Чтение онлайн

Эрик слышал о ловушках, о монстрах, обитающих в таких местах, но путь оказался прост. Мясник погрузился в размышления. Что ему делать, когда все они встретятся? На чью сторону встать? И самое важное: почему их тут собрали? Эрик не верил в совпадения, а в судьбу и подавно. В лесу около Жемчужины их пытались убить. И потерпели неудачу. Некто очень могущественный захотел, чтобы Посредник и Никс нашли этот храм. Да не просто нашли, а добрались до самого сердца. Сами они ни за что бы не нашли эти развалины. Их кто-то вел.

«Мы не должны были дойти, — думал Эрик. — Взрыв в доме, нападение наемников, превращение, драка с Конрадом».

Эрик шел вперед настороженно, ожидая засады. Конрад все равно не пожелает слушать его. Он давно перестал слышать, перестал видеть.

«Снова драться с Никсом. После моих слов он просто так не отвяжется. Проклятые боги, не дайте мне убить этого болвана».

Ферксийцы долго бродили по запутанным коридорам. Они то поднимались, то опускались в самый мрак. Ни ловушек, ни разъяренных стражей. Чутье не подвело Эрика, указывая на центральный проход, однако время шло, а выхода не было видно.

«Проклятье, где хоть какая-нибудь дверь?».

Конрад повернул за угол и внезапно остановился.

— Тупик?

Эрик поглядел на стенку. И правда — тупик.

— Думаю, тут должен быть проход. Надо бы найти рычаг…

— Отойди, — велел ферксиец.

— Не лучшая мысль, — нахмурив брови, ответил Эрик. — Ты можешь устроить обрушение.

— Отойди, — с нажимом повторил Конрад. Он занес кулак. Воздух заискрился зеленоватыми всполохами от прилива темной энергии.

Эрик отошел на несколько шагов назад.

Бум!

По стене побежала трещина.

Бум!

Рисунки с рунами осыпались.

Бум!

Появилась щель.

Бум!

Камень разлетелся вдребезги. Послышались голоса.

Из пролома показались две фигуры.

— Чтоб меня… — выдохнул Эрик.

Конрад молниеносно выхватил меч и ударил. Оружие столкнулось с двумя короткими клинками. Темный эльф со звериным оскалом оттолкнул ферксийца назад.

— Укаре! — выкрикнул Посредник и выхватил револьвер.

2132 год Новой эры. Земли империи.

Лето. Пора новых открытий, долгожданных праздников и беззаботного веселья, когда учителя в академиях не столь строги и на занятиях разрешают не выкладываться до изнеможения. Послабление в канун Дня Единения. Ты бежишь вдоль дороги, встречая на пути ворчливых фермеров с ящиками для фруктов, задумчивых купцов, которые всеми силами придумывают интересные игры для ребятни, жителей небольших селений с вырезанными фигурками лесных духов, и внутри все восторженно кричит. В голове зреет хитрый план, как сбежать из-под присмотра магистров вместе с друзьями и отправиться в незабываемое путешествие по ближайшим деревенькам в поисках веселья и…проблем. Но кого это волнует? В десять лет никому дела нет до скучных учебников. Почему учителя этого не понимают?

Как же хорошо не чувствовать кожаные ремешки доспехов на плечах и боках. Тело больше не ноет, не зудит. Улыбка до ушей. Ее не скрыть. Взрослым нравится, когда дети радуются.

Босые ноги сворачивают на тропу к высокому холму, с которого видно Глирч. Ах, Тильда…Вот бы пригласить и ее, но ее отец скорее в одиночку пойдет на штурм Ликеи, чем отпустит Тильду гулять вдали от дома. Эрик просто зануда. Неужели все взрослые становятся такими скучными?

Вид с холма прекрасен. Впереди зеленая полоса леса, а за ней равнина с золотыми полями, изобилие пастбищ со скотом; табун диких лошадей толпится у реки, бегущей вдоль Ферксии — до самых южных границ. Никто не сравнится по богатству с империей. С ее красотой. Отдать жизнь за великое будущее — небывалая честь для каждого воина. Отец часто так говорит. Потому он герой, защитник этих земель и самого императора!

«Когда-нибудь и я стану примером для всех. Мама и папа будут мной гордиться».

Но мысли возвращаются к Тильде. Почему-то так неловко об этом думать. Она же девчонка! С ней из лука не пострелять, на охоту не сходить. А еще она постоянно смеется. Думает, будто я хвастун.

Краска заливает лицо.

«Я ей еще покажу».

Спуск вниз. Нужно быстро перебирать ногами, чтобы не споткнуться. Ветер развевает волосы, глаза слезятся от сильных порывов. Приятная прохлада. Так проще представить, как пробиваешься через грозную стихию навстречу врагу. Опасный переход через горы двести лет назад под предводительством генерала Офелия. Вот оно — достойное испытание для воина империи!

«Но прежде надо доставить послание».

Успех. Высоченный холм остался за спиной, а на коленях и локтях не появилось новых ссадин. Эх, видел бы отец.

Глухие удары деревянных мечей слышатся неподалеку.

— Давай, бей! Еще! Это что такое? Руку выше.

«Дядя Эрик?».

— Меч слишком тяжелый, — ноет незнакомый мальчишка.

Любопытство берет вверх. Всего лишь одним глазком взглянуть на хныкающего слабака. В академии уже с десяти лет бьются уже на стальных мечах. Правда, на затупленных, но все же.

Заросли репейника непроходимы. Дрянные колючки! Одежда теперь вся в этой липучей гадости. И волосы тоже. Фу!

На окраине леса стоит лагерем отряд гвардейцев. Статные, суровые воины даже на отдыхе довольно устрашающи. Каждый занят своим делом: один жарит мясо на костре, двое других ходят вокруг лагеря, остальные ставят палатки. Никто не веселился, будто вот-вот грянет война. Язык облизывает сухие губы, кулаки сжимаются от возбуждения и восторга.

«Невероятно. Я тоже хочу быть таким! Ух, невозмутимые и сильные».

В паре десятков шагов от палаток с гладкой и длинной палкой стоит дядя Эрик. Его лысина блестит от пота, уголок рта слегка приподнят. Возле него, опираясь о бедра, тяжело дышит мальчишка. Черные, спутанные волосы закрывают лицо; в руках смятый по бокам деревянный меч.

— Еще разок. — Дядя Эрик принял стойку. Стойка «Плуг» — основа основ в академии. Один шаг ногой вперед, острие смотрит вверх.

Мальчишка убирает волосы со лба. Сразу видно — аристократ. Слишком изнеженное лицо, ни одной царапины, да и руки слабоваты. Он использует «Железную дверь».

«Простак. Она не годится для контратак. И нельзя так напрягать руки!».

Нога неудачно наступает на сухие ветки. Хруст. Сердце замирает.

«Фуф, вроде, никто не услышал…».

— Шпион!

Сильная рука хватает за шкирку и вышвыривает из кустов — прямо лицом в землю. Трава забивает рот. Отец учил, что нужно всегда вставать. Быстро и резко, тогда противник не успеет ничего предпринять.

— Тьфу, гадость какая! — Зеленая слюна летит в сторону, но на языке еще остается тошнотворная горечь.