Чтение онлайн

– Не имею понятия, - говорю я. – Как тебе удалось тогда выбраться в Лас-Вегас?

Он проводит по волосам и пожимает плечами.

– Всего три недели, и я тогда не был нужен. Они собирали доказательства по делу, а у меня, наконец, выдался перерыв. Здесь в Европе проще взять длительный отпуск, чем в Штатах, наверное.

Я тяну его на диван рядом с собой, и он присаживается, но его поза говорит, что рядом со мной, он задержится всего на минуту. Ансель встанет и вернется к компьютеру, а не ко мне в кровать.

Ныряю рукой ему под футболку, ловя себя на мысли, что с нетерпением жду момента, когда увижу его завтра в костюме, отчего ощущаю чувство вины, завязывающее в тугой узел в животе.

– Ты одеваешь в зал суда костюм и галстук?

Смеясь, он наклоняется и шепчет напротив моей шее.

– Я не хожу в суд, и нет, в суде они носят традиционную одежду. Я занимаю должность младшего юриста. Корпоративное право во Франции, может быть, немного отличается от Штатов, хотя и уголовное право тоже отличаются. Здесь, возможно, больше дел проходят через стол.

– Так если в Штатах другая система корпоративного права, и у тебя есть лицензия на практику там...почему после юридической школы ты вернулся во Францию?

Он хмыкает, покачивая головой, а затем целует меня в подбородок, и это первый раз, когда он не отвечает на вопрос. Не могу сказать, я сейчас больше разочарована или восхищена.

– Надеюсь, ты быстро с этим справишься.
– Говорю Анселю, касаясь его щеки и не удержавшись, поглаживаю подушечкой большого пальца его нижнюю губу, зная, что теперь он, наверняка, успокоится. – Я надеюсь, что так будет не всегда. Мне нравится, когда ты со мной.

Он закрывает глаза, медленно выдыхая, а затем улыбается.

– Когда ты так говоришь, то похожа на настоящую жену.

Я почти рада, что в понедельник ему нужно на работу, потому что у меня появляется возможность вернуться в крошечный магазин в переулке, с надеждой затаив дыхание, что он будет открыт. Думаю, что Анселю нравятся ролевые игры; по крайней мере, надеюсь, что для него это так же весело, как и для меня. Мы познаем друг друга в эти крошечные мгновения, раскрывая себя, пока притворяемся.

И сегодня ночью я хочу, чтобы он заговорил.

Магазин открыт, и всё та же продавщица приветствует меня с тёплой улыбкой, а в воздухе чувствуется знакомый запах ириса. Она берёт меня за руку, привлекая внимание к женскому белью.

– Кем хотим быть сегодня? – спрашивает она.

Мне требуется пара секунд, чтобы подобрать правильные слова, и все равно я толком то и не отвечаю на ее вопрос.

– Мне нужно то, что поможет спасти его.

Мгновение она изучающе смотрит на меня, прежде чем достать униформу солдата, но это не совсем то, что мне нужно. Вместо этого я замечаю пеньюар ярко красного цвета, словно, дотронувшись до него - обожгусь.

Её смех хриплый и громкий.

– Да, в этом наряде у него точно есть шанс на спасение. Думаю, сегодня Вы выглядите увереннее и немного раскованнее.
– Подойдя к стене, она берет один из аксессуаров и, опустив взгляд вниз, я смотрю на то, как он вибрирует у меня в руках. Я бы никогда не выбрала его, однако, штучка прикольная.

– Весело проведите время, ch'erie[Дорогая].

Честно говоря, я неплохо справилась с макияжем, постаравшись сделать глаза дымчатыми, а пухлые губы ярко-красными. Наложила на щечки достаточно румян, чтобы выглядеть слегка старше.

Отступив назад, я рассматриваю себя в тонком зеркале, установленном на двери спальни. Волосы обрамляют лицо, чёрные и гладкие. Карие глаза имеют желтоватый оттенок, а не зелёный, который был в последнее время. Чёлку следует подстричь; потому что она задевает мои ресницы, когда я моргаю. Но девушке, которая смотрит на меня, нравится тень, которую бросают её ресницы на лицо. Она знает, как смотреть из под ресниц и флиртовать, особенно с красными рожками, чёрный ободок которых запрятан в волосах.

Пеньюар сделан из кружева и выложен слоями, из мягкой ткани макраме. Все вроде бы скрыто под несколькими слоями ткани, однако, даже в тусклом свете свечей, которые расставлены по всей квартире, отчетливо видны мои соски. Единственное что я надела, так это соответствующие красные стринги.

В это раз я не нервничаю, когда слышу прибытие лифта и настойчивый стук обуви Анселя, идущего к нашей двери.

Он заходит, бросив ключи в тарелочку, и прячет свой шлем под стол, а затем поворачивается ко мне, сидящей на стуле, который я специально поставила в десяти футах от входа.

– Боже, Cerise, - Он медленно перекидывает лямку сумки через голову и ставит её на пол. Горячая улыбка начинается в уголках его губ, а затем проявляется полностью, когда он замечает рожки. – У меня проблемы?

Я отрицательно качаю головой, а по коже бегут мурашки, когда он голосом выделяет слово "проблемы" и понимаю, что теперь оно мое любимое. Встаю и направляюсь к нему.

– Нет, - отвечаю я, - но я слышала, что ты находишься в такой ситуации, которую хотел бы изменить.

Он успокаивается и медленно приподнимает брови.

– Ситуации?

– Да, - говорю я. – На работе.

В его глазах пляшут чёртики.

– Я понял.

– Я могу помочь. – Ступаю ближе, провожу рукой по его груди к галстуку. Ослабляя его, продолжаю, - я послана сюда, чтобы договориться о сделке.

– Послана кем?

– Моим босом, - говорю я, слегка подмигнув.

Он смотрит на меня ещё немного, подходит и подушечкой большого пальца проводит по моей нижней губе. Теперь это знакомое касание, но вместо того, чтобы открыть рот и лизнуть его, я прикусываю подушечку пальца.

Он отступает с небольшим придыханием, а затем смеётся.

– Ты неотразима.

– Я могущественна, - исправляю я его.
– Если всё пойдет хорошо сегодня вечером, то стоит мне только щелкнуть пальцами, и этот ужасный судебный процесс закончится.

Я развязываю его галстук и моргаю, заметив, как веселое выражение его лица сменяется более серьезным, умоляющим.

– Ты правда можешь?

– Ты продашь мне свою душу, а я сделаю так, что твои проблемы исчезнут.