Чтение онлайн

– Кори, – простонала я, когда входная дверь открылась за спиной подруги, и в пекарню вошел Нокс.

Я не знала, как объяснить то, что воздух полностью покинул мои легкие, когда Нокс просто оказался внутри помещения, но именно так все и произошло.

Я подняла руку к груди, пытаясь успокоить свое бешено колотящееся сердце, прежде чем выдавить из себя улыбку.

– Привет, Нокс.

– Валентина, – то, как он произносил мое имя, заставляло мои нервы натянуться до предела.

Кори вскинула голову, переводя взгляд с Нокса на меня и обратно.

– Я работаю по соседству. А Валентина дарит мне удовольствие во время перерывов на ланч.

– Что, простите? – Кори покачнулась, а я почувствовала, как к лицу прилила краска.

Будь она неладна, эта моя неконтролируемая способность краснеть так некстати.

– Нокс – сладкоежка.

– А разве все мы не любим сладкое? – парировал он, не отводя от меня взгляда.

– Я все поняла. Ну, мне пора идти. Между вами, ребята, происходят какие-то странные сексуальные химические штучки, а я только стою на пути у...

– Кори! – я ударила подругу полотенцем, которое только что подняла.

Она накинула пальто на плечи, а затем медленно прошла мимо Нокса, окинув его неспешным взглядом с ног до головы.

– Наслаждайся сладким, Ви!

– О, Боже, прости ее. Мы дружим с четвертого класса. И сейчас мне ее не одернуть толком.

Теплый смех Нокса заполнил комнату, заставляя меня расслабиться.

– Она просто сказала то, что у нее на уме. Мне это нравится, – он подошел ближе, обходя вокруг прилавка, пока не оказался прямо передо мной. – Я забыл вчера попробовать один из этих круассанов.

Его слова разлились по моему телу теплым потоком меда, таким липким, сладким и неповторимо вкусным.

– У меня есть парочка свежих... – я обернулась, готовая достать один из пртивней, которые грелись в печи, когда Нокс остановил меня.

– Разделишь его со мной?

Мои глаза распахнулись шире от этого вопроса.

– У меня правда нет на это времени. Сейчас неделя перед днем святого Валентина. И толпа заполнит пекарню сразу после ланча. Мне нужно успеть все закончить к тому времени.

Он сделал три больших шага ко мне, и его мозолистые ладони обхватили руки, не давая мне отступить.

– А что насчет твоего Валентина?

Я вскинула взгляд, удивляясь его дерзким словам. Кем он себя возомнил, чтобы приходить сюда, заставляя меня чувствовать себя неловко и лишая дыхания, а после еще и утверждая, что я должна притормозить?

– Прости, но пекарня «Сладкоежка» – это только развивающийся бизнес. И у меня нет лишнего времени для...

– Для того, что заставило бы тебя почувствовать себя живой, – он притянул меня к своей груди, а затем провел носом по моей шее. – Ты же тоже чувствуешь это, да?

Его слова повисли в воздухе, мое сердце колотилось о ребра, отдаваясь грохотом в ушах.

– Валентина?

– Да? – мои глаза были закрыты, а тело таяло возле него.

– В этой части нашего разговора ты должна что-нибудь ответить.

Я кивнула, в голове все звенело, словно уровень сахара в крови резко подскочил. До высокого ноксо-уровня. И то, и другое вызывало во мне одинаковую реакцию.

– Что ты чувствуешь, когда я прикасаюсь к тебе? – выдохнул Нокс в мое ухо.

– Словно горячий шоколад течет по моим венам.

Нокс задрал подбородок, немного дерзко и очень сексуально.

– Звучит вкусно.

Я кивнула, тоже так считая. То, что он заставлял меня испытывать, было очень и очень вкусным. Я никогда ранее не испытывала ничего подобного.

– Дай мне пять минут, – большой палец Нокса скользнул вниз по моей шее, посылая волну дрожи по моей спине.

– Три, – прохрипела я, уже чувствуя себя виноватой за то, что хотя бы подумала о перерыве в это время.

– Пять, Валентина, – ответил он, и что-то в моем животе перевернулось.

– Все зовут меня Ви.

Его губы вновь приоткрылись, прикасаясь к трепещущей вене на моей шее.

– Именно поэтому я и продолжаю звать тебя Валентиной.

«Хорошо», – хотела сказать я. Мне нравилось, как мое имя слетало с его губ. Я провела значительную часть своей жизни, стесняясь того, что меня назвали в честь праздника влюбленных дураков. Ирония не покинула меня, когда я, несмотря на то, что презирала большинство вещей, связанных с любовью и романтикой, стала владелицей пекарни, специализирующейся на... сладостях ко дню святого Валентина.

И если бы работа в эту неделю не приносила таких денег, я бы закрылась и уехала куда-нибудь в отпуск.

Вместо этого я трудилась как проклятая, пытаясь заработать три четверти моего годового дохода, чтобы затем в ночь дня святого Валентина полностью истощенной придти домой, съесть пинту мороженного Баскин и Робинсон и засесть за просмотр «Отчаянных домохозяек». Уж у них-то жизнь была куда более запутанной, чем у меня, разве нет? Я усердно работала, каждый день делая то, что мне нравилось, и приходила домой, где не было никого, способного разделить мои переживания, кроме кота по имени Кексик.

Мы с котом проводили много ночей, лежа вдвоем на диване.

Так что, полагаю, Нокс был прав, говоря, что мне нужен перерыв.

Наконец, я уступила.

– Пять минут, но затем я вернусь к готовке.

Он мягко поцеловал меня в шею и усмехнулся.

– Прекрасно, иди и присядь. Позволь мне обслужить тебя.

Я почти рухнула на пол к его ногам.

Я не знала, откуда, черт подери, взялся Нокс, но он мне нравился все сильнее с каждым мгновением.

– Итак, как давно открылась «Сладкоежка»? – спросил он чуть позже, когда мы уселись друг напротив друга возле окна за маленьким столиком для двоих.

– Чуть больше двух лет назад. До этого я работала в нескольких пекарнях, но ни в одной из них не хотели пробовать ничего из новинок, которые я готовила. Я хотела работать со всем известными десертами, но как-то их переделывать, используя натуральные ингредиенты. Так, чтобы вкус у них был тот, что мы помним, даже если выглядят они совершенно иначе.

Нокс кивнул, отламывая кусочек круассана, а затем приоткрыл свои полные губы, чтобы положить его в рот. Эти дьявольские губы. Отвлекающие губы. Я задумалась о том, на что было бы похоже, если бы они заскользили по моей груди. Мои соски напряглись, стоило мне только представить это.