Чтение онлайн

Ответ был согласован со мной: я сам просил, чтобы мое участие не выпячивалось. Пусть все считают, что я всего лишь на подхвате — мне не хотелось чересчур светить собственные навыки.

— Но шкура огромнейшая, — продолжал восторгаться стражник.

— Добрый день, Юрий Владимирович, — подошел я к саням.

— Петя? — удивился он. — То есть ты был в артели, которая ходила на сугробня? Ты сдурел? Это ж вообще головы не иметь надо.

— Вот я ее чуть и не потерял, — согласился я. — Вы ко мне или проездом?

— К тебе, — он вздохнул. — У нас… Впрочем… — он покосился на греющего уши стражника и продолжил: — Это разговор не для улицы. Где мы можем переговорить?

— У меня дома.

— И про это тоже поговорим, Петя, — он указал на шкуру сугробня. — Это, знаешь ли, чертовски опасно.

— Я догадываюсь, — хмыкнул я и запрыгнул на облучок саней рядом с извозчиком — в самих санях места не было, а идти рядом с едущими санями — себя не уважать. Хотя извозчик меня уважал, да еще как — косился прямо-таки со священным ужасом. Видно, не доводилось ему раньше видеть артельщиков, только что вернувшихся из зоны, вот так близко. А здесь весь такой из себя не только в снегу, но и в крови твари — измазался, когда шкуру обрабатывал, и даже не заметил. Думаю, не молчи сзади мой отчим столь мрачно, извозчик непременно бы расспросил, что да как, а так пришлось любопытство умерить.

Довезя нас до моего дома, извозчик сообщил, что будет ожидать в трактире.

— Ты смотри не напейся там, — напутствовал его отчим. — Нам через час обратно ехать.

— Да что вы, господин хороший, — вытаращился на него мужик. — Рази ж можно в Дугарске-то? Здеся же твари шастают как у себя дома. Я поем, отдохну и согреюсь.

— Чаем согревайся. Смотри у меня.

Отчим развернулся к нему спиной, показывая, что сказал все, и обратился уже ко мне.

— Неплохой домик снимаешь.

— Купил, — поправил его я.

— Нерационально покупать недвижимость там, где она скоро не будет стоить ничего.

— Пойдемте в дом, поговорим там. Но сначала…

Я понял, что обязан похвастаться, чтобы отчим перестал воспринимать меня неразумным ребенком и поверил в то, что я ему вскорости начну втирать. Я открыл ворота в каретный сарай, в котором стоял автомобиль, сияя артефактной покраской.

— Хорош, — сдержанно оценил отчим. — Шел вместе с домом?

— Обижаете, Юрий Владимирович. Вместе с домом шел сарай, а автомобиль я сделал вот этими самыми руками. Если вы не забыли, в Лабиринте мной было получено сродство к механике. Оно очень и очень помогает.

Впервые за сегодня его сдержанность дала трещину.

— Быть того не может, Петя. Ты меня не разыгрываешь?

— Зачем мне вас разыгрывать? Если пройдете дальше, увидите снегоход, который я собираю сейчас.

Отчим оценил и снегоход, и кузню с артефактным наполнением, а уж автомобиль осмотрел и облазил с таким интересом, как будто был не солидным промышленником, а юнцом по возрасту ко мне близким. И его сопровождающие тоже сунули нос в каждую дыру. То ли из любопытства, то ли чтобы убедиться: нанимателю ничего не грозит.

— Что, правда сам? Никто не помогал? — все же уточнил отчим.

— Помогал Григорий, но скорее как подсобный рабочий для экономии времени. При необходимости я мог бы сделать все сам, но дольше. Еще он меня учил в кузне работать.

— А кузня тебе зачем?

— Сродство выбил к Кузнечному делу. Вот и могу теперь полностью закрывать все нужды. Мотор в автомобиле артефактный. — Я открыл капот и показал содержимое. — Сначала я ставил на элементалях, но удалось только водных найти, а они в холоде лениться начинают. Теперь автомобиль заведется при любой погоде. Но вам это, наверное, неинтересно, Юрий Владимирович? Вы вряд ли сюда приехали, чтобы убедиться в моих успехах.

