Чтение онлайн

Как только отцы покинули кабинет, Славка доложил, что в приемной ожидает архитектор.

– Что сказать ему, ваша светлость, «пущать» или «не пущать»?

– Давай, проводи ко мне, – я махнул рукой. Да, решение вопроса со строителями дальше оттягивать нельзя.

Каменотесы и каменщики уже две недели как закончили все работы, даже сложили за отдельную плату, обещанную Иваном, за тыльной стеной цитадели со стороны долины стены огромной казармы для переселенцев. Однако, насколько понял по докладу Антона, в их среде чувствовалось серьезное брожение. Не все там были тупорылыми, многие прекрасно понимали, что увидели и услышали слишком много. Чтобы не бездельничали, несколько дней назад подрядил их построить у пещер небольшое здание мастерских для развития в будущем какого-нибудь несложного и несекретного производства.

Работали они быстро, тем более что носить и подавать камень было кому, поэтому уже вчера пошабашили и стали задавать вопросы о возвращении домой.

– Разрешите войти, сеньор Микаэль? – В дверь бочком зашел мастер Лучано и низко поклонился. Симпатичный брюнет лет тридцати пяти, он, несмотря на свое мещанское происхождение, с дворянами-заказчиками всегда общался чуть ли не на равных, кланялся с чувством собственного достоинства, а сейчас выглядел нерешительно и растерянно.

– Слушаю вас, мастер, присаживайтесь, пожалуйста. – Встал из-за стола, чем проявил уважение, и указал на кресло напротив.

– У меня неприятности, сеньор, два моих рабочих в прошлое воскресенье утонули, а один вчера сорвался со скалы и расшибся насмерть. У нас раньше никогда такого не было, люди волнуются, а сто тридцать человек уже закончили работы и ждут расчета. Их можно отпускать домой. Что вы скажете, сеньор?

О том, что трое проблемных работяг, которые были возмутителями спокойствия в своих коллективах, неожиданно погибли, мне Антон доложил. К сожалению, все они являлись неплохими каменщиками, но такова их судьба, душевное состояние оставшихся двух с половиной сотен (с учетом вновь прибывших плотников, отделочников и краснодеревщиков) имела более весомое значение.

– Сожалею о случившемся, мастер. Что же касается оплаты выполненных работ, то произвести полный расчет готов сегодня же, даже оплатить авансом отделочные и столярные работы.

– Прекрасно! Благодарю вас, сеньор. – Лучано слегка расслабился. – А корабль в Малагу когда планируете отправить?

– Зачем?

– Ну как же, – он опять напрягся, – каменщиков уже можно отпустить домой…

– Каменщиков? – переспросил я и отрицательно покачал головой. – У меня для вас есть другая работа, вы отправитесь в Африку.

– Я так и знал, – тихо прошептал Лучано, опустил плечи и, позабыв о правилах этикета, откинулся на спинку кресла. Затем ухмыльнулся и с иронией спросил: – Вы как нас, продадите или для себя рабами оставите? И зачем о деньгах сказали?

– Я всегда держу слово, и деньги вы получите все, до последнего реала. Вы, мастер, управляете солидной компанией рабочих, а большинство из них – далеко не агнцы. Следовательно, человек вы деятельный, разумный и здравомыслящий, поэтому буду предельно откровенен. Отпустить вас в метрополию не могу, вы слишком многое увидели и услышали, не правда ли? – При этих моих словах Лучано задумчиво кивнул. – Пойдут ненужные слухи, кое-что станет достоянием общественности, а это в обязательном порядке приведет к непредсказуемым последствиям, дисбалансу различных политических сил и большой крови. Для меня и моих людей подобное положение дел ближайшие полтора-два десятилетия жизненно противопоказано и совершенно недопустимо.

– И что же ожидает меня и моих людей? – Его левая щека стала нервно подрагивать.

– Всех вас, сеньор Лучано Пирелли, ожидают интереснейшая работа, достойное положение в обществе и безбедная жизнь.

– Простите, но я не сеньор. – Он посмотрел на меня с недоумением и недоверием.

