Чтение онлайн

Внезапно в будку вваливается группа из трёх парней в базовой защитной форме — или БЗФ. Я приподнимаюсь и вижу Сидрика, весёлого, Рашида, который, кажется, гордится своей шуткой, и последнего, Алексиса, моего лучшего друга. Если первый довольно невысокий и худощавый, со светлыми, коротко стриженными волосами, то второй — громадина, под два метра ростом, и кажется тесным везде на этом корабле. Последний сложен похоже на меня, метр восемьдесят семь, достаточно широк в плечах, стройный.

— Что ты делаешь, Линкольн? — спрашивает меня Сидрик.

У нас фамилия становится важнее имени. Мы обращаемся друг к другу только по ней, и наш триграмм всегда гордо красуется на форме. Мой — «LCN». Вместе с нашим личным номером это два основных элемента нашей военной идентичности. Женщины часто говорят, что мы сначала обручены с Военно-морским флотом, а уж потом становимся их мужьями. Это так правдиво, и заходит гораздо дальше. Эти люди — сослуживцы, друзья, семья. Они занимают место, несравнимое ни с чем, по той простой причине, что никто больше не ведёт такую жизнь. И наши жизни переплетены, это явление, которое большинство людей плохо понимает. Эти ребята могли бы спасти мне жизнь в бою, а я — их, мы должны доверять друг другу безоговорочно.

— Он ждёт ответа от своей подружки! — смеётся Рашид.

— Это не моя подружка, — ворчу я.

— Мы не думали, что создание профиля так тебя зацепит! — хохочет Алексис.

— Эта цыпа — тролль, я уверен! — неожиданно заявляет Сидрик. — Или у неё страшная рожа!

— Каравиц… — рычу я. — Может, займёшься своими делами, чтобы посмотреть, что из этого выйдет?

Мой друг приподнимает брови и разглядывает меня с усмешкой.

— Смотри-ка, он зубы показывает!

— Он уязвлён! — утверждает мой лучший друг, весь сияя. — И потом, Сидрик, со спины она уже вполне симпатичная! Представь анфас, — говорит он, имитируя руками прогулку по своему телу.

— Это потому что ты мог полюбоваться её задницей, — смеётся Рашид.

Чёртовы грубияны. Мои друзья не злые, просто немного туповатые. После трёх месяцев без секса не стоит удивляться, что их мозги высохли и они ведут себя подобным образом. И это ещё что, вы бы видели профили, которые они приняли. Эти девушки и правда были троллями, фейковыми аккаунтами, созданными только для того, чтобы мужчины регистрировались и платили. Между «Капу» с грудью больше надувного шара и «Барби» — какая девушка может выбрать такой ник, серьёзно? — которая заявила, что не уверена, что Земля вращается вокруг Солнца, — начиналось неважно. С этого момента я удалил те несколько фото, которые они загрузили от моего имени. Всегда в профиль. И всегда левую сторону. Сохранить одновременно и следы прошлого, и возможное будущее. Не всегда простая двойственность, если задуматься…

— Серьёзно, чувак, тебе нужно разрядиться на стоянке! Ты слишком много думаешь своим членом! — парирует ему Алексис.

— Ладно, а зачем вы пришли? — спрашиваю я их.

— Вытащить тебя из мыслей? — предлагает Сидрик. — Мы же знаем, что уже два дня нет новостей, и это тебя бесит.

Я киваю, не в силах им возразить. К чему? Моя милая читательница не даёт о себе знать, и это меня удручает. Мне казалось, Альба освежающе необычна. Нет, она и остаётся такой. В ней есть что-то хрупкое и одновременно сила, которая делает её особенной. И её чувство юмора! Оно чертовски едкое! Порой кажется, что я общаюсь со своим лучшим другом, она так далека от тех женщин, которые готовы на всё, чтобы соблазнить меня, к которым я, увы, привык.