— Да уж, пришлось. Вопрос стоял: еду либо я, либо твоя матушка. А ей здесь точно не место. Еле уговорил ее остаться.

Он оглянулся на троицу сопровождающих и нахмурился. Видно, разговор был совсем не для посторонних ушей, настолько не для посторонних, что мог вестись только в присутствии членов нашей семьи.

— Пройдемте в дом, Юрий Владимирович, — предложил я. — Ваши сопровождающие тоже смогут согреться и поесть перед обратной дорогой.

В доме нас встретил Митя, которого я отправил за Прохоровым. А уж Прохорова нагрузил на полную катушку уходом за гостями. Еще и нам с отчимом попросил принести чай с чем-нибудь в библиотеку — кабинета у меня не было, а библиотека выглядела вполне прилично: в притащенных Валероном контейнерах оказались и книжные шкафы, и письменный стол. За последним я и устроился в кресле, предоставив Юрию Владимировичу выбирать один из двух библиотечных стульев, выглядевших братьями-близнецами.

— Мебель продавалась вместе с домом? Странный набор.

— Нет, мебель была принесена из зоны, как и двери. Я купил пустую коробку. Отсюда даже отопительный артефакт выдрали. Пришлось ставить новый.

— Его тоже сам сделал?

— Нет, у меня мощности заклинания не хватило бы, — ответил я. — Ставил другой артефактор. У меня Жар всего лишь восьмого уровня, для установки нормальной системы отопления нужен хотя бы пятидесятый. Но давайте перейдем к тому, ради чего вы приехали. Вы все же решили рассказать маменьке, Юрий Владимирович?

— Если бы, — он едва заметно поморщился. — Ей рассказал Максим Константинович. Не поленился, приехал к нам в дом и устроил безобразный скандал, требуя с тобой встречи. Теперь то, что ты жив, известно всем заинтересованным лицам.

— Осколок хотел выкупить? — сообразил я. — Поди, приезжал после того, как выяснилось, что и его соперника обворовали?

— Именно так. Довел твою маменьку до нервического припадка своим требованием немедленно тебя увидеть. Она-то считала, что ты умер. — Он вздохнул. — Петя, ты не представляешь, что мне пришлось выдержать, когда она поняла, что это не так. Пришлось долго ей втолковывать, почему ты решил затаиться. И лишь когда я сказал об опасности для Ниночки, наконец поняла. Но затребовала для тебя телохранителя и уговаривать собралась ехать лично.

Я аж вздрогнул, когда представил маменьку в Дугарске. Феерическая должна получиться картина, от которой разбегутся те твари, что останутся в сознании после воздействия таинственной сортирной субстанции.

— Юрий Владимирович, телохранитель мне не нужен.

Ответить он не успел, потому что в дверь постучали, и после разрешающего «Войдите» Николай Степанович вкатил сервировочный столик. Надо же, я даже не подозревал, что среди притащенного Валероном нашлась такая штука, оказавшаяся нынче весьма кстати.

Пока камердинер сервировал письменный стол, мы молчали, но стоило ему выйти, как отчим сразу сказал:

— Петя, это не обсуждается. Телохранитель для тебя приехал со мной и здесь останется. Сомнений в покушениях именно на тебя больше не осталось. Максим Константинович выяснил заказчика. Обещал сказать имя после сделки. Теперь, после императорского указа, наверняка не скажет.

Это было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой. А еще…

— И не надо. И без того понятно, что это либо кузен, либо бабушка, если уж дядюшке удалось узнать заказчика. Становится понятно, откуда у убийцы была фотография как моя, так и моего осколка. А еще понятно, что больше по мою душу убийц не пришлют, скорее всего. Потому что от моей смерти они ничего не выигрывают. Пока.