Чтение онлайн

Алиса немного рассказала об их семье, Тимур — о своей дочери, уже не упоминая её ревности, затем стали обсуждать особенности проживания в районе — так постепенно и пролетело время. Диана даже не заметила, как допила свой кофе и съела пирожное, и когда Алиса, посмотрев на часы, сообщила, что через пять минут Эдуард будет ждать её возле кафе, немного огорчилась.

— Ты написала ему, куда мы пошли? — уточнила Диана, и сестра кивнула, покачивая коляску с Мишей.

— Да, конечно. Если бы не написала, он бы очень сердился, — улыбнулась Алиса и пояснила Тимуру: — Муж у меня привык всё держать под контролем. Большой босс.

— Это правильно, — кивнул Тимур. — Я, хоть и не босс, тоже всегда держу в поле зрения дочь. Времена такие.

— Тебя проводить? — спросила Диана, отодвигая чашку, но Алиса покачала головой.

— Не надо. Вы можете посидеть ещё, это мне пора домой. Сейчас Мишку опять кормить, потом Эд с ним будет возиться, а потом и укладывать на ночь. Пока, Ди, — Алиса подалась вперёд и чмокнула её в щёку. — Была рада повидаться. А с вами была рада познакомиться, Тимур.

— Взаимно, — ответил мужчина, и Диана ждала, что он сейчас скажет: «Мне тоже пора домой», тем более, что где-то под столом до сих пор лежал пакет с купленным смесителем — историю о сорванном кране Тимур им с Алисой ранее тоже рассказал, — но ничего подобного не последовало.

Более того…

— Может, хотите чего-нибудь ещё? — поинтересовался Тимур, глядя на Диану с мягкой улыбкой. — Не стесняйтесь. Тем пирожным, которое вы заказали к своему кофе, даже птичка не наелась бы.

Диана рассмеялась.

— Ну что вы, оно было очень сытное.

«Но главное — недорогое», — подумала девушка. Она, может, и заказала бы дорогое, но Тимур сразу обозначил, что не позволит им с Алисой платить самим, потому что старый солдат и не знает слова «эмансипация», чем вызвал у Алисы почти гомерический хохот.

В общем, заказывать что-то более существенное Диана постеснялась, ограничилась самым дешёвым маленьким капучино и крошечным пирожным «муравейник». К нему предложили шарик мороженого, но Диана отказалась, сославшись, что не ест мороженое зимой и в межсезонье, только летом, что было чистейшей правдой.

— У вас очень хорошая сестра, — сказал Тимур, взмахом руки подзывая официантку. — Здоровые отношения в семье — это половина жизненного успеха. Как учитель говорю. Девушка, можно нам повторить кофе? И давайте ещё…

Диана почти не слушала, что говорил Тимур официантке — она принялась переживать из-за его слов про здоровые отношения в семье. Ох, знал бы он, что она когда-то сделала — и разговаривать бы не стал! Да и про эскорт тоже…

Семья у Дианы и вправду была замечательная — и родители, и старшая сестра, и младшая, все как на подбор — прекрасные люди, одна Диана как пятно на солнце. Они любили её несмотря ни на что, но как же она порой жалела, что когда-то пошла не по той дорожке. Просто до невыносимости жалела.

— Вы же не против, Диана? — спросил о чём-то Тимур, и девушка кивнула, хотя понятия не имела, про что он уточняет. Какая разница?

Она знала этого человека второй день, но почему-то была готова идти за ним хоть на край света, и с каждой минутой это ощущение становилось лишь сильнее.

Тимур

Встречу с Дианой хотелось продлить на подольше, и не только потому что Тимур давно не позволял себе ничего подобного. Он и сейчас рисковал — если Мира узнает о его своеобразном свидании, реакция будет примерно как у принцессы из фильма про Снежную королеву.

«Сейчас, государь, вы у меня света невзвидите! Сейчас я начну капризничать!» — заявила отцу родная дочь и начала истошно визжать. О да, нечто подобное обязательно ждёт Тимура, но он всё-таки пока надеялся, что Мирослава ни о чём не узнает. Ведь не будет никакого продолжения. Он немного ещё посидит в этом кафе с Дианой, проводит её до дома, а потом пойдёт чинить свой смеситель, будь он неладен. Ничего удивительного, что тот сорвало — пять лет назад, когда Тимур делал ремонт после смерти жены, чтобы отвлечься, у него не было денег на что-то нормальное. Впрочем, когда у него вообще были деньги? Они с Мирой жили от зарплаты до зарплаты, как большинство людей в нашей стране, а всё накопленное за год он тратил на нормальный летний отдых. Что-то сверх этого было уже невозможно. И наличие бабушек и дедушек с обоих сторон не спасало положение — потому что и его родители, и родители жены не были обеспеченными людьми, и у него, как и у Лизы, были ещё братья и сёстры, которым тоже порой требовалась помощь. Да Тимур на неё особенно и не рассчитывал — он вообще считал, что для взрослого мужчины брать деньги у родителей унизительно и бесчестно. Надо жить своими силами и по средствам.

Диана была ему очень приятна, если не сказать больше, хотя он не слишком понимал, почему она настолько смущается. Не маленькая девочка. Честно говоря, Тимур впервые видел, чтобы девушка лет двадцати пяти — а именно столько ей было по его ощущениям, — вела себя настолько скованно. Ладно бы ещё он был известным человеком вроде того турка, чей улыбающийся портрет в полный рост недавно поставили в «Пятёрочке» — как будто точно знали, где должны чаще бывать его поклонницы, — но Тимур же обычный школьный учитель.

Это было странно, и подобное поведение хотелось разгадать. А ещё он был бы совсем не против расшевелить Диану, чтобы она перестала зажиматься, будто пытается что-то скрыть.

— Что-то мне мало одного салата, — признался Тимур с улыбкой, когда официантка отошла. — Я ведь не обедал. Заказал поэтому ещё себе карбонару. А вам — шоколадный фондан, как вы, наверное, слышали. Он в этом кафе совершенно потрясающий, моя дочь его обожает. Пыталась дома сделать нечто подобное, но только плиту чуть не сожгла.

Диана рассмеялась. Смех у неё был чудесный, чистый, хрустальный — он мгновенно повышал настроение, и хотелось, чтобы она смеялась чаще.

— Понимаю. У меня тоже не получилось бы приготовить нечто подобное. А вот Алиса и мама наверняка справятся.

Так, кажется, вот оно — та ниточка, за которую можно дёрнуть, чтобы распутать клубок тайны смущённого поведения Дианы. Видимо, она считает себя никчемушницей. Алиса её старше лет на десять, наверное, всю жизнь заботилась о младшей, Диане толком не приходилось что-то делать по дому, а потом настала взрослая жизнь.

Однако это не объясняет подобного отношения к собственной персоне. Тимур, конечно, не психолог, но он рос с двумя сёстрами, а сейчас у него дочь — и точно знал, что неумение вести хозяйство не причина для комплексов, если их не подпитывать чем-то ещё.

— Ну, если бы счастье зависело от умения готовить, то я бы назвал это досадным упущением. А так — ничего страшного. Я тоже гораздо лучше жарю яичницу или пельмени.

— Пельмени? — удивилась Диана. — А их вроде варят?

— Варят, но и жарить можно. Причём это особое искусство, — произнёс Тимур с невозмутимым выражением лица. — Пожарить так, чтобы сырое мясо внутри приготовилось, но и тесто сверху не пережарилось. Искусство, доступное только голодным суровым мужчинам.