Чтение онлайн

Но сейчас речь шла всё-таки не о детских подначках, а о девушке, которая ему нравилась. И которой неожиданно нравился он. И бороться с искушением было сложно, но Тимур старался — потому что считал, что не имеет права обнадёживать Диану.

Однако когда она спросила, не проводит ли он её не только до подъезда, но и до квартиры, Тимур не отказался, почувствовав чувственное волнение пополам с предвкушением. Какой-то кошмар! Ему ведь уже далеко не двадцать лет, чтобы мозги туманило гормонами. А их явно туманило, и когда Диана в лифте медленно подняла руку и осторожно, почти невесомо провела ладонью по его щеке, глядя на Тимура с беззащитностью котёнка, который готовится, что его пнут сапогом, он почувствовал, что окончательно пропал.

Потерпел поражение. Не справился. Оплошал. Сдался…

Диана

У Тимура были очень нежные губы, и целовался он совсем не так, как другие мужчины. Когда в голове у Дианы мелькнула эта мысль, ей сразу стало стыдно, и она постаралась поскорее отодвинуть её в сторону. Нет-нет, никаких сравнений!

И всё же…

В тех поцелуях, что Диана получала раньше, было мало именно нежности. Страсть, желание, требовательность, властность — что угодно, но совсем не та трепетность, что исходила сейчас от Тимура. Он не торопился, не давил на неё, бережно приобняв за плечи, и не спешил углублять поцелуй, лаская только губы. Будто Диана была девственницей, которую он боялся испугать.

И это оказалось настолько приятно, что она едва не расплакалась от счастья. Как же хорошо, как славно, когда к тебе не относятся, как к товару, который можно просто взять, если хочется!

Музыка, игравшая в лифте, неожиданно замолчала, затем искусственный женский голос объявил десятый этаж, двери раздвинулись — и только тогда Тимур оторвался от Дианы. Положил руку на её талию и вместе с ней вышел из лифта, глядя в глаза и улыбаясь — так, как ей раньше ещё не улыбались.

Это была улыбка человека, которому Диана искренне нравилась. И который не собирался форсировать события.

— Знаешь, мне впервые за пять лет хочется выкинуть собственные правила ко всем чертям, — негромко признался Тимур, второй ладонью коснувшись щеки Дианы, из-за чего она взволнованно и прерывисто вздохнула. Такое мимолётное, почти невесомое прикосновение — а в её жилах будто огонь вместо крови потёк. — Это удивительно, ведь я знаю тебя второй день.

— Думаешь, этого мало? — так же тихо спросила Диана, забыв о том, что ещё пару минут назад они с Тимуром были на «вы».

— Для меня — да, — кивнул он, глядя на неё с теплом. — Все люди разные, и я никогда не был склонен к импульсивным поступкам. И к внезапным влюблённостям — тоже.

Диана, вспыхнув одновременно от радости и смущения, изо всех сил обняла Тимура обеими руками, пряча загоревшиеся щёки у него на груди, и он засмеялся.

— Какой же ты котёнок, — сказал Тимур то ли с удивлением, то ли с благодарностью. И его дальнейшие слова это подтвердили: — И за что мне такое чудо?

Он считает её чудом. Её!

Диане вновь стало стыдно, и она обняла Тимура ещё крепче, пообещав самой себе, что никогда в жизни не совершит ни одного поступка, способного разочаровать этого мужчину. Никогда-никогда, ни за что!

На самом деле это Тимур был для неё чудом, а вовсе не наоборот…

— Ты… зайдёшь? — почти прошептала она, боясь посмотреть на него. Но посмотреть пришлось — потому что Тимур осторожно обхватил пальцами её подбородок и приподнял голову, чтобы видеть лицо Дианы, когда будет отвечать.

— Я не могу. Мира уже едет домой, она будет меньше, чем через час. К её приезду мне всё-таки нужно починить смеситель, да и на ужин что-нибудь приготовить.

— Я понимаю… — тихо сказала Диана, приподнимаясь на цыпочках, чтобы коснуться своими губами губ Тимура. — Я буду ждать, когда у тебя появится время.

— Спасибо, — ответил он с такой благодарностью, будто она была королевой, а он — её подданным, и сам подался вперёд, чтобы поцеловать крепче.

Они целовались, стоя на лестничной площадке, ещё несколько минут, а затем Тимур всё-таки ушёл, оставив Диану с полнейшим ощущением того, что она впервые в жизни прикоснулась к тому, что другие люди называют любовью.

Тимур

Он редко менял свои решения, и если уж когда-то решил придерживаться политики отца-одиночки без отношений с посторонними женщинами, наверное, следовало оставаться в рамках своего образа жизни. Но что-то мешало быть разумным. Наверное, те самые пресловутые чувства, которые порой вспыхивали в людях, как радуга в небе после дождя, ни у кого не спрашивая на это разрешения.

И он подумал: ладно, попробуем рискнуть. В конце концов, в начале можно постараться сделать так, чтобы Мира ни о чём не знала. У неё школа (правда, у него тоже, а у Дианы работа), потом разные дополнительные занятия, друзья и собственные дела. За Тимуром она всё-таки не следит. А Диана живёт рядом, что весомый плюс. Если бы речь шла о другом конце Москвы, об отношениях можно было бы забыть заранее.

Немного смущал возраст девушки, но Тимур, подумав, решил, что это глупые переживания. Диане не пятнадцать, а двадцать пять, а ему не шестьдесят, а тридцать девять. Разница приличная, но в отцы он ей всё-таки не годится, хотя седина возраста, конечно, добавляет.

Тимур начал седеть, когда заболела Лиза. Она ушла столь стремительно, что ещё пару лет после её смерти ему казалось, будто это всего лишь дурной сон, который скоро закончится. Потом, когда Тимур всё-таки осознал, что не сон, он подумал, что никакую другую женщину не будет любить. Нет, вовсе не потому, что был сентиментален — просто знал собственный характер. Он и Лизу-то не сразу полюбил, а спустя несколько лет после знакомства. Не умел Тимур вспыхивать, как другие люди, не начинал сразу пылать и гореть. Точнее, раньше думал, что не умеет, но с Дианой всё вышло иначе.

Ему хотелось узнать её лучше. Нравилось смотреть на неё, трогать её, целовать — причём настолько, что в голове туманилось. И если бы не возвращение Миры, Тимур остался бы сегодня у Дианы. И конечно, не только для того, чтобы разговаривать. Он хотел её, причём с такой силой, что сам на себя удивлялся.

И откуда всё это взялось? Может, и правда где-то в невидимом глазу людей эфире существуют Купидоны и раздают свои стрелы любви направо и налево? По крайней мере сейчас Тимур ощущал себя именно таким вот подстреленным. Но переживать по этому поводу он не станет — не подросток, справится. Сейчас главное — не попасться раньше времени Мире, а там посмотрим.

Может, пройдёт несколько месяцев, и он надоест Диане? Девушка молодая, найдёт другого кавалера. Тогда необходимость рассказывать что-либо Мирославе исчезнет сама по себе.

Странно и непонятно, но почему-то Тимур в подобное совсем не верил. Хотя никакого рационального объяснения у него не было.

Просто так чувствовалось.

Диана

Конечно, она не ожидала, что Тимур сможет вырваться к ней уже завтра, но всё-таки предполагала, что на неделе время найдётся. Однако ни в воскресенье, ни после, в рабочие дни, он не писал, а сама Диана стеснялась — не хотела навязываться. Она опасалась, что он мог передумать. Пообщался с дочерью, решил, что не нужны ему никакие проблемы, и думать забыл про Диану.