Чтение онлайн

Лицо матери выражало такую мольбу и так сияло, полное надежды, что Аарон чуть не сдался. Дело было не в Спенсере. Дело было не в дружбе. Это доктор Томас начал возвращать ему жизнь — или, по крайней мере, повёл его в нужную сторону.

— Зачем вы написали в суде эти документы? — спросил Аарон, пытаясь сбить вопросы лёгким изменением темы, чтобы ослабить их силу. Навыки переговоров с лёгкостью вернулись к Аарону, и он приготовился донести своё мнение. Очень многое зависело от его способности убедить мать в правде.

— Твой отец попросил коллегу заполнить запрет, потому что мы боялись, что доктор Томас может принести тебе больше вреда, чем пользы. Твой дядя Марк — алкоголик, Аарон. Это разрушило его жизнь и жизни практически всех, кто его окружал. Я не могу рисковать тем, что этот терапевт навредит тебе — психологически или даже физически. Подумай об этом, милый. Его алкоголизм даже не тайна. Мы узнали об этом, когда говорили с одним из его бывших сотрудников, чтобы получить информацию. Должно быть, дела обстояли довольно плохо, если об этом знало так много людей. Пожалуйста, Аарон, тебе ведь уже лучше. Я вижу это каждый день. Просто попробуй другого терапевта, — умоляла Аарона мать.

— Нет. У меня нет причин искать другого терапевта, когда есть тот, кто мне помогает. Чтобы сработал ваш запрет, придётся объявить меня недееспособным, чего вы сделать не можете. Я видел дюжину психотерапевтов за последние два года и точно знаю, как их обмануть. И, кстати, в этом и разница. Я никогда не думал обманывать доктора Томаса. Он хотел, чтобы мне стало лучше.

Аарон встал. Глаза его матери закрылись, а поза стала напряжённой, когда Аарон бросил недоеденный маффин в урну по пути к лестнице. Он жил с матерью всю жизнь и знал, что она не отступит. Если он хотел продолжать видеться с доктором Томасом, то должен был найти другой способ достучаться до неё.

Глава 21

— Мама, я бы хотел пригласить Спенсера и его отца завтра на ужин, — сказал Аарон за ужином в тот вечер, пока его мать готовила бургеры у плиты. Накрытое блюдо с запечёнными бобами оставалось на плите, чтобы не остыло. В кухне витал запах хлеба, патоки и солнечного света, и Аарон думал, как много времени прошло с тех пор, как он смотрел на еду прямо.

— Аарон, мы только что отправили ему судебные документы. Это не лучшая идея, — она не отворачивалась от плиты, но напряглась, перекладывая очередной готовый бургер на тарелку. Аллен и Антони уже ели за столом, наблюдая за разговором. На мгновение Аарон обрадовался, что у отца поздняя встреча, потому что спорить было легче, когда на него не наседали со всех сторон.

— Я прошу только об ужине и разговоре, — Аарон отнёс свою тарелку к столу и сел напротив братьев, которые усердно ели и смотрели куда угодно, только не на него. Мать вздохнула и выключила плиту, прежде чем сесть во главе стола, рядом с Аароном. Себе она тарелку не взяла.

— Я знаю, сладкий, но это не заставит нас передумать в пользу того, чтобы он тебя лечил, — она начала тянуться к руке Аарона, а затем остановилось. Он хотел сказать ей, что всё в порядке, что она может до него дотронуться, но злость и гордость его остановили. Аарон не хотел успокаивать мать, когда она даже не слушала то, что было для него действительно важно. Уже давно в его жизни ничего не было так важно.

— Проблем ведь не будет, если я их приглашу? — спросил он.

Он пытался сохранять на лице невинное выражение, но она не купилась.

— Проблема будет. Это будет неловко.

