Чтение онлайн

Тьфу!

От одних воспоминаний о нем на душе становилось противно. Увы, даже всех моих связей не хватило, дабы поставить ныне одного из крупнейших владельцев группы компаний в нашем небольшом городке. А ведь говорила мне мама почти пятнадцать дет назад: «Не связывайся, доченька, с бывшим вором в законе!». Да разве ж послушало родительницу влюблённое сердце, подарившее мне розовые очки? Куда там!

И вот, год назад мир розовых грёз рухнул окончательно, явив лик настоящего Романа Лисовского, полигамного самца в рассвете лет. Будучи влюблённое дурочкой, самозабвенно верила во все его неотложные командировки и поездки, куда с женой был путь заказан. Да и мне, как сотруднику органов, невозможно было выехать из страны.

Верила…

Пока мне однажды на почту не упало письмо от анонимного доброжелателя, решившего открыть мне глаза на правду, трепетно скрываемую столько лет. В файле письма, подписанного с наилучшими пожеланиями, хранилась ни одна сотня фотографий. На каждой из них был мой благоверный, клянущийся, что я у него одна единственная, любимая и неповторимая. Вот только фотографии доказывали обратное — на каждой из них были абсолютно разные девушки, лишь изредка повторяясь. Я даже смогла вычислить его фавориток.

Мудак.

Все мужики мудаки, никто из них не может удержать своё либидо в руках. Что бывший муж, что самоуверенный Макар, кичившийся деньгами отца. Им только одно нужно — залезть под юбку, а дальше поминай как звали. И я только сейчас начинаю догадываться, почему Рома женился на мне. В крупном бизнесе не солидно иметь любовницу, другое дело жена, мол, примерный семьянин. С таким и дело иметь приятно.

Тьфу ещё раз!

Размышляя о мужчинах и присущих им достоинствах, вернее, их отсутствие, я не заметила, как дошла до небольшого сквера. До знакомого и такого родного подъезда меня отделяла темная аллея, с одним несчастным мигающим фонарем по центру. Сколько раз ругала себя, мысленно уговаривала обходить это место стороной. Не нравилось мне здесь, словно в воздухе витало непонятное чувство опасности. Тени, отбрасываемые кустами, едва обросшими молодой зеленью, заставили меня поежиться.

Так, стоп! Елизавета, ты взрослая женщина, в конце-концов ты следователь с большим стажем. И кроме того, зря что ли каждую среду и пятницу ходишь в секцию боевых искусств? Что тебе эти тени? Пшик под солнечными лучами.

Немного успокоившись, уверенно пошла вперёд, отбивая каблуками по асфальту. Где-то рядом, на проезжей части дороги, взвизгнули шины резко затормозившей машины. Покупают себе скоростные автомобили, а где ж в нашем городе на них ездить? По узким улочкам, сдобренные постоянными поворотами? И это не считая ям-долгожителей, ставших уже такими родными жителям нашего района.

Яркий свет фар осветил мой путь, беззастенчиво поглощая тени на своём пути, но я отвлеклась — в, казалось бы, небольшой сумочке зазвонил мобильный. С друзьями у меня тоже не очень-то задалось, а значит могли звонить только по работе. И точно! На дисплее высветилось «Иван Петрович», наш криминалист, закреплённый за последними убийствами. Хотя, если бы вы видели этого добродушного дядьку, ни за что бы в жизни не угадали его профессию!

— Да, Иван Петрович, что-то случилось?

— Елизавета, — встревоженный голос на том конце провода немного заикался, чёртова связь, — пффф… фыы… Алё, Елизавета, ты меня… пфф… слышишь?!

— Слышу, говорите! Что случилось?

Я зажала одно ухо рукой, прижимная ко второму телефон, чтобы хоть что-то разобрать в череде прерывающихся звуков. Куда же занесло нашего криминалиста, раз там такая отвратительная связь?

— Елизавета… труп… фыыф… девушка… фпппф… похожа…

Да что ж за ерунда-то такая! Я была готова ругаться отборнейшим матом. Но при добродушном мужчине не хотелось, он у нас нежная натура, хоть и криминалист.

— Иван Петрович, подождите, скажите где вы, я подъеду!

С такими телефонными переговорами ничего не понятно. Кроме одного. Ещё одна девушка была найдена мертвой и если там такой же почерк, то это уже седьмое убийство. Седьмое… Чертов серийный маньяк!

— Иван Петрович, вы меня слышите? — обеспокоено повторила в трубку.

Разобрать адрес из прерывающихся звуков было практически невозможно, но я продолжала усиленно прижимать мобильный к уху, пытаясь сообразить, куда могло занести коллегу.

— Я тебя слышу, малышка, — жарко прошептали сзади, приобнимая меня за талию.

Какого хрена?!

Вот только удивлялся мозг, а тело мгновенно вспомнило все, чему учили на боевых курсах. Особенно тщательно мы прорабатывали занятия по самообороне. Резко мотнула головой назад, каблуком туфли в этот момент наступая на ногу нападающему. Встретившись затылком с чьим-то носом, выпустила воздух сквозь стиснутые зубы — больно, блин. Судя по раздавшемуся за спиной шипению, больно было не мне одной.

— Ах ты, стерва!

Резко обернувшись, подняла руки в защитной стойке, внимательно всматриваясь в напавшего на меня мужчину. Тяжело дыша, отставила ногу чуть в сторону, немного согнув её в колене.

Твою мать!

— Макар?! Какого дьявола ты творишь, придурок?! — Заорала я, опуская руки вниз.

Идиот малолетний! Напугал меня до чертиков. Потирая ушибленный нос, он как-то гаденько ухмыльнулся. Света фонаря, попеременно мигающего за моей спиной, было недостаточно, чтобы определить состояние моего помощника.

— Сильно болит? — Сделала шаг вперёд. — Блин, прости, просто ты так напугал меня… давай посмотрю, что с носом, — я опустила глаза в телефон, пытаясь «вызвать» режим фонарика.

Нервно трясущиеся пальцы слушались с трудом, не говоря уже об экране блокировки, никак не желающим открывать «домашнюю» страницу.

— Болит, но тебе будет больнее, малышка, — усмехнувшись, произнёс он.

Увлечённая включением фонарика на телефоне, я не расслышала, что он сказал:

— Что?

— Ничего, Лизонька, уже ничего. Пацаны, хватайте её!

Последние слова он выкрикнул, взмахнув руками вверх. Развернувшись он направился в сторону машины, фары которой освещали дорогу. А я, не успевшая ничего сообразить, оказалась спеленатая по рукам и ногам двумя амбалами, шустро владеющими вязкой узлов из верёвок. Телефон с громким хлопком грохнулся на землю, мигнул несколько раз, прежде чем погаснуть окончательно.

— А ну, пустите! — Дернулась несколько раз, прежде чем вспомнила то, чему учили: — Помогите! Пожар! Гори…

В раскрытый рот быстро засунули какую-то ткань, крик так и застрял комом в горле. Что ж, мне оставалось лишь мычать, да пытаться брыкаться. Радостно взвизгнула, когда одного из амбалов удалось таки лягнуть в коленную чашечку.

— Дрянь!

Ругнулся он, прежде чем ударить меня кулаком в челюсть. Голова запрокинулась, а глаза медленно начали закрываться, унося меня в спасительную темноту забвения. Краем сознания слышала обрывки разговора: