Чтение онлайн

«Лучше иметь в своем селении школу, чем источники и реки, – говорил преподобный, – потому что вода питает тело, школа же питает душу. Школа открывает церкви и монастыри». В жаркой, безводной, засушливой Греции источник, а тем более река всегда почитались за одно из высших благ; отсюда видно, какое значение придавал преподобный Косма учению.

«Ученые должны стремиться не в господские дома, не ко двору вельмож и не для богатства и знаменитости расточать свою ученость, но обязаны учить простой народ, живущий в великом невежестве и грубости», – обращался преподобный к своим собратьям, людям образованным.

У преподобного Космы, этого истинного монаха, не было никаких личных средств и сбережений; но куда бы он ни приходил, он тут же организовывал сбор средств на очередную школу. Было это нелегко – население Греции в те годы, особенно в сельской местности, богатством не отличалось – но в конце концов нужные средства все-таки собирались, как говорится, с миру по нитке. Благодаря трудам преподобного Космы в северной Греции было основано около двух сотен школ. Невероятное количество для той эпохи.

Рассказывают, что в одном городке в ответ на призывы Космы собрать денег на школу жители ответили, что не могут этого сделать, так как все свободные средства уходят у них на содержание имевшихся в городе двенадцати храмов. Тогда Косма предложил им закрыть несколько или даже все храмы, кроме одного необходимого, а освободившиеся средства все-таки пустить на школу. Увидев же, что жители городка смущены столь «неблагочестивым» предложением, преподобный, схватив топор, бросился к одному из храмов и у всех на глазах принялся крушить стену… Лишь после такого поступка, граничащего с юродством, люди образумились и последовали советам подвижника.

Дорогие мои отцы, братья и сестры! Вижу, что и среди вас многие смущены поведением преподобного Космы. Кто-то, наверное, даже считает его богохульным. Как это можно – закрывать и даже ломать храмы, чтобы построить школы?! Разве молитва не важнее знаний и учения?

Давайте послушаем, как объяснял свои поступки сам преподобный Косма.

«Христиане, большое количество храмов не сможет сохранить или усилить нашу веру, если верящие в Бога не просвещены Писанием и Ветхого, и Нового Завета. Нашу веру утвердили не безграмотные, но мудрые и образованные святые».

«Моисей учился сорок лет. Так и мы с вами тоже должны учиться, изучать науки, чтобы знать, как устроить свою жизнь. И если вы, родители, не выучились грамоте, так пусть хотя бы ваши дети будут грамотны. Неужели не видите, как одичал наш народ, – из-за нашей безграмотности мы уподобились диким зверям! Я советую вам сделать все возможное, чтобы открыть в ваших селениях школы, чтобы вы понимали Святое Евангелие и не пребывали во тьме».

Как видно из этих слов, преподобный вовсе не противопоставлял ученость вере и служению Богу. Наоборот – он считал ученость путем к вере и служению, к уподоблению святым отцам Церкви (которые действительно были людьми высокообразованными), а потому и придавал учению такое огромное значение.

Конечно, молитва, тем более молитва соборная, в храме, очень важна и нужна, даже необходима. Ведь молитва – это общение с Богом. Но если человек не будет знать и понимать, Кому он молится, зачем и о чем, – какой будет прок в его молитвах? Да и вообще, молиться в многочисленных храмах при таком отношении скоро станет некому: так и не познав на деле Христа и Его учения, «христиане только по имени» вскоре либо отойдут от Церкви, либо перейдут в ислам, чему столько страшных примеров уже было вокруг. А потому лишить народ учения ради постройки и содержания храмов в таких условиях было ничуть не лучше и не разумнее, чем умирающему от жажды человеку вместо воды посоветовать «молиться и поститься»…

Дорогие мои! А не оглянуться ли нам сейчас вокруг себя? Разве не похожую ситуацию наблюдаем мы с вами в нашем собственном обществе?

