Чтение онлайн

— У нее собака? Какой породы?

— Хрен его знает. Я в этом не разбираюсь. Такая большая и черная. Но дай мне закончить. Она первым делом убеждается, что с псом ничего не случилось, а потом и не думает вызывать полицию. Возвращается к своему пикапу, надевает бронежилет, достает «МП-5» и идет разбираться сама.

Паркер рассмеялся. Вообразить себе любую другую стройную и привлекательную блондинку крадущейся по дому с оборудованным лазерным прицелом автоматом казалось ему чем-то абсолютно невероятным. Но почему-то именно Лукас он легко представил себе в такой ситуации.

— Все еще не понял, к чему ты клонишь, Кейдж.

— Ни к чему особенному. Я только хотел показать тебе, что Лукас не нуждается в няньках. Для людей, живущих вместе… Я, само собой, говорю о мужчине и женщине… Людям легче ужиться вместе именно так. Когда не надо нянчиться с партнером. Это закон, Паркер. Заруби его себе на носу.

Было очевидно, что агент намекал на его бывшую жену Джоан. Кейдж несколько раз видел Паркера и Джоан вместе. Ведь Паркер действительно на первых порах сблизился с Джоан во многом именно потому, что она нуждалась в опеке, а сам Паркер — тогда только-только осиротевший — испытывал огромную потребность о ком-то заботиться. А теперь он вдруг вспомнил, как несколько часов назад Лукас инструктировала опергруппу в Грейвсенде. И понял, что ее речь взволновала его не потому, что за ней стояли опыт и красноречие, — он был поражен именно независимостью, которая ощущалась в каждом ее слове и движении.

Какое-то время они продолжали ехать молча.

— Неужели «МП-5»? — переспросил потом Паркер, воображая вороненую тяжесть стали автомата фирмы «Кехлер и Кох».

— Точно так. Сама рассказывала потом, что ее больше всего волновало, как уложить преступника и не повредить при этом развешанные по стенам украшения. Она же сама вышивает и шьет. Делает такие коврики — ты не поверишь!

— Да, ты уже рассказывал об этом. А что взломщик? Она пристрелила его?

— Нет. Сумел сбежать.

Паркеру снова припомнилась ее вспышка злобы на него в Грейвсенде. И он спросил у Кейджа:

— Тогда с чего она так взъелась на меня? Что это было?

Немного подумав, Кейдж ответил:

— Есть вероятность, что она просто тебе завидует.

— Завидует? Мне? Что ты несешь?

Вместо прямого ответа Кейдж лишь сказал:

— Не мне давать тебе советы. Просто обмозгуй мои слова и в следующий раз, когда она накинется на тебя, не слишком обижайся на нее.

— Но в твоих речах нет никакой логики. С какой стати ей мне завидовать?

— Отнесись к этому как к одной из своих головоломок. Либо сам догадаешься, либо она даст тебе ответ. Это зависит только от нее. От меня ты подсказок больше не дождешься.

— Почему ты решил, что меня занимает загадка Маргарет Лукас?

Но Кейдж лишь резко вывернул руль, объезжая очередную широкую, как каньон, трещину в асфальте, и промолчал.

Эванс отключил телефон и налил себе еще чашку кофе из термоса. Туда входило, должно быть, литра два. На этот раз Паркер тоже не отказался от угощения и выпил несколько глотков крепкого напитка.

— Как семья? — спросил Паркер.

— Я теперь в долгу перед детьми, — ответил психолог с печальной улыбкой.

— Сколько у вас?

— Двое.

— У меня тоже, — сказал Паркер. — Взрослые?

— Тинейджеры. Очень дружные ребята. — Он не стал вдаваться в детали, а только спросил: — А ваши?

— Моим восемь и девять.

— О, тогда у вас есть еще несколько лет мира и покоя.

— По мне, так лучше всего внуки, — вмешался в разговор Кейдж. — Поверьте опытному деду. Ты весело проводишь с ними время, балуешь их как можешь, позволяешь изваляться в грязи и замызгаться с ног до головы мороженым, а потом выдаешь на руки родителям. А сам спокойно отправляешься попить пивка и посмотреть матч. Что может быть лучше?

Опять на время в машине воцарилось молчание. Потом Эванс обратился к Паркеру:

— Вы упоминали о происшествии с вашим сыном. Как это случилось?

— Вам доводилось слышать о Лодочнике? — спросил Паркер.

Кейдж бросил на него настороженный взгляд и снова сосредоточился на дороге.

— Кажется, что-то читал о нем в газетах. Но подробностей не помню, — ответил Эванс.

Паркера это слегка удивило. О преступнике сообщали в выпусках новостей несколько месяцев подряд. Вероятно, доктор не так давно перебрался в эти края.

— Это был серийный убийца, орудовавший в Северной Каролине и Мэриленде. На протяжении четырех лет. Обычно он похищал женщину, насиловал и убивал, а труп бросал в ялике или лодке. Пару раз на Потомаке. На Шенандоа. На озере Берк рядом с Фэрфаксом. У нас были улики против одного типа из Арлингтона, но их долго не хватало, чтобы возбудить против него уголовное дело. Наконец мне удалось полностью изобличить его, используя образец почерка. Спецназ его арестовал. Он был осужден, но по дороге в федеральную тюрьму сумел сбежать. Как назло в то время у меня были в разгаре юридические разборки с бывшей женой по поводу опеки над детьми. Суд постановил назначить временным опекуном меня. Тогда мы с детьми и нашей домработницей жили в Фоллз-Черче. И вот однажды около полуночи Робби начал страшно кричать. Я прибежал к нему в спальню и увидел, как Лодочник пытается проникнуть внутрь дома.

Эванс кивал, слушая рассказ Паркера и не сводя с него пристального взгляда.

Даже сейчас, годы спустя, сердце Паркера заходилось от этих воспоминаний: не столько о квадратном бледном лице со стеклянными глазами, которое он видел в окне спальни, сколько от безумного ужаса, охватившего тогда сына. От слез, струившихся по лицу, от его дрожавших ручонок. Он не стал рассказывать Эвансу и Кейджу о показавшихся часами пяти минутах парализующего душу страха, когда он с детьми прятался в комнате домработницы, заперев дверь и вслушиваясь в тяжелые шаги Лодочника, бродившего по дому. Наконец, так и не дождавшись приезда полиции Фэрфакса, Паркер сам вышел в коридор со служебным револьвером в руке.

Он чувствовал, как Эванс изучает его лицо все более внимательно, словно он был его пациентом. Заметив, что Паркеру это не нравится, доктор отвел взгляд и спросил:

— Вы сами убили его?

— Да.

Револьвер стреляет слишком громко! Спуская курок, Паркер не мог думать ни о чем другом. Он знал, что грохот напугает Робби и Стефи еще больше.

Слишком громко!

В этот момент Кейдж уже остановил машину у тротуара рядом с офисом ФБР. Эванс сунул термос в рюкзак и положил руку Паркеру на плечо.

— Знаете, что мы сегодня сделаем?

Тот рассеянно поднял на доктора удивленный взгляд.

— Мы поймаем этого сукина сына и оба вернемся домой к своим семьям. Нас там очень ждут.

«Аминь!» — мысленно подытожил Паркер Кинкейд.

Вся их группа вновь собралась в лаборатории по работе с документами.

Маргарет Лукас говорила по телефону. Паркер посмотрел на нее. Странный взгляд, которым она окинула его в ответ, заставил вспомнить их разговор с Кейджем в машине.