Чтение онлайн

Но по какой-то причине Мелия не кивнула на его предложение.

Почему?

Между ними повисло неловкое напряжение. Он ясно понимал, что она не злится на него за случай с подглядыванием, но её молчание не шибко обнадёживало.

Но тогда почему кажется, словно тревоги Мелии о том случае до сих пор не улеглись? Скорее всего, она в чём-то сомневалась, хотя однажды и нашла в себе мужество сказать «я буду твоим другом».

Раньше она призналась, что не понимает значения слова «друг». Наверно, она и до сих пор это не выяснила. Но насчёт этого...

— А. — Муору внезапно вспомнил сказанное ей, когда она из страха отвергла его предложение.

Друг, ну, эээ... это на один шаг дальше простого знакомства... как бы сказать... Взаимность? Нет, скорее... чтобы узнать друг друга лучше, два человека сближаются... что-то типа того. На самом деле, Муору не знал, о чём вообще говорил. Он просто сказал ей первое пришедшее в голову.

Та ночь кажется теперь такой давнишней.

С тех пор Мелия услышала от него массу историй; он часто пускался в беспорядочные объяснения, но много рассказывал и про себя. Да и вообще, теперь ему казалось, что девочка знала человека по имени Муору Рид лучше, чем кто-либо другой.

Но когда речь заходила о ней... он едва ли что-то про неё знал.

И кстати говоря, не чувствует ли Мелия то же самое? Хочет ли она, чтобы я узнал о ней больше?

Юноша сконцентрировался на себе. Быть может, это говорило о завышенной самооценке. Но в то же время он не думал, что эти мысли происходят из его самодовольства. Фактически, ему казалось, что её чувства были направлены на него. И если это правда, неужели Мелия действительно пришла сюда увидеться с ним?

Раньше Муору чувствовал между ними бездонную пропасть.

Яма, которую ничем не заполнить. И он сразу подумал, что день, когда она заговорит о себе, настанет в непроглядном будущем.

Той ночью они разошлись, после его слов «Увидимся».

Слегка поведя рукой, Мелия ответила: «Ага... увидимся».

Может, этот день стал на удивление близок.

Вскоре, однако, холодная вода охладила его пыл.

Когда парень попытался вернуться в загон, перед поместьем его встретил Дарибедор. Старик поставил у ног электрическую лампу, пускающую слепящий белый свет.

Он приподнял правую руку и подошёл ближе.

— А вы стали с ней довольно близки, правда?

Послышался жёсткий, щёлкающий звук. Звук, к которому Муору давно привык, хотя и не слышал уже очень давно... Курок.

Дарибедор навёл на Муору чёрный револьвер, и даже в темноте парень отчётливо видел очертания маленького дула. Хоть пуля и мелкая, её достаточно для убийства человека.

— Пусть так, с этим какие-то проблемы? — с опаской спросил Муору. Было бы самообманом думать, будто старик не ведал об их встрече. Но настоящая проблема заключалась не в том, что он знал о ситуации, а в его понимании её.

Его наниматель Дарибедор имел право разобраться с ним, с любым заключённым, как ему заблагорассудится. И что бы он ни заставил делать Муору, сколько бы дней ни морил его голодом, отправил бы в лагерь для задержанных или нет, это всё было в его силах. И в худшем случае старик вполне мог застрелить его на месте.

Я не собирался так просто отдавать концы.

Его лицо тут же одеревенело. Его часто ранили, но к счастью или несчастью, он ещё не получал огнестрельные раны. И хотя он не мог вообразить себе, какую боль ему доведётся испытать, если судить по калибру, смерть наступит мгновенно, если, конечно, ствол не согнулся в три погибели.

Если это правда...

Направляя на парня пистолет, старик показал самую омерзительную свою улыбку.

— Я не так уж и беспокоюсь из-за этого. Скорее, я впечатлён тем, как ты расположил её к себе. Похоже, ты очень впечатляющий обманщик, я прав? — Дарибедор предался громкому смеху, который стал расшатывать Муору нервы.

...Он делает мне выговор за общение с Мелией?

Несмотря на ярость по отношению к Дарибедору, который хоть и не ведал о трудностях общения с Мелией, но говорил всё, что вздумается, юноша сохранял хладнокровие.

Дешёвые попытки старика спровоцировать его изрядно докучали ему. Но в таких делах он был довольно опытным. Вообще, его способность сохранять бесстрастное лицо и терпеть шутки большинства старших по званию сослуживцев помогла ему выглядеть старше, чем он есть на самом деле.

Если бы я знал, можно было бы обойтись без проблем? Или... У Дарибедора на меня зуб, несмотря ни на что?

— Выглядишь так, словно хочешь что-то сказать, — сказал Дарибедор, распрощавшись с улыбкой. Во тьме его рана на месте носа выглядела темнее дула пистолета.

Муору ответил: «Вряд ли... Просто я подумал. Вы ведь не предупреждали меня о том, что ночные прогулки могут плохо сказаться на моей работе».

— Разумеется. Я делаю это лишь при спаде в работе. Но, уважаемый заключённый, вы превзошли мои ожидания уже давно и показали себя молодцом. Да, значительно превысили поставленные нормы... — Пока он говорил, палец его оставался на спусковом крючке. — В любом случае, поддерживать умиротворение в сердце девочки не входит в наши полномочия.

Прогремел выстрел.

Все мышцы в теле Муору рефлекторно напряглись, и он неосознанно зажмурился.

Менее чем за секунду парень понял, что в него не попали. На его теле не было никаких дыр.

Он открыл глаза и увидел маленькое отверстие в земле у своих ног. От неё поднимался дым, подмешивающий в воздух запах пороха.

— Но не могли бы вы запомнить это для меня? — Дарибедор вновь улыбнулся, буквально перекосив лицо. — Ни к чему использовать девочку и пытаться убежать. Даже если используете её, пытаться что-то изменить будет бессмысленно... Нет, скажу доходчивее, я могу заполучить столько работников, сколько захочу. И вы далеко не первый копатель могил, которого похоронят в собственноручно вырытой яме.

Дарибедор выстрелил ещё раз, создав другую дыру в земле, на этот раз куда ближе к башмаками Муору. Затем старик с удовлетворённым видом направился обратно к поместью.

Муору остался стоять неподвижно, уставившись в два отверстия у своих ног, хотя разум его совершенно не заметил их.

...Умиротворение?

В его ушах звучали вовсе не огнестрельные выстрелы и даже не угрозы Дарибедора, а фраза, которой он описал Мелию.

Ещё долгое время Муору стоял в том месте, размышляя над смыслом сказанного стариком.