Увы, и среди нас немало таких, кто считает, что учение и знания не нужны, что все духовные и материальные проблемы сами собой разрешатся от постройки новых храмов и часовен, пения молебнов и от «молитвенных стояний». А ведь и о нашем народе можно сейчас сказать теми же самыми словами, которые некогда обращал преподобный Косма к православным грекам: мы одичали в своей безграмотности, уподобились диким зверям, не знаем и не понимаем своей веры, вместо подлинно христианской жизни и непрестанной работы над собственной душой сводим свою «православность» к набору внешних обрядов и чисто формального, без умного и сердечного обращения к Богу, присутствия на церковных службах… А ведь наша с вами ситуация вовсе не такая трудная, как была в те годы в Греции… Нам с вами никто не мешает ни исповедовать свою веру, ни изучать ее, над нами не тяготеет иго иноверцев… Пока не тяготеет… Но если мы не образумимся, если не начнем учиться жить по-христиански, если из народа Божия превратимся в «племя», бездумно ходящее в храм только за Крещенской водой и освященными вербами, – то рано или поздно с нами произойдет то же самое, что некогда произошло с позабывшей Христа великой православной империей ромеев, а еще раньше – с царством Израиля. Придут другие – иноверцы ли или просто атеисты – и овладеют и местом нашим и народом (Ни. 11,48).

Кстати, сам преподобный Косма именно так понимал трагедию Ромейской империи, преданной в руки турок. В XVIII веке среди греков было немало таких, кто видел в этом крушении великой империи «происки масонов», мнил свой народ несправедливо обиженным, мечтал о восстановлении империи и возвращении в Константинополь православного царя, возлагая на это все свои надежды, – вместо того чтобы возлагать их на Господа. Святой же Косма отвечал подобным мечтателям-монархистам, что Ромейская империя пала не из-за чьих-то происков, а из-за собственных грехов, из-за того, что народ ее, возгордившись, забыл Бога и начал жить безбожно, по-язычески. И потому Бог забрал у греков предмет их гордости – империю, – дабы вразумить их и не дать окончательно погубить свои души.

Вновь обратимся к живой речи преподобного Космы: «У тебя есть ребенок, и он мерзнет. Что ты сделаешь? Положишь перед ним несколько угольков, чтобы он согрелся. Но ребенок еще совсем неразумный малыш, он тянется ручками, чтобы схватить угли. А ты что делаешь? Чтобы твой ребенок не обжегся, движимый своей любовью, ты заберешь угли и скажешь: лучше пусть мое дитя замерзнет, чем сгорит. Потому что если замерзнет – еще сможет согреться, если сгорит – его уже не вылечить. Так поступил и Господь: видя, что нам грозит опасность попасть в ад, движимый Своей великой любовью, Он забрал у нас это ложное царство, чтобы взамен подарить Царство истинное. Христос был распят не для того, чтобы даровать нам тщетное, временное царство, но Царство Небесное и вечное».

Вообще, в своих проповедях преподобный Косма постоянно подчеркивал, что самое главное в жизни христианина – это Христос. Ничто не может сравниться с Ним по важности: ни семья, ни родина, ни собственная жизнь. «Тело наше пусть сгорит, пусть изжарят его; все земные вещи пусть заберут у нас (нет им места в будущем, отдайте их, они не ваши) – берегите и заботьтесь только о душе и Христе – лишь это вам необходимо, никто не сможет отнять их у вас против вашей воли. Храните их и не потеряйте!»

Нет, преподобному вовсе не чужд был патриотизм, то есть любовь к родной стране и соплеменникам; сохранились сведения, что он даже участвовал в организации тайных обществ, готовивших почву для освобождения Греции от османского ига. Но в то же время вопросы национальные и политические для него были неизмеримо ничтожны в сравнении с вопросами духовными; а родство веры было превыше родства по крови. «Христиане, здесь у нас нет родины, – учил свою паству преподобный Косма. – Бог потому и создал нас ходящими головой к небу и вложил ум в голову, чтобы мы всегда стремились на нашу истинную родину – Царствие Небесное. Здесь, на этой земле, даже если мы станем царями, мы не найдем покоя. Этот мир – постоялый двор. Ведь, путешествуя, вы останавливаетесь в гостинице всего на один вечер, а затем стремитесь скорей добраться к себе домой. Помните, что здесь ни у кого нет отечества. Отечество наше – Царствие Небесное».

Османская система миллетов, когда этническая принадлежность подданных определялась их вероисповеданием (и наоборот), способствовала росту национализма. Греки, сербы и другие православные народы, жившие под властью османов, начинали считать, что Православная вера принадлежит им по праву крови, а если в Православие обращался какой-нибудь иноплеменник – например, еврей или цыган, – относились к нему с пренебрежением, как к второсортному чужаку, не принимали его в свою общину. С еще большим презрением относились к иноверцам, не находя ничего зазорного в том, чтобы обмануть кого-нибудь из них и вообще повести себя с ними непорядочно. Разумеется, преподобный Косма в своих проповедях неоднократно выступал против такого позорного поведения, недостойного имени христианина.