Чтение онлайн

— Но как? — воскликнул пораженный до самых темных глубин души Рей. — Как можно заставить? Что случиться если курсант откажется от участия в игре?

— Что случится? А вот не знаю, — Димас качнул головой, будто удивляясь. — И никто из нас не знает. Мы стараемся вообще, как можно меньше говорить на эту тему. Во-первых, мало приятного терзать собственную память в поисках не самых хороших воспоминаний. Во-вторых, тут даже у стен есть уши, которые не уши, а натуральные сверхчувствительные локаторы. А Леди Ив не дремлет… Ох, не дремлет! И, наконец, в третьих, наш местный админ игры…

Рей, лучше держись от него подальше. Он невероятно хитер и знает больше, чем все курсанты вместе взятые. Ему известно то, о чем не догадывается руководство… И он, несмотря на то, что определенным образом связан либо с директором, либо с Иванной Коути, не спешит открывать все свои карты. Мы же для него — просто подопытные кролики… или белые мыши, которых выращивают только для экспериментов, а потом — убивают. И ты, в этом плане, исключение… Как черная крыса забравшаяся в лабораторный стенд… Уж прости за сравнение. Адам не знает, кто ты и что с тобой делать, поэтому пока лишь изучает. Но это — пока. Так что…

— Хорошо, хорошо! — согласился юноша. — Я буду осторожен.

— Вот и будь… Смотри в оба, — Димас проследил взглядом за кончиком своего пальца, описывающего в воздухе замысловатые кривые. — А сейчас… Давай-ка спать.

— Спать? — Рей покосился на дверь в ванную комнату. — А душ принять?

— Да забудь… Разок можно и без душа обойтись… Тем более ты все равно выглядишь как дикарь из племени Мумба-Юмба… Эй, эй! — сокомнатник притворно испугался возмущенного юноши. — Шутка! Просто мы столько друг другу наговорили, что лучше сейчас лечь, отдохнуть, а утром уже, на свежую голову, как следует все обдумать. Или я не прав?

— Да прав… Прав, конечно, — с сомнением протянул Рей. — Но…

— Какие могут быть но? — то ли хулиган, то ли герой хитро подмигнул соседу. — Марш в кровать! Кому сказал! Я тут еще одну мысль хочу опробовать… Обойтись один день без игры — сегодня даже на минутку в нее не заходил, и меня теперь просто разрывает на части желание включить коммуникатор и выйти в Сеть… Но я этого не сделаю. А попробую заснуть и утром посмотрю — что со мной случится. Может, громом и молнией меня небеса поразят. Может, буду тут валяться, исполненный неземной мукой и страданиями, каких свет не видывал. А может, ничего и не произойдет.

Все за себя и за других решивший, он прикрыл веки и сказал, словно зная секрет:

— Добрых снов, Рей… Спокойной ночи.

Утром, с трудом разлепив неожиданно тяжелые веки и вяло ухватившись за остатки вчерашних мыслей, Рей несколько минут неподвижно лежал и смотрел в потолок. Точнее, серую, под стать стенам, поверхность, юноша просто-таки буравил взглядом, пытаясь отыскать в монотонности и размеренности ответы на вопросы, роившиеся в голове, как куча растревоженных ос. Даже не ос — шершней. Злых, полосатых, с острыми жалами и отнюдь не кротким нравом.

«Дим уже свалил… Как всегда…»

Юноша приподнялся и сонными глазами уставился на будильник, который молча высветил цифры времени. И эти цифры красноречиво, хоть и отливали желтизной, утверждали — курсант Рейнольд Мерри проспал. Не услышал звука надрывающегося электронного устройства, которое, если верить программе, должно досаждать слишком любящим сон гражданам на протяжении пятнадцати минут. А прошло двадцать… И пять — с того момента, как будильник перестал отчаянно верещать и впал в мрачное молчание. Пять минут…

«Пять минут? Вчера до, теперь после… Что за чертовщина со мной творится?».

Рей сел, зачем-то осмотрел чистые, аккуратно подстриженные ногти, сладко зевнул, прогоняя остатки дремы. Да уж… Со сном все пошло наперекосяк, причем, с того момента, как юноша переселился к Димасу. Одно радует — между вечером и утром по-прежнему расстилалась непроглядная мгла. Никаких звездолетов и космических войн, никаких чудовищ, порожденных воспаленным подсознанием, никаких красот природы и вспышек из прошлого. Ничего, только чернота, чернота бездонной ночи.

Значит, с этой стороны пока все в норме, отклонений нет, дыхание ровное, пульс стабильный. Да уж… Рей увидел зеркало, а в нем — неумытую растрепанную физиономию, которая будто спрашивала: «А что я здесь делаю?». Форма, в которой юноша свалился на кровать вчера вечером, неприлично помялась, череда складок проходила через грудь, как лента с наградами, а брюки… Те вовсе задрались чуть не до колен, обнажив гладкую светлую кожу.

«Черт! Как неловко-то! И Димас все видел? Утром, когда уходил… Наверняка».

Лицо Рея раскраснелось, как после пятикилометрового кросса, а чувства где-то внутри вспыхнули с новой силой. Вполне понятное смущение, ведь одно дело в таком виде просыпаться в одиночку, а совсем другое — когда на соседней кровати был чужой человек… Ой ли? Чужой? Сейчас юноша совсем в этом не был уверен — ведь наравне с отголосками вины он испытывал и непонятный трепет. Словно Рею хотелось, чтобы Дим увидел то, что увидел…

«Черт! Нельзя же так! Нельзя!».

Он не актер, который на сцене упивается вниманием окружающих… Напротив! Юноша до сих пор старался, по возможности, держаться в тени, играя роль «серого кардинала», а скорее, притворяясь ниндзя, воином из далекого прошлого, из книг… Тенью-убийцей, которая пока еще никого не убила.

Да уж… Почему тогда сейчас все изменилось? Почему сейчас Рею особенно не все равно, как он выглядит? Кстати, надо бы себя в порядок привести… Юноша поспешно выбрался из такой уютной и такой коварной кровати, быстрым шагом подошел к зеркалу и, почти уткнувшись носом в гладкую поверхность, начал подробнейшим образом исследовать самого себя. После чего, скептически улыбнувшись отражению, убежал в ванную, зачем-то прикрыв за собой дверь…

…Через полчаса в комнату вышел совершенно иной человек, Рей буквально родился заново, как легендарная птица, раз за разом восстающая из пепла. Темные, склонные к кудрявости волосы, были аккуратно расчесаны и уложены, а челка придавала юноше несколько залихватский вид. Тщательно выглаженный костюм сидел, как влитой, гармонируя с заметно посвежевшей и радостно улыбающейся физиономией. Не хватало только строгого черного кейса, и Рей один в один походил бы на импозантного мафиози конца двадцатого века. По крайней мере, именно такие образы он встречал в прочитанных книгах…

— Жаль, что тетради и ручки остались в далеком прошлом, — с усмешкой сказал юноша самому себе. — Однако… У меня еще около десяти минут — чем бы заняться?

Притихшая комната не обещала развлечений, а к коммуникатору было элементарно лень подходить, включать его, соединяться с сетью… Да ну, вот еще. Рей помотал головой, радуясь почти кристальной ясности мыслей и необычному покою, разливавшемуся внутри.

«Наверное, это и называется — быть в мире с собой».

Подумал он и уже собрался уходить, когда взгляд, мельком скользнувший по столу Димаса, по корешкам книг, по рожицам статуэток, остановился на маленьком листке белой бумаге, оставленном на самом видном месте. Записка. Причем, буквально под носом у Рея лежала, а он ее заметил в самый последний момент…