Чтение онлайн

– Не ругайся Степаныч, - слабо улыбнулась Белла.
– Ну, извини что так получилось. Дела. И мы тоже безумно рады тебя видеть. А погнало нас в дорогу крайне важное дело.

– Понимаю, - сразу сник Степной, - понимаю, - как-то тяжело и обречённо проговорил он.
– Будете смотреть завод. Прикажите готовить к продаже.

Понимаю, - совсем поникнув, беззвучно что-то пробормотал он.
– Пришёл и мой черёд. Зерна своего нет, практически уж под чистую осенние остатки выгребли. Так и не собрались увеличить свою запашку до потребного клина, вот тебе и результат. А недостачу до нормы местные поставщики уже не покрывают. Не хотят. Старые договора кончились, а новых заключать не хотят. Им, мол, и самим теперь мало.

И раньше-то с ними были проблемы, а теперь то, - обречённо махнул он рукой.
– После того как мы же сами распродали местным все остальные свои заводы в округе - тем более о поставках зерна местными нет и речи.

– Александр Степаныч, - прервала поток его рассуждений Белла.

Взяв управляющего под локоток, она аккуратно отвела его в сторону.

– Всё не так как вы думаете, Александр Степаныч. Всё не так. Не беспокойтесь. Завод не закрывается и продаваться не будет. Речь пойдёт о развитии. О дальнейшем развитии. Мы потому и приехали, что хотели сами на месте убедиться что у вас тут есть куда развиваться и проблем с производством не будет.

От обузы в виде всякой мелочи мы решительно избавились и это хорошо. А вот с вашим любимым детищем будем работать. Плотно работать. Считайте, что продажа всей остальной мелочёвки это была оптимизация. А вот с вами, - заглянув ему в глаза, Белла со значением вдруг весело подмигнула растерявшемуся от такой близости управляющему, - лично с вами мы будем теперь плотно работать. Очень плотно и по большим выгодным заказам.

Если всё получится из того что мы задумали, проблем с сырьём у нас больше не будет. И не придется выкупать земельный клин у городских властей по безумным, завышенным ценам.

Пусть эти бараны сами такие деньги платят.

Ну, так как, Александр Степаныч, - вдруг затормошила она управляющего за рукав.
– Будете показывать, чего достигли за последний год, или мы так и будем дальше топтаться подле крыльца? Или, всё же для начала мы часок отдохнём после дороги, попьём чайку, поговорим, - улыбнулась она, - а потом вы уже нам всё и покажите? На башни свои новые сводите, стены покажите. Вы сразу будете хвалиться, или как?
– вдруг совсем задорно подмигнула она управляющему.

Сразу всполошившись, Степной тут же бросился помогать женщинам распаковывать их вещи, и радостно тараторя какую-то чушь о последних случившихся на заводе мелких событиях, пошёл провожать Машу с Беллой в гостевые комнаты.

Всё же после такой ранней и долгой дороги, первым делом следовало хоть немного передохнуть.

В доме управляющего за прошедшее время казалось ничего не поменялось. Так же стояли застеленные лоскутковыми цветастыми покрывалами широкие крепкие двуспальные кровати, так же, как и в прошлый раз комнаты были хорошо протоплены, и, так же как и раньше, за столом в гостиной их ожидал пышущий жаром самовар и обильное, несмотря на раннее утро угощение.

И глядя на богато накрытый праздничный стол становилось кристально ясно, что управляющий откровенно лукавил, говоря, что не ждал гостей так рано с утра.

Ждал, ещё как ждал. Ждал и, судя по обилию холодных закусок на столе, заранее готовился к встрече дорогих гостей.

– Извините за убогость сервировки и скудость угощения, , - как-то виновато смущённо и скупо улыбнулся Степной, - но ничего лучшего у меня нет, всё что осталось. Лучшее же погибло осенью, во время набега. Прошу к столу, сударыни. Угощайтесь. Хоть и рано ещё, а всё одно после дороги не мешает немного подкрепиться, - жестом гостеприимного хозяина указал он на стол.

Дождавшись, когда гостьи устроились на своих местах, степенно приступил к трапезе.

Следующий час за столом слышны были лишь звяканье вилок по тарелкам, да стук чашек с чаем по блюдцам.

Когда гостьи насытились, неспешно перевёл разговор на тему их нынешнего приезда. Выслушав пространно развёрнутое Беллой деловое предложение Куницы, Степной надолго задумался.

– Значит, Куница Боров поставит нам полтора миллиона пудов своего зерна для переработки на спирт. Из которых треть наша, - задумчиво констатировал он.
– Неплохо, очень даже неплохо. Это резко поправит наши невесёлые дела.

Значит, речь не пойдёт о закрытии завода, - немного оживился он.
– Уже хорошо. Уже одно это радует.

А почему он это делает?
– вдруг кольнул он обоих женщин внимательным, настороженным взглядом.
– Не задумывались? Мысли есть?

Не дождавшись ответа, сам ненадолго замолчал.

– Говорить не хотите, - констатировал он для себя своим тихим, каким-то усталым голосом.
– А значит, не всё так просто с этим заказом. Значит, будут проблемы.

– Куда ж без них, - отозвалась Маша.
– Такое количество зерна сразу не переработаешь, а хранить его у нас негде. Насколько я помню, и у тебя тут в твоих ларях нет таких ёмкостей.

– Это то как раз ерунда, - отмахнулся Степной.
– Только привозите, а где разместить - найдём. В конце концов, пока везти будете, пару амбаров под хранение поставим, благо площади на заводской территории позволяют.

Мы ведь, Марья Ивановна, за последний год весьма и весьма расширились, - вдруг улыбнулся он.
– Чуть ли не вдвое площадь завода увеличили за счёт строительства новых стен и каменных угловых башен. Теперь мы как бы город в городе, - ещё шире расплылся он в довольной улыбке.
– Почему я и расстроился, когда узнал что вы приняли решение о продаже завода. Столько денег вложено и тут нате вам, продаётся. Только-только начали серьёзно разворачиваться, а тут такое, прямо скажу, неприятное известие. Многие рабочие сразу после того ушли на другие заводы. Показалось, что на новом месте им будут больше платить. Ну, да это ненадолго, - тонко улыбнулся он.

Так что, то что вы отказались от своей мысли о продаже - верное решение. И то что мелочёвку всю продали - тоже верное решение, нечего разбрасываться. А почему - одно могу сказать точно. Слишком опасно в этих краях стало хранить зерно в слабо укреплённых городках. Здесь слишком близка граница. Многие ещё этого не понимают, привыкли за последние годы к спокойствию, а это - ненадолго. Ящер окреп и уже начал показывать зубы, наращивая давление на границе. И думается мне, - на какой-то момент Степной замолчал, а потом снова продолжил, как и не прерывался, - предложение Куницы напрямую связано с этим моментом. Это - первый звоночек.

Нам уже прошлая осень далась тяжело, - вдруг совсем тихо проговорил он, не глядя на собеседниц.
– И я не говорю про ящеров. Не только про них, - поправился он.

Не только к вам на озёра беда пришла.

Ну, так что вы там говорили по поводу дальнейшего развития, - встрепенувшись, поднял он на Беллу оказавшийся неожиданно внимательным, цепкий взгляд.
– Никак, не могу поверить. Неужто, сам Куница Боров снизошёл до нас? Такой жмот?

С совершенно непроницаемым видом, отрешённо, как бы стороны наблюдая за сидящими за столом женщинами, Степной ещё раз молча выслушал предложение Куницы и соображения Беллы по поводу своей будущей работы.