Чтение онлайн

Хорошего произведения с плохим языком быть не может.

Язык всегда останется основным материалом произведения.

Денис Иванович Фонвизин (1744/1745–1792). Русский драматург, писатель, поэт, журналист. Известен, прежде всего, как автор драматических произведений — комедий «Корион», «Бригадир», «Недоросль», а также басен «Лисица-кознодей», «Послание к слугам моим Шумилову, Ваське и Петрушке»; прозаических художественных произведений, среди которых «Всеобщая придворная грамматика»; автобиографическая повесть «Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях»; публицистических статей, размышлений, например «Рассуждение о непременных государственных законах», «Несколько вопросов, могущих возбудить в умных и честных людях особливое внимание» и др.

А разве счастлив тот, кто счастлив один? Счастлив ли тот, кому нечего желать, а есть лишь чего бояться?

Беспорочность поставляет себе правилом не делать того другому, чего бы не пожелала себе. Добродетель распространяет сие правило гораздо далее и велит делать то другим, чего пожелал бы себе.

Брачное небо совершенно безоблачно не бывает; нет согласия совершенного, то есть неразрывного; но счастливыми могут почесться те браки, в коих виновен бывает один муж.

В том государстве, где писатели наслаждаются дарованною им свободою, имеют они долг возвысить громкий глас свой против злоупотреблений и предрассудков, вредящих отечеству.

В человеческом невежестве весьма утешительно считать все то за вздор, чего не знаешь.

Гораздо честнее быть без вины обойденну, нежели без заслуг пожалованну.

Зла никогда не желают тем, кого презирают; а обыкновенно желают зла тем, кто имеет право презирать. Люди не одному богатству, не одной знатности завидуют: и добродетель также своих завистников имеет.

И посреди изобилия можно умереть с голоду.

Имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое время.

Как не быть довольну сердцу, когда спокойна совесть.

Ленивый боится при деле труда, а праздный не терпит самого дела.

Ленивый бывает таковым больше от расположения тела, а праздный больше от расположения души.

Люди везде люди, что прямо умный и достойный человек везде редок.

Наличные деньги — не наличные достоинства. Золотой болван — все болван.

Наука в развращенном человеке есть лютое орудие делать зло. Просвещение возвышает одну добродетельную душу.

Не тот богат, который отсчитывает деньги, чтоб прятать их в сундук, а тот, который отсчитывает у себя лишнее, чтоб помочь тому, у кого нет нужного.

Нельзя не любить правил добродетели. Они — способны к счастью.

Овечки женятся, плодятся, умирают, А пастыри при том карманы набивают.

Слава Богу, что на вранье пошлин нет! Ведь куда бы какое всем нам было разорение!

Ты должен посвятить Отечеству свой век, Коль хочешь навсегда быть честный человек.

Ум, коль он только что ум, самая безделица. С пребеглыми умами видим мы худых мужей, худых отцов, худых граждан. Прямую цену уму дает благонравие. Без него умный человек — чудовище.

Умного человека легко извинить можно, если он какого-нибудь качества ума не имеет. Честному человеку никак простить нельзя, ежели недостает в нем какого-нибудь качества сердца.

Чему дивишься ты, Что знатному скоту льстят подлые скоты? Так, видно, никогда ты не жил меж людьми.

Честь есть душа супружеского согласия.

Что дурен здешний свет, то всякий понимает. Да для чего он есть, того никто не знает.

Ольга Дмитриевна Форш (1873–1961). Русский писатель. Автор романов «Дети земли», «Одеты камнем», «Современники», «Горячий цех», «Сумасшедший корабль», «Символисты»; трилогии «Радищев», «Михайловский замок», «Первенцы свободы»; повести «Рыцарь из Нюрнберга», рассказов, книги рассказов и сказок для детей и книги сатирических новелл, а также киносценариев, очерков, пьес, статей на различные темы.

Государство существует для благоденствия всех и каждого, а не для блага немногих <…> и устранение большинства людей от этих благ есть несправедливость и зловластие…

Каждый рожден как бы начерно, условно названный «человек», но по-настоящему большое это имя каждому надо еще заслужить. По праву назовется им не за то только, что растет, множится, умирает, а лишь когда найдет дело своей жизни и вольет в это дело себя, всю свою энергию, отдаст ему свое неповторимое, неотъемлемое лицо…

Какие непознанные психические силы стоят на страже нашего существа, которые при встрече с иным человеком, как бы угадывая роковое пересечение его судьбы с твоей, наполняют сердце необъяснимым ужасом?

Капризно для смертного, ныне судьба путает этикетки. Не в своем веке, в чужом по духу его окружении, не на своем месте рождается человек.