Чтение онлайн

— Кто — новая? — терпеливо уточнил я, понимая, что слова жрицы не являлись ответом на мой вопрос, а отражали какие-то собственные её мысли.

— Новая жрица. Наконец-то, свобода, — ещё один едва слышный вздох. — Уже идёт. Я чувствую её запах, её тепло. Скоро уже! Что такое месяцы для полувекового ожидания, да, Владыка? Первопредок не любит пустого своеволия, но любит хорошую шутку. Я её прогнала, а она принесёт мне свободу. Моя упрямая тень! А ты, Владыка, не мучь себя. Ты волю праотца знаешь и вершишь, и всё правильно. Кровь Первопредка не пролита, и всё верно идёт. А котята… Дикий виноград сам растёт, сам родит, сам бродит; ему солнце срок устанавливает. Всё правильно будет.

— Новой старшей жрицей будет дочь Зары? — ошарашенно уточнил я.

— Смешно, правда? — без намёка на улыбку проговорила она. — Первопредок был сердит на меня за твоего деда. Он не вмешивается в нашу жизнь напрямую, но… учит. Я только недавно окончательно поняла, что была слепа пол жизни, а не после ухода зверя. И когда я это поняла, появилась она, новая, — неожиданно внятно и связно объяснила жрица.

— А дед-то причём?

— Арур решил, что Владыка не нужен оборотням, что хватит Императора. Решил, что знает всё лучше Первопредка. Это тоже был урок, урок твоему роду, Шаар-ан. Спросишь, почему старуха разговорилась? — усмехнулась она. — Мы не увидимся больше, Владыка. А тебе стоило это услышать, чтобы не наворотить дел. Чти Первопредка, мальчик. И котят расти правильно!

Императрица Александра Шаар-ан

Известие о предстоящем вскоре отъезде застало меня врасплох. Я уже настолько втянулась в установившийся режим дня, поглощённая усвоением новых сведений, что о внешнем мире не вспоминала. За полторы декады я только отправила несколько писем домой, отцу и брату, и этим моё общение с реальностью за пределами замка ограничилось.

В письмах я старалась не вдаваться в лишние подробности: сомневалась, что они не попадут в чужие руки, а выворачивать душу перед бесстрастными дешифровщиками и экспертами не хотелось. Но при этом всё-таки попыталась донести до родных мысль о том, что у меня всё хорошо, оборотни не обижают, муж ведёт себя на удивление прилично, и вообще меня, кажется, всё устраивает.

Но письма письмами, а поговорить по душам очень хотелось. Просто поговорить, с кем-нибудь хорошо и давно знакомым, лучше всего — с отцом. Спросить совета или, скорее, услышать заверения, что всё нормально, и ничего страшного не происходит. Потому что сама я это умом понимала, но принять и уложить в душе никак не могла. Да что там, я даже толком сформулировать не могла, что именно меня не устраивает!

Наверное, я просто слишком настроилась на то, что брак с оборотнем окажется серьёзным испытанием, и когда особенных испытаний не возникло, а, более того, всё оказалось невероятно благостно, возник внутренний конфликт. Готовность есть, проблемы — нет, и это нервирует.

Вот кто не дёргался по пустякам, так это Руамар. Извлекал из сложившейся ситуации максимальную пользу для себя лично, и не искал на пустом месте катастрофы. Хотя, глядя на Шарру, я подозревала, что среди оборотней не редкость, когда некий незнакомый индивид допускается на пугающе близкое расстояние без предварительных проверок и сбора информации, на основании одних только ощущений. Может, именно в этом и состояло их хвалёное «отсутствие предрассудков»?

В любом случае, у меня-то эти предрассудки были, и отойти от них оказалось не так-то просто. Я в целом допускала возможность возникновения искреннего доверия между двумя людьми, познакомившимися уже во вполне зрелом возрасте, но… не на третий же день знакомства! От скорости и бесцеремонности этого сближения у меня, образно говоря, закружилась голова. Разум всё понимал, но многолетние привычки были категорически против, и только подзуживали предчувствие неприятностей.