По правде говоря, я даже не думаю, что она пытается меня соблазнить. Это тоже ново и приятно. К тому же, она, похоже, не стремится во что бы то ни стало узнать, как я выгляжу, это меняет дело. Не то что эта «Лали», с которой я тоже общаюсь, урывками, и которая только и делает, что просит дать послушать мой голос, показаться, описать себя. Это бесконечно, а я ценю свою анонимность.

Жестоко? Да, наверное, особенно если учесть, что она даже прислала мне своё фото в бикини. Которое я не просил, уточню. И даже если она выглядит очень красивой женщиной, мой мозг далеко не так возбуждён. И потом, нет той самой искорки, которая заставляет меня трепетать, как с Альбой.

Альба… Одно лишь её имя звучит как самая милая вещь на свете. Тем не менее, с её стороны по-прежнему радиомолчание, и это начинает затягиваться. Я, однако, терпеливый мужчина, наверное, отчасти из-за профессиональной деформации, я научился не торопиться и быть благоразумным.

Я убеждён, что моя профессия стала той самой лишней информацией. Она вызывает две разные реакции у женщин. Первая — бегство. Как только они узнают, что я уезжаю в командировки, рискую жизнью, что одиночество и тревога станут частью их повседневности, они пускаются наутёк. Честно говоря, я могу это понять, это не обычные отношения, и компромиссы не всегда работают в обе стороны.

В противном случае они превращаются в настоящих тигриц. Форма, улыбка красавчика и телосложение или авторитетность работы делают своё дело. Поговорка «по девушке в каждом порту» их нисколько не останавливает, более того, некоторые были бы готовы стать следующей в списке, если потребуется. Между Томом Крузом в «Топ-Гане» и всеми слезливыми телефильмами или сериалами про военных, у некоторых женщин пробуждается жажда горячих приключений. Мне это, в общем-то, не в укор. У меня были интрижки на одну ночь или на несколько, но ничто никогда не увлекало меня дальше. На высоких волнах я уплываю с улыбкой и поцелуем, не ожидая ничего больше, кроме приятно проведённого времени. Надо сказать, что моё прошлое тоже способно охладить их желание стабильности и отношений со мной. Один неверный взгляд — и всё может резко оборваться. Стакан, предложенный за ужином, уже мало что уравновешивает в этом уравнении.

Отдаляясь от своих мрачнеющих мыслей, я возвращаюсь в настоящее и к сослуживцам, которые пустились в долгий разговор о следующей стоянке, запланированной через две недели. Жду не дождусь, эта передышка будет очень кстати.

— Серьёзно, парни, берём отель и обходим все бары! — восклицает Алексис.

— Я хочу настоящую кровать! — поддерживает Рашид, растянувшись на своей собственной подвесной койке.

— И потом, в Объединённых Арабских Эмиратах было хорошо, но для выпивки есть места и получше! — добавляет Сидрик. — Так что, я предлагаю Hilton, бары, и заканчиваем в ночном клубе?

— Тебе нужна свежая плоть, да? — поддразниваю я его.

— Мы не все получаем обнажённые фото с силиконовой грудью, дружище, — вздыхает он с напускной драматичностью.

— Я бы тебе их отдал, если бы не был таким джентльменом!

— Я вот сейчас думаю, что после того как создал тебе профиль в этом приложении, я себе такой же сделаю!

Мы все четверо громко смеёмся, и разговор возобновляется с новой силой. Алексис приподнимается, подходит к моей койке, отодвигает мои ноги и садится. Мы наблюдаем, как наши два друга планируют программу на предстоящую стоянку, когда он шепчет:

— Не расстраивайся. Бывает, Тео.

Опустив глаза, я признаю:

— Знаю. Но я думал, она сбежит…

— Потому что ты предпочитаешь, чтобы она была возбуждена только из-за твоей формы? И твоей красивой внешности?

Я закатываю глаза.

— Насчёт красивой внешности — это сильно сказано, она тоже могла бы сбежать, увидев её.

— Тео, ты достал, — отвечает он, качая головой.

Да, знаю. Моё недоверие к женщинам не со вчерашнего дня, и хоть он это знает, он всегда отвергает моё отношение. Для него это просто деталь. Крупная, на мой взгляд.