Чтение онлайн

В работе «По ту сторону принципа удовольствия» З. Фрейд констатировал, что тема травматического невроза является «темной и мрачной». Позднее в рукописи «Очерк о психоанализе» (1938), опубликованной в 1940 г., он отмечал, что если невротическое заболевание начинается в раннем детстве, то применительно к травматическим неврозам их связь с детерминантами в детстве до сих пор не была прослежена. В качестве предположения З. Фрейд высказал следующую мысль: «Возможно, что такие заболевания, как травматические неврозы (вызванные чрезмерным испугом или сильным соматическим шоком, например, железнодорожным крушением, погребением под земляным обвалом и т. д.), являются исключением».

Некоторые психоаналитики полагают, что травматический невроз дает пациенту возможность ретроспективно справиться с травмирующим переживанием путем соответствующего воспроизведения его и последующей переработки. По мнению английского психоаналитика Ч. Райкрофта (р. 1914), нашедшему отражение в «Критическом словаре психоанализа» (1968), «травматические неврозы или спонтанно излечиваются, или становятся хроническими, или переходят в психоневрозы».

Как перверсия, трансвестизм характерен для лиц мужского пола. Переодевание в женскую одежду, повышенное внимание к отдельным атрибутам гардероба женщин, пользование косметикой, подражание женщинам в походке, голосе и манерам поведения, стремление не только к внешнему сходству, но и к внутренней идентификации с ними, получение удовольствия от исполнения женских обязанностей – все это входит в арсенал трансвеститов.

Склонность к переодеванию в женскую одежду может наблюдаться в раннем возрасте. Если одни мальчики всячески отвергают любые просьбы со стороны близких им людей надеть платье или воспользоваться какими-либо атрибутами девочек с целью шутки или розыгрыша, то другие не только с охотой делают это, но и сами изъявляют желание быть похожими на девочек. У последней категории мальчиков переодевание в женскую одежду нередко сопровождается эротическими желаниями и фантазиями, вызывающими потребность в мастурбировании. В более позднем возрасте эти желания и фантазии могут иметь у них скрытый гомосексуальный характер, а иногда и перерастать в реальные гомосексуальные отношения.

Трансвестизм может быть связан с желанием человека привлечь к себе внимание экстравагантной одеждой и поведением. Вместе с тем трансвестизм может быть обусловлен такими наследственными предрасположениями и семейными обстоятельствами, которые порождают стремление к перемене пола и вызывают внутреннюю потребность в сексуальной и ролевой идентификации с женщиной, осуществлении соответствующего образа жизни.

Транссексуализм характерен и для мужчин, и для женщин. В основе его лежат как биологические, конституционные факторы, так и психические процессы, связанные с амбивалентным отношением к собственному строению тела, идеализацией тела противоположного пола, внутриличностными конфликтами, сопровождающимися регрессией и фиксацией.

Желание к изменению пола может стать навязчивой идей, сопровождающейся стремлением к реальному его осуществлению и страхом перед предстоящей хирургической операцией. Проявление транссексуализма часто связано с нарушением сексуальной функции и расстройством половой принадлежности. Оно может сопровождаться негативным отношением не только к собственным половым органам, но и к аналогичным органам и их функциям у других людей.

В крайних своих проявлениях транссексуализм характеризуется враждебностью и агрессивностью по отношению к тем, кто успешно реализует свою половую роль. Женщина, ненавидящая себе подобных и мечтающая стать мужчиной, может с отвращением смотреть на беременных и кормящих матерей, отрицательно относится к груди как таковой, воспринимать новорожденных в качестве уродов, недостойных жизни. Она может любить животных и переживать по поводу их болезни, но в то же время презрительно относится к грудным младенцам и придерживаться взглядов типа, «где увидишь ребенка, там и убей его».

Транссексуалы стремятся к достижению идеала, отражающего их представления о совершенстве половых органов противоположного пола как в их эстетической привлекательности, так и в их функциональной деятельности. При этом чаще всего наблюдается совпадение сексуальной и социальной идентичности с соответствующими ролями противоположного пола. Мужчина, отличающийся внутренней женственностью и испытывающий психологический дискомфорт от необходимости выполнения мужских функций, хочет стать женщиной для того, чтобы в реальной жизни стать как бы самим собой и иметь соответствующие отношения с другими мужчинами. Однако бывают случаи, когда стремление к изменению половых органов связано с желанием выполнять социальную роль противоположного пола и в то же время иметь такие сексуальные отношения, которые носят перверсный характер. Скажем, пациентка одержима идеей сделать хирургическую операцию и стать мужчиной для того, чтобы иметь сексуальные связи не с женщинами, а с мужчинами.

Транссексуальные желания женщин восходят к инфантильной зависти к пенису. Соответствующие желания мужчин могут отражать инфантильные внутрипсихические конфликты между нарциссической гордостью и страхом кастрации. В реальной жизни транссексуализм в большей степени характерен для мужчин, чем для женщин. С психоаналитической точки зрения это отчасти объясняется тем, что инфантильная зависть к пенису у девочек замещается позднее материнством, в то время как нарциссическая гордость мальчиков впоследствии сменяется завистью мужчины к способности женщины рожать и кормить грудью ребенка.

В психоаналитической литературе чаще всего в качестве равнозначных используются два понятия – «страх» и «тревога». В текстах З. Фрейда фигурирует термин Angst, который обычно переводится на русский язык как «страх». В англоязычной литературе используется термин anxiety, переводимый на русский язык как «тревога». Отсюда проистекает терминологическая неопределенность, когда подчас одно и то же психическое состояние или эмоциональная реакция человека описываются то словом «страх», то термином «тревога».

В работах З. Фрейда находит отражение различное понимание страха. Помимо того, что он различал реальный и невротический страх, речь шла у него о различном толковании природы и источников страха. Так, в работе «Торможение, симптом и страх» (1926) основатель психоанализа подчеркнул, что ранее полагал, будто страх в каждом случае возникает автоматически, в то время как позднее начал рассматривать страх в качестве «преднамеренного сигнала со стороны Я». Некоторые психоаналитики полагают, что в случае спонтанной, автоматической реакции организма на травматическую ситуацию следует говорить о страхе, а преднамеренный сигнал со стороны Я рассматривать в качестве тревоги.

В русскоязычной психоаналитической литературе не проводится, как правило, различий между страхом и тревогой. Наличие обоих понятий предопределяется не содержанием описываемых процессов, а привычным восприятием терминологии зарубежных работ. В частности, в англоязычных изданиях чаще всего используются такие понятия, как «тревога», «тревожность», в то время как в немецкоязычных и франкоязычных говорится о страхе.

Среди психоаналитиков предпринимались попытки провести содержательные различия между страхом и тревогой. Так, в работе К. Хорни (1885–1952) «Невротическая личность нашего времени» (1937) подчеркивалось, что хотя оба термина описывают родственные явления, тем не менее между «страхом» и «тревогой» есть различие: «страх является реакцией, сообразной наличной опасности, в то время как тревога является несоразмерной реакцией на опасность или даже реакцией на воображаемую опасность». Такое различение страха и тревоги воспроизводило, по сути дела, размышления З. Фрейда, выраженные им «В новом цикле лекций по введению в психоанализ» (1933), где рассматривалось различие между реальным и невротическим страхом.