Чтение онлайн

– В любом случае, это всё твоя вина. Ты хотела, чтобы пошёл дождь из конфет. Если бы ты не была такой плохой девочкой, ничего бы этого не случилось. Ты всё испортила.

Тогда мать взяла свою еду и заперлась в комнате. Она никогда не верила, что желание Салли действительно вызвало всё это, даже когда все доказательства подтверждали её заявление. Но ей нужно было кого-то обвинить в своих страданиях, поэтому она обвинила ребёнка.

Салли надеялась, что она подавится черепахой.

* * *

Салли поднялась наверх, взяла куклу в матроске и стучала по ней молотком, пока у неё не отвалились конечности и лицо не вывернулось наизнанку.

– Почему? - пробормотала кукла. - Почему?

Последние несколько недель Салли вымещала своё раздражение на своих куклах, резала их, сжигала, отрывала конечности. После этого она всегда извинялась и собирала их вместе, как могла, но все они выглядели обугленными, искалеченными и деформированными. Куклы, похоже, не возражали. А если и возражали, то не говорили об этом. С этими пластиковыми лицами трудно было понять, о чём они думают на самом деле.

Закончив с куклой, она села на кровать и закричала. Только малышка Флора подошла, чтобы обнять её, обхватив полуобгоревшим лицом и расплавившейся пластиковой рукой. Остальные куклы спрятались под кроватью.

– Почему ты больше не играешь с нами? - спросила малышка Флора.

Салли посмотрела на куклу. Один из её глаз закатился на затылок, обнажая металлическую заднюю часть глазного яблока.

– Прости... - сказала Салли. - Я просто больше не хочу играть.

– Почему нет? - Мэри Эллен выползла из-под кровати. Она была в худшей форме из всех кукол. Поскольку она была похожа на близнеца Салли, Салли обижала её больше, чем кого-либо из них. Это было потому, что она так ненавидела себя. Резать, сжигать и бить Мэри Эллен было способом Салли наказать себя за то, что она была таким ужасным человеком. - Раньше ты всегда любила играть с нами.

– Моя мама съела мою черепаху, - сказала Салли.

– Но это не наша вина, - сказала кукла с вывернутым наизнанку лицом. - Зачем причинять нам боль за то, что сделала твоя мама?

– Ты должна причинять боль своей маме, а не нам всё время, - сказала малышка Флора. - Тебе следует проникнуть в её комнату и отрезать ей ногу. Потом съешь её ногу перед ней, как она сделала с твоей черепахой.

– Я не могу этого сделать... - сказала Салли.

– Конечно, можешь, - сказала Венди Мэй, запрыгивая на другую сторону кровати. - Тебе просто нужна пила по дереву. У твоего отца есть пила, не так ли?

– Нет, нет, нет, - сказала Мэри Эллен. - Пила занимает слишком много времени. Она проснётся после первого пореза. Что тебе нужно, так это топор.

– Топор тоже может не сработать, - сказала малышка Флора. - Если ты ударишь её камнем по голове, она потеряет сознание, тогда ты можешь отрезать ей ногу, как захочешь.

– И как только её нога исчезнет, она не сможет убежать, когда ты захочешь отрезать ей ещё одну часть! - сказала Венди Мэй.

Салли задумалась на минуту, затем покачала головой.

– Я не собираюсь этого делать. Она моя мама.

– Мы можем сделать это для тебя, - сказала Мэри Эллен. - Мы бы очень хотели преподать этой ведьме урок!

Малышка Флора и Венди Мэй прыгали вверх и вниз, крича:

– Да, давайте сделаем это! Давайте сделаем это!

Салли покачала головой.

– Я не хочу больше об этом говорить, - сказала Салли.

– Тогда о чём бы ты хотела поговорить? - спросила Мэри Эллен.

Куклы на самом деле не заботились о том, что они делали или о чём говорили, когда были с Салли, пока они были с ней. Даже быть избитым и сожжённым Салли было предпочтительнее, чем остаться без неё. Они не были живыми, когда Салли не было с ними - они снова превращались в нормальных безжизненных кукол - поэтому они старались удержать её с собой как можно дольше.

Салли сказала:

– Я хочу попытаться найти способ спасти мир. Я никогда больше не буду счастлива, если не найду способ отменить своё желание.

– Я уверена, что есть способ! - сказала Мэри Эллен.

– Я думаю, что мы его найдём, если соберёмся вместе и подумаем! - сказала Венди Мэй.

– Если я снова доберусь до края радуги, я уверена, что смогу отменить своё желание или пожелать, чтобы всего этого никогда не было, - сказала Салли.

Венди Мэй кивнула взлохмаченной головой.

– Тогда это именно то, что ты должна сделать.

– Но радуги больше нет, - сказала Салли. - Без дождя не бывает радуги.

– Тогда ты должна сделать свою собственную радугу! - сказала Мэри Эллен.

– Как мне её сделать?

– Ну, радуга образуется не только во время дождя. Помнишь, как иногда образуются маленькие радуги, когда разбрызгиватели поливают газон? Ты можешь сделать что-то подобное.

– Но ничего волшебного не происходит на краях этих радуг, - сказала Салли. - Они слишком маленькие. Радужный пират не сможет плавать на таких.

– Тогда сделай побольше, - сказала Мэри Эллен. - Найди самую большую в мире разбрызгивающую систему, и ты наверняка сделаешь радугу достаточно большой, чтобы снова встретиться с пиратом.

– Но где мне взять столько воды? Где я найду такой разбрызгиватель?

– Правительство поможет тебе, - сказала Венди Мэй. - Поговори с президентом.

– Я думаю, что правительства больше нет, - сказала Салли. - В городе есть ополчение. Сейчас они ближе всего к правительству.

– Тогда иди к ним! - воскликнула малышка Флора. - Попроси их о помощи!

Салли кивнула. Она не думала, что у местного ополчения будут ресурсы, чтобы помочь ей, но, возможно, они смогут найти людей, которые смогут помочь. Это единственный шанс, который у неё был.

* * *

На следующее утро Салли надела кроссовки и зимнее пальто. Сейчас было холодное время года, и леденцы примёрзли к земле и больше не таяли на жарком солнце. Когда она была вся закутана, она прокралась мимо своей матери и старшей сестры и пошла в долгую прогулку по окрестностям. Место было более мёртвым, чем она когда-либо видела. В поле зрения не было ни человека, ни собаки, ни птицы. На конфетной улице не было даже муравьёв. Она полагала, что муравьи, скорее всего, выжили бы в катастрофе, но без воды даже муравьи не могли бы выжить на одних конфетах.

Ей было интересно, сколько людей в округе осталось в живых? Большинство из них умерли от жажды или покончили с собой в течение последнего месяца. Она знала, что Тимми всё ещё жив. Его уже нельзя было узнать из-за того, какой он был худой, но она часто видела, как он сгребает конфеты во дворе, или слышала, как он плачет о своей потерянной матери. Она знала, что мистер Тако получал от ополченцев небольшие пайки еды и воды в обмен на свои услуги врача, но на жизнь, вероятно, было не так много.