла Дарина.

– Честно говоря, не знаю. – Тулуп перестал мотаться по папкам. – Нам пока хлопоты только Медведь доставлял. А с котом мы сколько пытались пересечься, ничего не получалось. Один раз удалось его хвост увидеть. Огромный, рыжий, пушистый. Но больше он не показывался. Хрен знает почему, что мы не так делаем.

– Не жители Ладного мира? – спросила Дарина, попытавшись вложить в вопрос всю иронию, какая у нее осталась.

– Скорее всего. – Тулуп воспринял вопрос серьезно, даже задумался. – Возможно, кот ждет, когда мы наконец проникнем в Лад.