Чтение онлайн

Если оно правда не может двигаться, то как бы часто его ни называли «естественным врагом человечества», мне оно не навредит?

Полагаясь на это, Муору перетерпел боль в груди и продолжил идти.

Двигался он шаткой поступью, словно шёл через подвесной мост, у которого перерезали канат.

Крепко зажмуренные глаза погрузили его в полную темноту, но, несмотря на это, юноша понемногу продвигался.

В его щеку попало что-то маленькое.

Муору в забавной, комичной манере распахнул глаза.

И тут же понял, что стоит лицом к лицу с монстром.

— Ух...

Не отшатнувшись от него, он вытер щеку тыльной стороной правой ладони.

Его измазанная перчатка впитала не только пот, но и что-то холодное.

Похоже, тучи накатили быстрее, чем он заметил, и небо почернело. А это значило, что холодная жидкость на его щеке оказалась первой каплей дождя.

Даже когда он запрокинул голову назад, чтобы посмотреть на ночное небо, тело чудовища так и не покинуло его поле зрения. Мягкий и дряблый мешок с плотью вполне мог оказаться вдвое выше Муору. И в толщину он намного превосходил парня, к тому же обладал бесчисленными когтистыми лапами. Но вот глаз и рта, ожидаемых у такого создания, нигде не было видно. И могильщик даже сомневался, что внутри этого гигантского мешка, уродство которого напомнило бескостных созданий типа пиявок и осьминогов, что-то вообще есть.

Парень приблизился достаточно, чтобы при желании коснуться монстра. И простого взгляда на него хватило, чтобы переписать все свои знания о мире, в котором таких существ прежде не водилось. Неприятные чувства могли заполнить его хоть до краёв, и кровеносные сосуды в его лбу, спровоцированные ими, сильно запульсировали, вызвав острую головную боль.

Бесчисленные лапы монстра разлеглись у его ног, подобно паутине. Каждая из них была длиннее и толще, чем гигантская змея, способная насмерть задушить медведя. В дополнение к этому из каждого окончания выступал коготь, похожий на серп палача, и выглядели они острее любого клинка, виданного парнем.

И на этих серпах он видел кровь Мелии, запёкшуюся в виде плотных шариков.

Уже стало слишком поздно не думать об этом. Совсем недавно несметное число когтей монстра впилось в её тело, и каждого удара хватило бы, чтобы её убить. И каждый удар, калечащий тело Мелии, выжег в глазах Муору неизгладимый след.

А теперь он должен был коснуться и сдвинуть это монструозное создание.

Хоть он и заставил себя настолько к нему приблизиться, это всё равно оставалось бредовой идеей.

По сути, эта идея сводила его с ума.

Кровь на его когтях являлась той же кровью, что налипла на руки Мелии, когда он схватил её.

Какой бы секрет девка ни скрывала, он ничего не знал.

И вообще, даже если он спросит её, скорее всего, она ему не расскажет. А если и расскажет, то он вряд ли поймёт её объяснение.

Всё же одна вещь была точной. Мелия в единственном числе противостояла монстру.

С такими тонкими конечностями и маленьким телом...

Муору не совсем понял, откуда взялись в его теле силы для движения. Сила воли? Внутренний стержень? Без разницы, он положил руки на тушу монстра и надавил изо всех сил.

То, что он почувствовал сквозь перчатки, не было ни тёплым, ни холодным, ни мягким, ни твёрдым. Скорее, стоило это назвать очень странным ощущением — как будто погружаешь руки во внутренности трупа.

Сильно закачавшись, мешок с плотью накренился.

Из-за вибрации Муору подумал, что монстр очнулся.

Глянув на руки, ему почудилось, будто перчатки разъелись до самой кожи.

Но дело было не в перчатках, а в его разуме.

Борись, думал он. Борись, борись, борись, борись...

Он удивился от чувства жжения в глазах. Его зрение помутнело, и по щеке побежало что-то горячее.

Муору не понял, когда это началось, но на его глазах выступили слёзы.

— Ааа!!! — раздражённо закричал парень. Однако вместо того чтобы сдаться, он почерпнул из отчаяния силы и снова навалился на гигантского монстра.

Муору выложил столько сил, сколько мог, и гротескное тело начало двигаться вперёд, а звук движения по громкости походил на звук оползня. Парень вложил в руки все силы, даже утопил ноги в землю, чтобы лучше подпереть себя, но в итоге он смог перемещать монстра лишь по чуть-чуть.

Давя плечами вниз и подаваясь вперёд, парень продолжал толкать.

Тем временем продолжался низкий шум трения о землю.

Тем временем парень продолжал терпеть неприятные ощущения, заполняющие его тело.

Тем временем по кладбищу разлетались его крики, звучащие так, будто кто-то рыгает.

Но Муору был там единственным, способным эти крики услышать. И пока он без остановки толкал гротескное тело, дождь, стучащий по его спине, постепенно нарастал.

Пока он вслушивался в звук дождя, затекающего в загон — нет, пока он сидел под непротекающими остатками крыши, Муору глядел в темноту.

Дождь не прекращался два дня.

Будь это короткий ливень, он бы никак не помешал его работе. Поскольку было лето, с пришедшей прохладой стало легче коротать время. Но он не мог выйти на кладбище ночью. Из-за туч, скрывших луну и звёзды, он не видел ничего дальше собственного носа.

Тем не менее, когда парень не выходил наружу, на его лице проступало другое, приятное выражение. Он понял, о скольких вещах ему надо подумать... и что на сортировку мыслей требуется время.

С течением времени лошади исчезли из загона. Но они всё же оставили после себя следы. И думая о других возможных могильщиках, живших в загоне до него, Муору задавался вопросом, куда они вообще запропастились?

Однажды Ворон сказал ему: «Сколько людей ни нанимай копать ямы, как только они не выдерживают присутствия демонов, то становятся бесполезны». В то время он проигнорировал его слова, но теперь у Муору появились непосредственные доказательства правдивости его слов.

Внезапно в дверь загона постучали.

Звук был тихий, но он точно не мог раздаться сам по себе. В общем-то, юноша настолько привык к тихому звуку протекающей крыши, что слабого стука хватило, чтобы его напугать.

— Муору.

Но, услышав этот голос впервые за два дня, он быстро отошёл от шока.

На всём кладбище был всего один человек, зовущий его этим именем.

Дверь тихо открылась, и показалась лампа, вслед за которой вошла Мелия. Слабый свет прибора окрасил комнату оранжевым. Девочка сохраняла молчание, пройдя от двери и в итоге присев на пол.