Чтение онлайн

– Это ты, Майк? – просипел в трубку Кастелло. Вопрос был бессмысленным, как смерть на дне бутылки, и тем самым выдавал некоторое беспокойство моего старого приятеля, обычно не мусорившего словами. Где-то в глубине своего сонного разума я начал догадываться о причине этого беспокойства.

– Что-то случилось? – спросил я, почувствовав, как задрожала моя рука, державшая трубку. Я слишком наследил у Хромого Джека. Как минимум двое могли сказать под присягой, что я был там. А если Майк Гомес появлялся в «Шарме», его можно было без зазрения совести пришить к делу о смерти Уоррена-младшего, пусть даже белыми нитками.

Хотя в глубине души я искренне надеялся, что китаянка уже встретилась с Чейсом, произойти могло что угодно. Её мог задержать патруль, она могла от страха потерять голову и забиться в какой-нибудь тёмный угол или вернуться к Хромому Джеку. И рассказать ему всё. А уж этот мерзавец найдёт применение полученным сведениям.

Что же до Бромберга… Никогда не знаешь, чего можно ожидать от того, кто мать родную продаст за пинту «Бурбона». Возможно, было бы разумным заставить этого пьянчугу замолчать на веки вечные так, чтобы полиция ничего не узнала. Но всё равно на свете тогда остался бы один человек, которому была бы известна правда. Я. Совесть всегда лучший обвинитель, и если бы волны лихолетья не вымыли её из душ большей части жителей страны, вряд ли Майк Гомес появился бы на свет.

– У меня внезапно возникло чувство, что ты хочешь со мной позавтракать, Гомес, – несколько совладав с собой, предложил Фрэнки. Впрочем, мы оба понимали, зачем он приглашает меня в «Дьютимен», невзрачное кафе на углу 42-й и Сэйлор-авеню, где торопливо проглатывали сомнительного качества обеды служащие бизнес-центров и небольших магазинчиков, что находились в этом сравнительно тихом квартале. Мы частенько встречались там с Кастелло для того, чтобы обменяться информацией по какому-либо делу. И вполне очевидно, что за неимением в настоящий момент расследований, которые бы я вел, разговор будет о ночном полете сына помощника мэра.

Я потратил около десяти минут на то, чтобы привести себя в весьма относительный порядок, подошел к кровати, на которой современной Клеопатрой возлежала Элли и, наклонившись, поцеловал пышущие нестерпимым жаром губы женщины.

– Ублюдок! – выдохнула Элли, когда я всё же смог от неё оторваться. – Вечно сбегаешь, когда я хочу побыть с тобой.

Ответив на эту её реплику улыбкой, я вышел на улицу, где всё увереннее ступал новый день, и, поймав такси, направился на встречу с Фрэнки. С неба посыпались крупные хлопья снега, будто бы кто-то взбивал облака, как перину, и выбрасывал вниз лишние перья. Может, действительно, Бог решил посвятить этот день уборке, и в таком случае я бы предложил ему помимо дрянных перьев избавиться ещё и от дрянных своих отпрысков, наводняющих улицы после захода солнца. Однако у меня уже давно были сомнения относительно того, что я сам имею право остаться в перине после её взбивания. Даже необходимое зло – это всё равно зло, и лучше мир оно не делает, пусть даже и пытается.

Звон колокольчика над дверью, возвещавшего хозяев о новых посетителях, вырвал меня из цепких лап размышлений, стремивших меня к отчаянью с каждым разом всё сильнее. Я был на месте. И мое присутствие было немедленно замечено сидевшим за своим привычным столиком Фрэнком Кастелло. Он лениво жевал подгоревшую яичницу с толстым куском бекона, и при виде меня заметно оживился. Хотя, готов поспорить, едва ли я выглядел аппетитнее той самой яичницы.

– Садись, – сказал он вместо приветствия. – Пожуй чего-нибудь. Наверняка уже забыл, что такое завтрак?

