Чтение онлайн

Я нахмурилась, гоняя яйцо по тарелке.

— Мне жаль.

Он пожал плечами.

— Это то, что есть. Мы с мамой довольно близки, хотя у нее тоже есть свои проблемы. В одну секунду она высоко взлетает с новым парнем в своей жизни, а в следующую она… — Он сделал паузу. — Ну, она сама не своя.

— Что ты имеешь в виду?

Какая-то тень пробежала по его лицу, он уставился в тарелку.

— Она борется мысленно. Когда становится трудно, когда она одна… она обращается к вещам, которые ей не следует делать.

Он оставил все как есть, позволив мне собрать недостающие кусочки воедино.

— Похоже, у тебя было много забот в детстве, — размышляла я.

Его глаза встретились с моими, брови приподнялись.

— Да. Да, я думаю, что так и было. — Он искал мой пристальный взгляд. — Похоже, ты тоже научилась делать все самостоятельно довольно рано.

Уголок моего рта пополз вверх.

— Я думаю, что мне так больше нравится.

Он встретил мою улыбку, но затем его телефон зазвонил, и он быстро поднял трубку, нахмурившись, когда увидел, что это Холден, прежде чем снова положить ее обратно.

— Что-то случилось с Малией вчера, не так ли? — Я спросила. Он откашлялся, кивая.

— Что это было?

— Столкнулся с ней после игры, — сказал он, шмыгая носом. — Мы немного поговорили.

— И?

Он ухмыльнулся мне.

— Любопытная.

— Давай! Я расскажу тебе все о Шоне.

— Справедливо, — признал он, откидываясь на спинку барного стула. — Она спросила, как я, притворилась, что ей не все равно. Пыталась не так уж незаметно выведать, что с нами происходит, — сказал он, махнув рукой между мной и собой. — Я сказал ей, что двигаюсь дальше. Это разозлило ее и заставило ревновать.

Мой желудок перевернулся и сразу же испортился.

— Ну… это хорошо, верно?

— Это что-то, — согласился он, отрезая еще один кусочек от своего омлета. — Я определенно думаю, что ее потрясло то, что я не сдался.

— Почему ты этого не сделал? — Я сделала паузу. — Я имею в виду, таков был план, верно?

— Да, но не так скоро. Я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она просто дергает за ниточку, проверяя, делаю ли я то, что она хочет.

Я подавила желание сказать, как это было хреново, и вместо этого откусила еще кусочек от своего завтрака.

— Но это, конечно, потрясло ее. Малия для меня как семья, — сказал он, и эти слова задели меня по какой-то непонятной мне причине. — И ее семья похожа на мою собственную. Это было самой странной частью всего этого, потерять не только ее, но и ее родителей и сестру тоже.

Я кивнула, как будто поняла, хотя на самом деле это было не так.

— Если я что-то и знаю о ней наверняка, так это то, что она папина дочка. Она хочет быть такой же, как он. И он юрист.

Я приподняла бровь.

— Вот именно. Она знает меня лучше, чем кто-либо другой, и она не боится использовать то, что она знает, чтобы получить то, что она хочет. Она привыкла к тому, что я из кожи вон лезу ради нее. То же самое и с моим отцом, вот почему он был расстроен, что я не позвонил ему после игры, как обещал. — Он нахмурился. — Я думаю, с мамой тоже. Может быть, со всеми.

— Тебе нравится помогать другим, — легко сказала я. — Я наблюдала за этим весь прошлый сезон с Райли и Зиком, и я вижу это каждый день в раздевалке, на поле и на силовых тренировках. Ты всегда подталкиваешь всех вокруг себя, направляешь их, даешь им указания и советы.

Он облизнул губы.

— Да.

— Это не так уж плохо.

— Это тоже не всегда хорошо.

Я кивнула.

— Ну, как насчет этого, — сказала я, поворачиваясь к нему лицом в своем кресле.

— С этого момента, прежде чем делать что-то для кого-то другого, убедись, что это что-то и для тебя тоже. Договорились?

— Это гораздо легче сказать, чем сделать.

— Попробуй.

Он ухмыльнулся.

— Ладно. Договорились.

— Кстати, о сделках, — сказала я, поворачиваясь обратно к бару. — Ты не просто помогаешь мне с… ты знаешь… потому что ты чувствуешь себя обязанным, верно?

— Нет, — легко ответил он. — Я делаю это, потому что ты мне нравишься.

Мои щеки вспыхнули.

— И потому что я больше не могу смотреть, как ты падаешь в обморок из-за Музыкального мальчика.

— Эй! — Я шлепнула его по руке. — Я не падаю в обморок.

Клэй встал, хлопая ресницами и сцепив руки у подбородка.

— О, Шон! Я люблю эту песню! О, Шон, какие у тебя большие руки! Тем лучше играть на этой большой, плохой гитаре. О, Шон!

Я подобрала кусочек бекона, выпавший из моего омлета, и запустила им в него, прежде чем он смог продолжить, наслаждаясь взрывом смеха, который вырвался у него, когда я это сделала.

— Мне нужно бежать, — сказал он, посмотрев на время на своем телефоне, прежде чем спрятать его. — Я встречаюсь с Холденом для тренировок.

— Сегодня воскресенье. Твой выходной, — напомнила я ему. — Ты только вчера сыграл в игру.

Он пожал плечами.

— Когда ты хочешь быть лучшим, выходных не бывает. — Затем он сделал паузу. — Ты… в порядке этим утром?

Я покраснела, глядя в свою тарелку.

— Немного болит, но… да.

— Хорошо.

Он открыл рот, как будто хотел сказать что-то еще, но так и не сказал. Вместо этого он стащил свою толстовку со спинки барного стула, где оставил ее прошлой ночью.

Затем он наклонился и быстро поцеловал меня в щеку.

— Спасибо за завтрак, Котенок, — сказал он.

В следующее мгновение он исчез.

И внезапно моя квартира показалась мне намного более пустой.

Клэй

— Смотрите, смотрите! — Я крикнул Дэйну на нашей следующей игре, указывая на то место, где широкий приемник только что пробежал передо мной, вниз по линии, чтобы вместо этого приземлиться перед ним. Он утвердительно кивнул, и я низко наклонился, шевеля пальцами по бокам, глядя на игрока напротив меня сквозь металл моего шлема.

На часах оставалось всего двадцать секунд, и мы опережали "Филадельфию Лайонз" на три очка. Но если бы они подобрались достаточно близко, чтобы забить гол на выезде, мы бы перешли в овертайм.

Я не собирался переходить в овертайм.

Особенно в мой день рождения.

— Заткнитесь, ребята! — крикнул кто-то со стороны. Это звучало очень похоже на Зика, и я присел еще ниже, чувствуя, как по коже пробежали мурашки решимости.

Мяч был отбит, и квотербек упал в лузу, сканируя глазами. Им нужно было по крайней мере еще пятнадцать ярдов, чтобы занять хорошую позицию в воротах, и это был третий промах — так что я знал, что он нанесет удар.