Сладкая как грех
Шрифт:
Хлоя широко раскрыла глаза.
— Вот это мужчина. Мои яичники только что упали в обморок.
— Мои танцуют Макарену.
Я окинула Нико взглядом с головы до ног. На нем были потертые мотоциклетные ботинки, выцветшие джинсы и черная футболка, которая сидела так плотно, что казалось, будто она нарисована. У него были черные волосы и ярко-кобальтово-синие, – такие же, как на фотографии Карибского моря.
Этот мужчина был самым красивым, что я когда-либо видела в своей жизни.
До меня постепенно начало доходить, что я знала точный цвет его глаз, потому что смотрела прямо в них. Ник смотрел на меня в ответ таким напряженным взглядом, что мне казалось, будто он может меня воспламенить.
Я была счастлива просто наслаждаться его близостью и вниманием. По моему телу пробежала нервная дрожь, и я испытала момент бесконечного блаженства. Глядя в его глаза, я почувствовала, как во мне вспыхивает что-то глубокое, до дрожи в коленях правильное. Связь, дикая и мелодраматичная, греховная и невероятно милая.
И глупая.
Я знала, что к чему. Нико Никс был суперзвездой, одним из самых желанных мужчин в мире. Я была бедной, сквернословящей, возможно, пьющей визажисткой с богатым воображением. Он смотрел на меня только потому, что я загораживала его девушку-супермодель.
Покраснев, я отвернулась.
— Пожалуйста, скажи мне, что я не попалась на том, что пялилась на Ника.
— Все на него пялятся, Кэт. Но, эм, похоже, только на тебя он пялится в ответ. — Хлоя опустила взгляд на ложбинку между грудей, которую открывала моя маленькая черная майка. — Возможно, это как-то связано с тем, как твои прелести выставлены напоказ в этой одежде. У тебя внушительная грудь, дорогая.
Мой пульс бился так сильно, что я чувствовала его в кончиках пальцев.
— Хорошо. Веду себя естественно. Занимаюсь своими делами. Совсем не волнуюсь. Увидимся позже, Ло.
— Да, позже, Долли Партон5.
— Заткнись.
Я пожалела, что не надела другую футболку.
Хлоя хихикнула.
— Удачи тебе с бразильской секс-бомбой.
Я помахала Хлое на прощание. С грацией Си-Три-Пи-О6 я подошла к туалетному столику в другом конце комнаты, делая вид, что не замечаю ощущения, будто меня только что ударила молния.
Так и было. Совершенно точно.
У французов есть для этого слово: abasourdi. Грубо говоря, это «любовь с первого взгляда». До сегодняшнего дня я считала эту идею настолько сентиментально-романтичной, что обязательно показывала бы жест «меня тошнит», засовывая палец в рот, если бы кто-то заговорил об этом. После нескольких лет неудачных отношений мое мнение о мужчинах в целом и о любви в частности было ниже некуда. Оно было на уровне преисподней. Я не хотела иметь ничего общего ни с тем, ни с другим.
Поэтому я решила, что мои чувства – это действие гормонов. Мне просто нужно было немного побыть наедине с Максимусом, моим верным вибратором. Он был самым надежным мужчиной в моей жизни.
Я называла его своей родственной душой лишь отчасти в шутку.
— Привет! — сказала я Эйвери с наигранной бодростью, подойдя к туалетному столику, за которым она сидела. — Меня зовут Кэт. Сегодня я буду делать тебе макияж. — Я протянула руку, ожидая какой угодно реакции, кроме той, которую получила: громкого, прерывистого храпа.
Эйвери Кейн крепко спала.
Она сидела в кресле прямо, склонив голову набок, с открытым ртом и блестящим лицом. Она была похожа не на супермодель, а на футбольную фанатку, которая тайком принимает риталин своего ребенка. На самом деле, чем ближе я подходила, тем хуже Эйвери выглядела. Под глазами у нее были фиолетово-синие круги, волосы были немытыми… и, боже, от нее воняло, как от пивоварни. Я встречала бездомных, от которых пахло лучше. Мне пришлось отшатнуться и прикрыть рот рукой.
Черт возьми. Спящая Красавица не просто спала. Она была в отключке.
Я подняла голову, надеясь поймать взгляд пухлого помощника в футболке с надписью «Металлика», который что-то кричал в телефон неподалеку, но вместо этого увидела то, от чего у меня замерло сердце.
В другом конце комнаты стоял Нико Никс и оглядывался по сторонам, словно что-то искал. Он повернул голову. Наши взгляды снова встретились, и мне пришлось опереться на край туалетного столика, чтобы не упасть.
Потому что он, очевидно, нашел то, что искал.
Вырвавшись из круга восхищенных зрителей, он отошел от французских дверей и направился в мою сторону.
Глава 2
По странному стечению обстоятельств, которое было либо божественным вмешательством, либо жестокой шуткой злобной вселенной, либо просто кармой, бессознательная Эйвери Кейн очнулась именно в этот момент.
Она резко выпрямилась. Ее голова поднялась. Она моргнула, и ее покрасневшие и слезящиеся глаза открылись. Эйвери закрыла один глаз и прищурилась, а затем долго и молча смотрела на меня.
Наконец она произнесла невнятным голосом с португальским акцентом: — Ты сидишь на моей ноге.
Я в ужасе вскочила с туалетного столика, на который опиралась, и посмотрела вниз.
Черт. Она была права. Я уселась на ногу самой красивой женщины в мире. В некоторых странах за такое, наверное, закидали бы камнями. Может, даже в этой.
В ужасе я выронила свой набор и подняла руки, как будто на меня наставили пистолет.
— Черт! Прости! Я виновата!
— А, — Эйвери беззаботно махнула рукой и пожала плечами. Она зевнула, выдохнула клубы перегара и рассеянно почесала затылок.
Я поняла, что мне не грозит неминуемая смерть от ударов камнями. А поскольку самый сексуальный мужчина на свете вот-вот должен был подойти, а его девушка выглядела не лучшим образом, я сжалилась над ней.
— К вам идет гость, мисс Кейн, — пробормотала я тихо. — Нико меньше чем в шести метрах отсюда. Может, мне…?
Это было не мое дело. Мне нужно было просто исчезнуть на несколько минут и незаметно наблюдать со стороны, пока не станет безопасно вернуться и сделать преображение этой неудачницы в кресле достойным «Оскара». Но в тот момент я могла думать только о том, что если бы на ее месте сидела я, невнятно бормочущая, вонючая, выглядящая как после крушения поезда, то я была бы очень благодарна, если бы кто-нибудь меня прикрыл.