Мне, в общем-то, даже выговориться не хотелось. Что поделать, я по характеру не болтлива, даже с близкими, да и жаловаться не люблю. Как ни смешно, но мне, похоже, нужно было просто поговорить со знакомым человеком.

То есть, тем, кому подобное поведение оборотней тоже покажется диким, чтобы совместно под кружку вина поудивляться странности и неадекватности блохастых. Но людей здесь не было на многие сотни километров. Вот когда я пожалела о великодушном решении не брать с собой никого, даже личного адъютанта!

Впрочем, быстро вспомнила тогдашние соображения и решительно одёрнула себя. Если меня, как жену Императора, тщательно оберегаемую и охраняемую, лишний раз задеть боялись, потому что опасались спровоцировать мужа, то Навии бы пришлось несладко.

Моим адъютантом была девушка, и это было удобно во всех смыслах. Во-первых, нам было проще найти общий язык, во-вторых, обе были избавлены от лишних слухов, и, в-третьих, Навия была надёжно застрахована от неуставного внимания со стороны прямого командира.

Женщин в армии Орсы, в отличие от Руша, хватало. Их было не так чтобы много, но попадались; далеко не на всех специальностях, но некоторые вещи у женщин получались даже лучше, чем у мужчин. Например, разумный командир артиллерийского расчёта при прочих равных гораздо охотнее возьмёт наводчиком женщину. Женщины попадались среди инженеров, среди штурманов, среди связистов. Это была тяжёлая война; не просто так шли в армию образованные горожанки, женщины из небогатых дворянских фамилий, да порой и весьма известных влиятельных родов.

Возвращаясь же к моему замужеству, оно как-то слишком быстро из жертвы во имя мира и положения высокопоставленной заложницы превратилось в на редкость гармоничный и удачный брак. Если не по большой любви, то уж точно по взаимному согласию, и даже симпатии.

Рядом с Руамаром мне было… хорошо. Комфортно, уютно, как со старым знакомым, и очень интересно. Вечера мы проводили вместе, с искренним удовольствием обсуждая всё подряд; я задавала вопросы, если они возникали за день, а оборотень на них отвечал. Иногда же, встретившись в гостиной и не обменявшись даже парой слов, оказывались в объятьях друг друга, чувствуя невероятно жгучую потребность в близости.

Более того, днём в библиотеке я начала ловить себя на желании увидеть собственного мужа. А порой не только увидеть, но коснуться, почувствовать его дыхание на виске и, пожалуй, опять воспользоваться столом не по назначению. Первый раз даже испугалась такого порыва, на второй растерялась, на третий — разозлилась.

А вчера вот не выдержала и под каким-то предлогом всё-таки заявилась к нему в кабинет. По счастью, никаких посетителей у Императора в этот момент не было, — он изволил возиться с документами, — и неловкого момента с грубым выдворением их в приёмную не случилось. Подозреваю, даже очень грубым; потому что стоило мне увидеть оборотня, в голове в буквальном смысле помутилось от желания. А потом вовсе обнаружился небольшой конфуз: видимо, моё состояние воздушно-капельным путём передалось мужу, и он умудрился порвать на мне одежду. В общем, хорошо, что в этот день не было запланировано никаких важных посетителей!

И хотелось бы списать всё на действие крови Первопредка, но не получалось. Её действие со временем должно ослабеть и сойти на нет, а у нас как будто сошло, но порой случались впечатляющие рецидивы.

Я даже задумалась, а не умудрилась ли я, случаем, влюбиться в собственного мужа, но быстро оставила эти мысли из-за банальной нехватки данных. Ну, не доводилось мне прежде испытывать подобных эмоций, а с теми мнениями и отзывами, которые я почерпнула из девичьих сплетен в ранней юности, всё это не имело ничего общего. Не было ни лёгкости и попыток взлететь, не было загадочных «бабочек в животе», не слабели коленки, не замирало сердце, не тянуло смеяться без повода. Мне просто было хорошо, когда он оказывался рядом; от одно только запаха его присутствия, который, кажется, впитался мне под кожу. Или, вероятнее, просто врезался в память, и мерещился наяву, стоило вспомнить о мужчине.