— Вся моя жизнь была неловкой, — Аарон оттолкнул свою тарелку, съев бургер за несколько больших укусов. Он выпил газировку, когда не услышал от матери ответ. В комнате оставалась тишина. Аллен и Антони оба ели медленнее, чем Аарон когда-либо видел раньше, и продолжали наблюдать за ситуацией. Наконец, после долгой, почти невыносимой тишины, кто-то заговорил, и это была не мать.

— Мам, Аарон нашёл терапевта, потому что мы слышали, как вы с папой говорили о том, чтобы отослать его куда-нибудь. Прости, но это не честно. Аарон должен участвовать в обсуждении ситуации с этим доктором, которого нашёл, — тихо сказал Аллен. Через мгновение он поднял взгляд от своей тарелки и посмотрел в лицо матери. Мишель повернулась к своему самому младшему сыну.

— Полагаю, у тебя тоже есть мнение, — подтолкнула она.

Антони посмотрел на Аарона, затем на Аллена и наконец за свою мать.

— Я просто хочу, чтобы Аарон снова был счастлив, мама.

Миссис Даунинг забрала пустые тарелки у трёх своих сыновей и составила у раковины. Затем вернулась за блюдом, затем за стаканами, не говоря ни слова, пока собирала посуду. Аарон ждал, не смущаясь её молчания. Его братья тоже ждали, и Аарон ценил их поддержку больше, чем мог выразить словами. Мать включила воду и начала споласкивать посуду. Через минуту Аарон присоединился к ней и убрал всё в посудомойку. Блюдо на дно, тарелки слева, стаканы наверх, столовые приборы в корзинку. Они продолжали, молча споласкивая и загружая посудомойку. Мишель даже не смотрела на Аарона, протягивая ему каждый предмет посуды, но он продолжал ждать, потому что был намного упрямее её.

Просто на какое-то время он об этом забыл.

Расставив всю посуду в посудомоечной машине, Аарон добавил мыла, закрыл дверцу и включил систему. Прислонившись к тумбочке, Аарон наблюдал, как его мать вытирает плиту и раковину. Нетерпеливость взяла над ним верх, и он чуть было не задал очередной вопрос о приглашении Спенсера и его отца, но Мишель ответила раньше, чем он успел заговорить.

— Хорошо, приглашай их на ужин. Моё мнение от этого не изменится, но, может быть, мы сможем изменить твоё.

***

Аарон провёл большую часть дня в своей комнате, пытаясь сосредоточиться на книге, которую предложил ему почитать доктор Томас. После того, как третий раз прочитал о возвращении своей сексуальности, он бросил книгу на кровать и проверил время на телефоне. Спенсер и его отец придут на ужин через полчаса. Аарон чувствовал с первого этажа запах чего-то чесночного. Так как он решил после завтрака остаться в своей комнате и почитать, он не думал спускаться на ланч, но был удивлён, что мать не стала на этом настаивать.

Сменив свою футболку на майку-поло с длинным рукавом, Аарон причесал волосы и почистил зубы, решив подождать внизу. Аллен всё ещё не понимал, как общаться со Спенсером. Он продолжал кричать или говорил очень медленно. Иногда даже дико жестикулировал, что обычно смущало их всех.

Как только Аарон дошёл до лестницы, раздался звонок в дверь. Они пришли раньше. Аарон перепрыгивал по две ступеньки за раз, и ему удалось добраться до двери раньше Аллена, который вместо этого свернул в семейную комнату. С тихой мольбой любому богу, который его сейчас слушал, Аарон открыл дверь. Спенсер стоял прямо перед отцом, и Аарон мог сказать, что его парень приложил немало усилий. Его волосы, которые обычно представляли собой дикую путаницу кудрей, были уложены и свободно обрамляли его лицо. Вместо обычной футболки на нём была бирюзовая рубашка, которая подчёркивала зеленый цвет его глаз. Аарон долгое время смотрел на него, пока не опомнился и не пригласил гостей в дом. Стоя в стороне, чтобы пропустить доктора Томаса, Аарон заметил, что мужчина тоже приложил усилия, чтобы впечатлить его родителей.