Сладострастие. Книга 2
Шрифт:
Я могу предоставить ей врача или психолога, если понадобится. Я оставляю сообщение единственному человеку, который может мне в этом помочь.
— Полагаю, ты пригласишь своего обеспокоенного отца выпить, — говорит Алекс, когда фургон паркуется перед моим домом.
— Ты ошибаешься. — Я собираю свои вещи. — Я приехал, можешь ехать.
—Я все равно поднимусь.
Он толкает меня, проходя мимо.
—Я позаботился о том, чтобы тебя снарядили лучшей защитой, — говорит он, когда мы оказываемся внутри. — Теперь твой дом — неприступный бункер.
Мы входим в лифт.
—Я бы поблагодарил тебя, но ты сделал то, что должен был сделать по долгу службы.
—Похоже, тебя воспитывали троглодиты.
—Не троглодиты. —Двери лифта открываются. —А тебя — да.
Он закатывает глаза, следуя за мной в прихожую, и останавливается, когда я описываю окружающую обстановку.
Комната заставлена картинами, есть и новая мебель, которую я явно не покупал.
— Кристофер? — Мари заглядывает в холл.
— Что, черт возьми, здесь происходит?
— Дорогой, — Сабрина появляется сзади, — наконец-то ты пришел!
Я ее не узнаю, так как на ней нет ни капли макияжа. На ней цветочное платье и низкие сандалии, нет ни малейшего следа той вычурной и элегантной женщины, на которой я женился.
—Алекс! —Она бросается в объятия моего отца. —Как приятно, что ты приехал.
Министр поворачивается ко мне с нахмуренными бровями.
—Что ты здесь делаешь? —Я пытаюсь сохранить самообладание.
Она целует меня в губы.
—Ты приехал в хорошем настроении... Я твоя жена, где же мне еще быть?
Мари дает мне знак успокоиться, пока Сабрина обнимает меня, как будто мы обычная пара.
—Я приготовила тебе ужин.
—Сабрина...
Она игнорирует меня и уходит в столовую.
—Она приехала три дня назад, —тихо объясняет Мари, — я пыталась выгнать ее, но она сошла с ума. Привезла свои вещи, выгнала Миранду и стала хозяйкой в доме.
Кристофер, ей нужна помощь, она думает, что у тебя есть дочь.
—Это твоя крепость? —спрашиваю я Алекса.
—Пожалуйста, никто не помешает твоей жене пройти. Ты же женат.
—Присаживайтесь, —просит она из кухни.
– Только этого мне не хватало, — думаю я, сумасшедшая, притворяющаяся моей женой.
—Я вызову охрану, чтобы они ее вывели.
—Подожди! —останавливает меня Мари. — Она не в себе, ей нужна медицинская помощь, ты не можешь просто так ее выгнать. Это опасно.
—Стол накрыт. —Она снова выглядывает.
Мари и Алекс подыгрывают ей, а я следую за ней на кухню.
– Она моет посуду в раковине.
— Как поездка? — Не смотри на меня. — Наша малышка скучала по тебе.
— О чем ты говоришь? — спрашиваю я, и она смеется.
— Ты уезжаешь на неделю и забываешь, что у тебя есть дочь? Вот почему мы поженились, Кристофер.
– Черт возьми! — восклицаю я про себя. Мое терпение начинает иссякать.
—Собирай свои вещи, я отвезу тебя домой.
—Это мой дом. —Она улыбается.
—Я не в настроении...
—Не груби. Ты разбудишь...
—У нас нет дочери!
Она швыряет стакан в раковину.
—Есть! —кричит она и снова успокаивается. —Не начинай опять.
Мари и Алекс входят, обеспокоенные.
— Простите, — улыбается она, — стакан выскользнул из рук. Идите за стол, я сейчас подойду.
Она закатывает рукава платья и собирает осколки стекла. Я теряю дар речи, когда замечаю следы на ее запястьях.
Алекс кладет мне руку на спину, чтобы я следовал за ним. Я хочу быть терпеливым, но мне это невозможно, потому что я слишком ее ненавижу. Я отправляю Братту сообщение, чтобы он приехал за ней.
Я сажусь за стол, украшенный цветами. Было очевидно, что она не воспримет это хорошо, сплетни летают быстрее молнии. Я предполагаю, что она была первой, кто узнал о том, что случилось с Рэйчел.
Все молчат, когда начинают подавать еду. Я ничего не пробую, у меня сейчас слишком много проблем, чтобы иметь дело с кошмаром Льюисов.
—Я запланировала семейную поездку. —Налейте вино. —Будет приятно, если ты поедешь с нами.
Алекс смотрит на меня с недоумением.
—Можешь пригласить Сару, если хочешь.
—Ты выглядишь уставшей, —говорит Мари. Тебе нужно полежать, я обо всем позабочусь.
— Я в порядке, спасибо, Мари.
Я отворачиваюсь, когда она наклоняется, чтобы поцеловать меня.
— Садись, — приказываю я ей.
— Тебе не понравилась еда? Я могу приготовить что-нибудь другое.
— Я не хочу, чтобы ты ничего готовила.
— Принести тебе еще вина?
— Нет!
—Ты хочешь, чтобы я...
—Я хочу, чтобы ты ушла! —вырывается из меня.
—Любимый...
—Не называй меня любимым, потому что мы ничто. —Я теряю последние остатки терпения. —Мы находимся в процессе развода, черт возьми!
—Я принесу десерт, — она игнорирует меня.
Я беру ее за плечи и сажаю обратно.
—Тебе нужна помощь!
— В чем? — рычит она. — В твоих шлюхах? Мне все равно, знаешь? Они всего лишь шлюхи, которых ты не любишь.
— Ты не в себе.
Она снова пытается поцеловать меня, заставляя меня встать из-за стола.
– Это уже слишком.
– Она следует за мной, как сумасшедшая.
— Давай поговорим. — Она пытается снять с меня куртку.
— Не трогай меня. — Я отталкиваю ее.
— Кристофер, ты разбудишь ребенка.
— У нас нет ребенка!
Она отрицательно качает головой, прижимаясь спиной к стене.
— Она настраивает тебя против меня, да?
— Я отвезу тебя домой. — Я беру ее за руку.
—Нет! —Она толкает меня. —Если я уйду, ты засунешь ее сюда, а я не могу этого допустить. Она обманула моего брата! Теперь она хочет обмануть тебя! Эта сука хочет разрушить мою жизнь.
Она запирается в гостевой комнате. Я бью кулаком по стене.
– Льюисы — это проклятие, — думаю я.
Я возвращаюсь в гостиную, и Алекс предлагает мне коньяк, чтобы я успокоился.
— В следующий раз проверь, нет ли у твоей будущей жены суицидальных наклонностей. — Он опускается на диван. — Мне эта женщина никогда не нравилась.