– Обычно моими вассалами становятся воины православного вероисповедания, но лично для вас сделаю исключение. Одарю участком по соседству со своим дворцом, выделю в пожизненное владение землю и помогу организовать очень прибыльное дело, которое позволит вам лет через двадцать войти в сотню богатейших людей Европы.

– Предложение немыслимо заманчивое. Вы, сеньор, где-то в Африке купили громадный участок земли? И кто архитектор вашего дворца?

– Вы будете архитектором моего дворца. И не только дворца, я вам поручаю строительство столицы будущего княжества. И она должна быть лучше Парижа, Вены, Венеции и Мадрида, вместе взятых. Это строительство должно стать целью вашей жизни, целью жизни ваших детей и внуков. А земля? Моя земля занимает площадь в половину Европы.

– Простите, а люди?

– Когда-то в XIII веке орда османов-огузов общей численностью в сорок пять тысяч человек, среди которых воинов было не больше восьми тысяч, а остальные – старики-пастухи, женщины и дети, спасаясь от монгольского нашествия, воспользовались благосклонностью румского султана и поселились на кусочке Анатолийской провинции на границе с Византией. Но уже через два поколения османы подмяли под себя все близлежащие государства, а через сто лет покорили половину известного мира и ассимилировали многие народы. И сейчас они безраздельно правят огромными территориями в Европе, Африке и на Ближнем Востоке.

Не стал ему говорить, что в известной мне истории династия османов правила на протяжении шести сотен лет, но теперь уже столько править не будет.

– Так вот, человеческие ресурсы моего княжества через пять лет окажутся не меньше, зато воинские превысят их более чем в сто раз, уж поверьте, сеньор Лучано.

– Да, я видел, как девять воинов разбили пиратскую эскадру и взяли пять кораблей в плен. При этом мальчишек, простите, ваших воинов погибло трое, а пиратов около двух сотен. – Он немного помолчал и продолжил: – Тогда это будет не княжество, это будет целая империя, но боюсь, что Европа развернуться не даст.

– А мы ее порвем, как обезьяна газету, пусть только попробует сунуться.

Наш диалог был долгим и конструктивным. Затем пригласил к себе шестерых бригадиров, которые в будущем должны были стать руководителями строительных компаний. Вот здесь разговор пошел сложный и тяжелый, однако ситуация для них сложилась такая, что бежать оказалось некуда. Со своей стороны пообещал сделать всех строителей богатыми и счастливыми (если хорошо будут работать), всем желающим привезти их семьи (если те захотят ехать), а холостяков обеспечить невестами – планировал доставить девушек из последнего набега. Кроме того, обещал преференции для их детей.

Обсуждение затянулось до вечера. Определили, что компании будут наполовину княжеские, то есть государственные, а наполовину приватизированные – говоря по-другому, принадлежащие присутствующим здесь, но под генеральным руководством сеньора!!! Лучано, которому стороны выделят по пять процентов акций с каждого предприятия. Решали вопрос распределения остальных долей как в этих компаниях, так и в дочерних, которые в будущем неизбежно отпочкуются. То есть расширение масштабов и объемов строительства сделал для присутствующих делом материально выгодным. Однако все, за исключением меня, или, вернее, государства, а также генерального управляющего Лучано, будут получать прибыли только с тех предприятий, которые создадут лично.

В конце концов львиную долю непонятностей с горем пополам утрясли, и наконец старшина строителей отправилась говорить с рабочими. Чтобы разговор вышел более предсказуем и менее горячим, в сопровождении комендантской роты вынесли положенное им серебро.

Людей оставили один на один со свершившимся фактом, при этом Васюня взял всю эту компанию под ненавязчивый, но плотный контроль. Истерика, ругань и крики, конечно, были, но дальше этого дело не пошло.

Итак, наступил момент реализации плана захвата Агадира. Разрабатывали план тщательно, многие данные неоднократно перепроверялись при повторных допросах пленных пиратов. Наконец общая картина будущей операции сложилась полностью, и было принято решение воплотить ее в жизнь.