– Клиентов поубавилось, – с театральным вздохом ответил я, попросив жестом продублировать заказ Фрэнки пышногрудую официантку, шикарную попку которой почти не прикрывала коротенькая юбка, являвшая собой основную часть дресс-кода работавших в заведении девушек. Если бы я был фрейдистом, я бы непременно усмотрел в этом попытку хоть как-то расширить клиентуру. Впрочем, сторонники иных теорий не меньше любили разглядывать женские прелести, и потому в обеденное время в «Дьютимене» было не протолкнуться.

– Кого-то запугивают, кто-то больше доверяет официальному, так сказать, правосудию.

Официантка поставила передо мной тарелку с почти несъедобным кушаньем и чашку ароматного кофе. Пока она совершала этот исполненный грации ритуал, я едва заметно провёл своей рукой по ее бедру от колена и выше. Её тело ответило восхитительной дрожью, и я понял, что снова одержал победу в битве страстей, не имевшей никаких правил. «Я освобожусь в пять, – шепнула официантка, снова наклонившись ко мне, – и мне так хочется, чтобы кто-нибудь проводил меня до дома». Я кивнул, едва скрывая свое возбуждение, и сосредоточился на яичнице и Фрэнки, не без интереса наблюдавшего за разыгравшейся перед ним сценой.

– Не теряешь хватки, – усмехнулся Кастелло. – А как же Элли?

– Элли мне не жена, – отозвался я, достав сигареты – может после них эта дрянь покажется чуть съедобнее. – Я просто дал ей кров.

– Оправдания, друг, одни оправдания, – покачал головой Кастелло. – Оправдания человека, слабого до женского пола. И как небеса мирятся с твоим существованием?

– Может, мирятся они потому, что я делаю за них грязную работу? – ухмыльнулся я. – Ты хотел поговорить?

– Да, хотел, – кивнул Фрэнки. – Сегодня ночью некто Зак Уоррен выбросился из окна «как-бы-гостиницы» с чарующим названием «Шарм».

– Знакомая фамилия, – невозмутимо произнес я. – Припоминаю такого парнишку, кажется, у него были проблемы с наркотиками. Если так, то чего удивляться, что он перепутал себя с птицей?

– У некоторых лиц возникли подозрения, что парню помогли отправиться в полёт. И небезосновательно, стоит заметить. Нашлась пара глаз, которая, кажется, видела кого-то, похожего на тебя, в «Шарме». Что ты на это скажешь?

– Скажу, что закону не к лицу опираться на «кажется» и «похоже», – парировал я, утопив окурок в чашке кофе. Без всякого сомнения, свинство. Но не меньшим свинством было называть то, что находилось в моей тарелке, едой. – Или, пока я спал, наступило светлое будущее?

– Шутки шутишь, – отмахнулся Фрэнки. – Твоя милая китаянка пришла ночью в участок и всё рассказала. Хорошо, что её сразу передали мне, будет проще сохранить твои подвиги в тайне.

– Вот чертовка, – вздохнул я. – Я ведь её спас. Я ведь надеялся, что она достаточно умная для того, чтобы воспользоваться услугами Чейса. До чего же люди бывают неблагодарными.

– В следующий раз, Майк, будь осмотрительнее, – Кастелло погрозил мне пальцем. – Чтобы мне не пришлось поить малолеток снотворным и вывозить контрабандой в Китай.

– Спасибо, – кивнул я Фрэнки. – Я в очередной раз твой должник.

– Не стоит, – Кастелло вытер рот салфеткой и встал из-за стола. – Я просто защищаю Город от мрази, даже когда он сам того не хочет. До скорого, Майк! – он протянул мне руку, и я не без удовольствия пожал её.

– До скорого, – пробормотал я, решив пока не покидать кафе, а еще несколько минут поглазеть на соблазнительные полушария ягодиц официантки, обслуживавшей наш столик.

– Да, кстати, – Фрэнки обернулся уже у двери. – Здорово сработано.