Чтение онлайн

– Надеюсь, что этот сенатор законодательного собрания поручил им спроектировать для него личную камеру с окнами на юг.

– Сомневаюсь, что он знаком с этим проектом. Все эти маневры выше моего понимания. Я имею в виду политические маневры. Да еще Хайбек порядком замутил воду. Забросал суд различными запросами и петициями. Никак не могу понять, почему судьи мирятся с этим безобразием.

– Хайбек просто старается, чтобы общественность забыла про этот процесс за лавиной более свежих новостей, не правда ли? Пройдет какое-то время, и на сенатора перестанут злиться. Нам же надоедает читать об одном и том же. Всех, в том числе и судей, охватит безразличие. Так?

– Так. И журналистам надо бы хоть раз написать об этой закулисной игре. Отреагировать на затяжку процесса. Потребовать, чтобы суд принял незамедлительное решение.

– Слушаюсь, сэр.

– Наверное, тебе небезынтересны записки Хайбека, касающиеся этого процесса?

– Еще бы.

– Первая гласит: "Обеспечить слушание дела судьей Кэрроллом Свэнком".

– Понятно. Суть в том, что в далеком, туманном прошлом судья Свэнк что-то задолжал сенатору Шоебауму.

– Логично. Причем о должке этом практически никто не знает. Журналисты не смогли так глубоко копнуть.

– Или в сейфе сенатора Шоебаума хранятся материалы, компрометирующие вышеупомянутого судью Свэнка.

– Судьи, конечно, хотели бы казаться поборниками справедливости, но жить они должны, как прагматики.

– При случае я обязательно использую эту фразу.

– Вторая запись, также почерком Хайбека, еще более любопытна. Слушай: "Шоебаум признает, что общая сумма полученных им взяток составляет восемьсот тысяч долларов. Естественно, неуказанных в налоговой декларации. Ориентировочный гонорар по этому процессу - пятьсот тысяч долларов". Обе записи я обнаружил на первых страницах досье. Затем идут материалы самого дела, копии петиции, поданных Хайбеком, ответы суда.

– И он намеревался оттягивать слушания, пока дело не попадет к судье Свэнку?

– А уж там-то он без особых хлопот добился бы нужного приговора.

– Сенатор же в настоящее время отдыхает на Гавайях.

– Да. Бедняга думает, что он выйдет из этой передряги свободным и богатым.

– Наполовину он прав.

– Мне представляется, что Шоебаум не из тех, кто хотел бы проветрить мозги Хайбеку.

– Согласен с тобой.

– Другие клиенты, чьи интересы защищает в суде Хайбек, а их больше двадцати, для нас не представляют ни малейшего интереса. Дела эти ведет мелкая сошка, такие же чернорабочие, как и я. Воровство, непреднамеренные убийства, незаконное получение страховки, десять похищений детей родителями, когда после развода проигравшая сторона выкрадывает собственного ребенка.

– Так много?

– Это процветающий бизнес. Если я надумаю уйти из "Хайбек, Харрисон и Хаулер", то займусь именно этим. Чувствую, что смогу принести там больше пользы.

– Тебе виднее, я не специалист в подобных вопросах.

– Плюс весьма забавное дело молочника.

– Я когда-то знал одного хитроумного молочника.

– Этот не менее хитроумный. Вот что он учудил. Первым делом взял для своей жены норковое манто. Напрокат. В кредит.

– Любящий муж.

– Затем привел закутанную в норковое манто жену в автомобильный салон, торгующий "роллс-ройсами" и арендовал один из них на месяц. В кредит.

– И ценитель хороших машин.

– Усадил жену в манто в "роллс-ройс", поехал в Палм-Бич и снял маленький особняк.

– Красиво жить не запретишь. В том числе и молочникам.

– Имея в своем распоряжении жену в манто, "роллс-ройс" и особняк, он пошел в местный банк и получил ссуду в полмиллиона долларов. Наличными.

– Однако.

– И бросил свою работу.

– Действительно, чего работать, если на хлеб и так хватает. Да и на молочко остается.

– Он вернул автомобиль и манто, отказался от аренды особняка. И укатил в Небраску.

– На полмиллиона долларов в Небраске можно купить много коров.

– Даже банк особо не суетился, поскольку в первые три года молочник исправно выплачивал проценты из полученных пятисот тысяч долларов.

– Дальше можешь не говорить. Его обвинили в том, что он слишком хорошо усвоил американские традиции.

– Но деньги кончились, и банк решил посчитаться с ушедшим на покой молочником.

– А почему Хайбек взялся за это дело? Едва ли молочник мог заплатить ему.

– Хайбек взялся. И как только банк услышал об этом, его правление задрожало мелкой дрожью. Фирма "Хайбек, Харрисон и Хаулер" купила несколько акций банка и пригрозила последнему полным разоблачением. Обвинения в некомпетентном управлении и неразборчивости при выдаче кредитов вполне могли привести к аннулированию банковской лицензии. В конце концов, Флетч, банк выдал кредит в полмиллиона долларов молочнику!

– О-го-го. Значит, банк проглотил потерю пятисот тысяч долларов за вычетом уплаченных молочником процентов?

– Это еще не все. Два совладельца банка, они же члены правления, выкупили у фирмы "Хайбек, Харрисон и Хаулер" принадлежащие ей акции банка по цене, существенно превосходящей их рыночную стоимость.

– Да, в юриспруденции мне еще есть чему доучиться. Скажи, Олстон, это называется "решить вопрос во внесудебном порядке"?

– Это называется держать банк за яйца и подергивать за них.

– Я-то думал, это шантаж. Правда, я не слушал лекции на юридическом факультете.

– На юридическом факультете тебе подтвердили бы, что это шантаж.

– На сей момент мне известно, что "Хайбек, Харрисон и Хаулер", будучи юридической фирмой, ведет активную деятельность в таких сферах, как кражи со взломом, шантаж, манипулирование судьями... чем еще вы зарабатываете на жизнь?

– Лучше не спрашивай.

– Ты уверен, что остальные юридические фирмы хоть чем-то отличаются от "Хайбек, Харрисон и Хаулер"?

– Абсолютно не уверен.

– А что молочник?

– Переехал в Нью-Йорк, где стал...

– Молочником!

– Нет. Психоаналитиком. За три года в Небраске он получил диплом, дающий ему право вникать в проблемы других людей и брать за это деньги.

– Держу пари, он нашел работу по призванию.

– Согласен с тобой.

– Шагнул вверх по социальной лестнице, Олстон.

– Да, американская мечта, ставшая явью.

– И все благодаря удачному использованию кредита.

– А иначе зачем его брать.

– Наверное, и банку пришлось ужесточить кредитную политику. Так что эта история всем пошла на пользу.

– Последний из завершившихся процессов Хайбека начал слушаться около года тому назад, - сменил тему Олстон.

– Дело падшего доктора.

– Да, доктора, организовавшего из своих пациентов сеть распространителей наркотиков. Доктор и сам уже давно "сидел на игле".

– И Хайбек добился его освобождения, обвинив Бюро по борьбе с распространением наркотиков в использовании нечестных приемов для сбора доказательств.