Сладострастие. Книга 2
Шрифт:
Гости встают, когда пианист — переодетый Скотт — начинает вступительную мелодию.
— Цель на прицеле, — снова предупреждают они.
Я напрягаю спину, потому что это означает только одно. Мой взгляд перемещается на дорожку, усыпанную розами, и я разглядываю женщину, которая только что появилась.
Я не эмоциональный человек, но невозможно не заметить огонь, охвативший мою грудь. Что-то сдавливает мне горло, и врожденная ярость затуманивает разум. Мое сердце бьется как барабан, и я с трудом сдерживаю желание броситься к ней, схватить ее и унести прочь отсюда.
Она идет, крепко сжимая букет красных роз, а белое платье облегает ее тело. Я не могу разглядеть ее лицо, так как оно скрыто тонкой вуалью. Я не знаю, люблю ли я ее, восхищаюсь или обожаю.
Мое тело требует ее, и я не могу отвести от нее глаз.
— Все готовы? — приказывает Паркер.
Она останавливается на полпути, застыв как статуя и глядя в никуда. Антони смотрит на нее с искренним обожанием.
– Наивный, — я жалею его и всех тех, кто считает себя хозяином своей любви.
Итальянец спускается по ступенькам, протягивая ей руку, и я в ярости, когда она берет его руку. Я не привык видеть ее с кем-то, кроме Братта.
— Она любит тебя, — шепчет Патрик. — Она бы никогда не обратила на него внимания, так что сосредоточься.
Священник начинает церемонию, а солдаты докладывают о своем местонахождении.
Я рассчитываю время и сосредотачиваюсь на том, что делают мои люди, - бесшумно перерезать горло, - а минуты тянутся вечно, пока я жду сигнала.
Я внимательно осматриваю стены замка, и агенты уже на месте. Алессандро ходит туда-сюда, сосредоточившись на Мередит и Анджеле, одна из них игнорирует его, а другая улыбается.
— Он идет сюда, — бормочет Оливейра.
— Убей его, — приказываю я.
Алан и Скотт отступают и прячутся среди гостей, когда Алессандро пытается привлечь внимание Антони.
—Он нас заметил, — предупреждает Паркер.
—Убей его, — повторяю я.
Антони теряет концентрацию, когда к нему подходит охранник, он смотрит на стены, отпускает руку Рэйчел и...
—Алессандро! — кричит мафиози своему брату.
Он отступает, и снайпер промахивается, в то время как все встают. Я не думаю, просто действую, хватаю оружие и, не раздумывая, целюсь и произвожу точный выстрел, который заканчивает жизнь Алессандро Маскерано.
Он падает, и я без страха прижимаю его к полу.
—Scusate il ritardo, — говорю я по-итальянски.
Рэйчел поворачивается ко мне, а лицо Антони искажается от гнева.
– Кристофер? — шепчет она, прежде чем рухнуть на пол.
– Да, да, да! — кричат в наушнике.
– Uccidilo» — «Убейте его.
– Антони показывает на меня.
FEMF нападает, и стрельба заставляет меня броситься на пол в качестве защитного маневра. Антони поднимает Рэйчел, пока стрельба не прекращается, и я падаю рядом с Патриком.
– За лейтенантом, убираемся отсюда! — кричит Саймон в наушник.
– Мы бы сделали это, если бы нас не обстреливали, — отвечает Патрик. Не знаю, ты заметил, но мы не бессмертны.
Нас начинают окружать.
—Базука! —приказывает Гауна.
—Готова, на счет четыре... три... два, —говорит Паркер.
Охрана Антони отступает с устройством, а Доминик выпускает гранату, которая сбивает с ног оставшихся позади людей.
—Я пойду за ней, — предупреждает Саймон, выбегая вперед.
Анджела и Мередит прикрывают его, пока южная охрана продолжает атаковать, отвечая на огонь FEMF. Пули продолжают отскакивать от импровизированного щита, поэтому я достаю взрывчатку, чтобы проложить Саймону путь. Я активирую ее, и она взрывается, сметая все на своем пути.
—Прикроем Саймона, — приказываю я.
Охрана лежит на земле, а Рейчел и Антони нигде не видно.
– Я не могу ее снова потерять, — говорю я себе. Я замечаю группу мужчин, бегущих в укрытие позади замка.
— Что случилось с вертолетом? — спрашиваю я в наушник. — Алекс!
— Его арестовывали! — лает он мне на ухо.
– Я не уйду с пустыми руками.
– Обстрел оглушает, и я только стреляю, продвигаясь вперед.
Саймон находится в нескольких метрах впереди с Лайлой, Анджелой и Александрой. Они бегут так быстро, что не замечают человека, выглядывающего из-за стен.
— Осторожно! — кричит Паркер.
Они не успевают услышать: Изабель Ринальди появляется на углу с автоматом в руках, готовая расстрелять их. Женщины бросаются на землю, и выстрелы попадают в грудь Саймона, сбивая его с ног за считанные секунды.
На мгновение я замираю, представляя, как Миллера тащат в безопасное место.
— Сука! — Патрик бежит к месту происшествия со слезами на глазах.
Изабель продолжает стрелять.
— Разнесите голову этой проклятой! — кричит Патрик, мчась вперед. — Она убила Саймона!
У него срывается голос, я не знаю, откуда беру силы, и в следующий момент я бегу, пока ноги не отказывают мне. Я вижу, как она смеется, стреляя как сумасшедшая, но контратака Лайлы заставляет ее бежать.
Я подбегаю к Саймону, его глаза закрыты, и я вижу лужу крови вокруг него. Я не знаю, за что его взять, а лицо Патрика мне не помогает.
Лайла подходит с Анджелой и Александрой, ни одна из них не может смотреть на мужчину, лежащего на земле.
— Я не могу...
— Скажите мне, что кто-нибудь убил ее! — Саймон открывает один глаз.
Я кладу руки ему на грудь, нелогично, что после такого удара он еще жив, но я все понимаю, когда раскаленные пули обжигают мне руку.
— Но что?! — восклицает он. — Не говорите мне, что я единственный, кто носит бронежилет. — Он приоткрывает пиджак. — Мне только руку прострелили.
Его ставят на ноги.
— Иди за Рэйчел. — Он опирается на плечо Анджелы. — Я умру, если не верну ее, а бронежилет не поможет Луизе.
— Идите к причалу, — говорю я им.
Я получаю информацию о ситуации через наушник, времени на раздумья нет, ведь Антони находится на другом конце замка. Я пробираюсь по стенам и останавливаюсь в одном из углов.
Более пятидесяти человек скопились в одном месте. Антони разговаривает по мобильному телефону на вершине небольшого холма, пока Рейчел толкают на свое место. У нее связаны руки, а платье запачкано кровью.